Террор-глобализм – комплекс технологий дестабилизации в странах мировой периферии, в частности: собственно теракты и теракции, финансируемые с целью дестабилизации в том или ином регионе; сговор с элитами, подкуп элит (как прямой, так и опосредованный); формирование подрывных (направленных на смену власти) общественных движений нового, “полуспонтанного” типа, или, иными словами, фактор “цветных революций” и др.

Традиция-Цивилизация – единый комплекс человеческой общности, развивающейся во времени в форме государства, нации, религии, историко-культурного мира; сочетание духовных, интеллектуально-гуманитарных, связанных с сознанием и рациональным управлением механизмов с механизмами технологическими, социально-бытовыми, экономическими. В двойственной структуре термина Традиция-Цивилизация содержится указание на концепцию динамического консерватизма, то есть выражается идея сосуществования в едином культурно-историческом индивидууме традиционного ядра и цивилизационной оболочки, покрова, которые находятся в режиме постоянного взаимодействия, взаимопроникновения, обновления. Динамика Традиции-Цивилизации, с точки зрения идеологии динамического консерватизма, должна обеспечивать ей воспроизводство идентичности, не проседание традиционного центра в процессе развития цивилизационной периферии, а насыщение цивилизации богатством и разнообразием внешней историко-культурной среды синхронно с проницающей ее энергией внутреннего обновления. Исторически ядро и оболочка проходят через периоды кризиса, разрыва, испытаний на прочность. Поэтому гармония внутри Традиции-Цивилизации, а также динамичная гармония между цивилизациями является историческим идеалом, задачей идеологии динамического консерватизма. См. также Динамический консерватизм.

Триада государственного устройства – сочетание принципов автократии, аристократии и демократии, которое является единственно честным и справедливым форматом государственного устройства, способствующим становлению гармоничного общества.

Удерживающий (Катехон)– (греч. ο̉ κατέχων) термин апостола Павла во 2-м Послании к Фессалоникийцам. Богословские толкования этого понятия генетически предопределили такое русское понятие как “держава”.

Цензура – Русская доктрина предполагает принятие нового Закона о СМИ и создание достаточно жестких механизмов контроля и самоконтроля в сфере массовых коммуникаций. Средства массовой информации нигде в мире не доказали, что могут обходиться без цензуры, не скатываясь в информационное насилие и нравственную беспринципность. Государственная цензура должна иметь место там, где она необходима для обеспечения государственной безопасности. Основные цензурные и наблюдательные функции должны быть переданы общественно-государственному органу – Общественному совету при Главе Государства. Исполнение нового Закона о СМИ должно контролироваться не только прокуратурой, что уязвимо для критики со стороны самих СМИ, но прежде всего – при решении деликатных нюансов – Общественным советом, полномочия которого подробно прописываются в законе. Общественный совет должен стать механизмом, побуждающим журналистов и редакционные коллективы формировать на местах надежные средства самоконтроля, поддержания профессионального уровня работы (включая следование нормам литературного языка, соблюдение этики, суд профессиональной чести и т.п.), – творческая независимость должна стать оборотной стороной ответственности. Ставка на авторитеты и имена в составе Совета дискредитирована статусом подобных структур в прошлом, поэтому целесообразно комплектовать корпус Совета из профессионалов-юристов, наподобие формирования нынешнего Конституционного суда.

Четырехвидовая структура Вооруженных Сил – новая структура, к которой Русская доктрина предлагает перейти от устаревшей трехвидовой структуры Вооруженных Сил (отвечающей интересам борьбы в небе, на суше и на море). К четвертому виду ВС относятся силы “тотальной войны будущего” (борьба в информационно-ментальном пространстве). См. также Противники России военные.

Этнократическая клановость – одна из разновидностей коррумпированных социальных систем, подразумевающая обеспечение интересов членов своих кровно-родственных, этнических, земляческих кланов в ущерб интересам остальных граждан, в том числе формирование внутри госаппарата, коммерческих предприятий и рыночных ниш сплоченных мафиозных групп по этническому признаку. Эффективное средство конкурентной борьбы в государстве, в котором отсутствуют соответствующие механизмы защиты.

СЕРГИЕВСКИЙ ПРОЕКТ

Сергиевский проект возник в начале 2005 года как замысел формирования новой аналитической команды, призванной создать широкую объединяющую общество концепцию консервативных преобразований в России, собрать под эту идею лучшие интеллектуальные силы и силы предпринимателей, неравнодушных к будущему страны. У истоков проекта стояло руководство Фонда “Русский предприниматель”, руководство журнала “Русский предприниматель”, выпускаемого Фондом. В январе 2005 года выкристаллизовалась инициативная группа, состоящая из нескольких предпринимателей, близких Фонду и журналу, и трех инициаторов-экспертов, ставших соучредителями аналитической структуры Фонда (Центра динамического консерватизма): Андрея Кобякова, Виталия Аверьянова, Владимира Кучеренко.

Тогда же в ходе обсуждения пришло название первого начинания Сергиевского проекта – “Русская доктрина”. Предполагалось, что внутри большого Сергиевского проекта могут развиваться несколько родственных инициатив: аналитическая структура Фонда “Русский предприниматель” со своим автономным режимом работы и собственной траекторией развития, издательские и информационные проекты, клуб идейно близких предпринимателей и государственных деятелей, общественное движение, отстаивающее принципы и проводящее в жизнь положения “Русской доктрины”.

Инициаторы и организаторы сообщества остановили свой выбор на имени св. преп. Сергия Радонежского – вечного защитника и покровителя России, не раз являвшегося в самые трудные для нее времена. При этом к дням памяти Преподобного никакие мероприятия специально не приурочивались, хотя зачастую оказывалось, что важные для Сергиевского проекта события происходили в дни, так или иначе связанные с именем Радонежского подвижника.

В пределе создатели Сергиевского проекта видели и видят в нем новый общественный центр собирания человеческого капитала, притяжения творческих, инновационных ресурсов нации, при этом и воспитания в обществе способности к преобразованиям на базе нашего исторического наследия, в духе провозглашенного Русской доктриной динамического консерватизма. Если пытаться искать параллели тому жанру и функциям, которые свойственны Сергиевскому проекту, то можно с известной степенью условности упомянуть программу “Япония в XXI веке” или программные документы Проекта “Новый американский век” (Project for the New American Century), разработанные американскими “неоконсерваторами” под руководством П.Вулфовица, Д.Чейни и К^о. Однако духовный и идейный заряд Русской доктрины и Сергиевского проекта в целом глубоко своеобразен и связан с традициями нашей культуры.

Работа над Русской доктриной походила в три этапа.

В феврале-апреле 2005 года Фонд “Русский предприниматель” провел цикл семинаров, в результате которых замысел был отточен а одновременно с этим сложился костяк будущей команды, определены основные соавторы и члены редколлегии Доктрины. Затем о начале работы над документом было объявлено публично, было также опубликовано интервью В.Аверьянова приглашением всех желающих к участию в проекте.

В мае-июле того же года был собран и переработан огромный корпус материалов, предоставляемых экспертами и консультантами Русской доктрины. Изначально была установка на то, что круг авторов, приносящих в общую копилку свой материал, круг экспертов, предлагающих уточнения, критические замечания и указания, будет широк – разработчики поставили перед собой задачу аккумулировать общественный опыт, а не породить замкнутую на себе концепцию. Команда работала по сетевому принципу: каждый принимал в создании документа посильное участие, члены редколлегии активно помогали друг другу в определении идейных векторов и кристаллизации духовного, культурного и политического смысла Доктрины.

Наконец, в августе-сентябре была проведена большая работа по систематизации и выстраиванию Русской доктрины как единого текста и целостной общественно-политической платформы, учитывающей разнообразнейшие пристрастия и оттенки, поколенческие и культурные противоречия патриотической среды. Основная нагрузка при сведении воедино материалов Доктрины и их переплавке в соответствии с общим соборным пониманием легла на двух составителей и редакторов – Виталия Аверьянова и Андрея Кобякова. Помимо роли редакторов, эти разработчики были и ведущими соавторами труда, привнесшими в него максимум идей и формулировок, написавшими значительную часть Доктрины. Впрочем, как отмечают другие участники проекта, в тексте Доктрины мысль одного соавтора легко и органично перетекает в мысль другого, порождается непрерывность авторского понимания (то есть, в сущности, взаимопонимания). При этом невольно приходила на ум метафора, что Русская доктрина не интеллектуальная схема, насыщенная идеями и трактовками разных авторов, а живой смысловой организм. Поэтому решено было отказаться от точного указания авторства тех или иных глав и параграфов – “авторство” в Доктрине разлилось по тексту и порою просто не может быть четко определено. Возник эффект соборной работы, что само по себе является уникальным результатом.

Создатели Доктрины стремились выработать единый стиль мышления и языка, который отразил бы в себе все богатство и внутреннюю динамику большого авторского коллектива (около 70 участников), а через него – и современного российского общества. Насколько удачно в целом решена эта задача – судить читателям.

Национальный манифест

К истории политических учений и хозяйственных практик

Андрей Савельев, Игорь Калядин, Сергей Пыхтин

09-07 2009

http://www.apn.ru/publications/article21786.htm

Нации и олигархия

Интервенция зла. Мировая война не закончилась, когда замолчали пушки. Она лишь отступила в тень, прикрывшись миролюбивой риторикой и гуманными намерениями. Агрессор сменил стратегию: вместо физического истребления народов и государств, он занялся уничтожением народной души, рассудка политиков, разума мыслителей, веры, верности, любви, чести – всего, что составляет достоинство человека и складывает из отдельных людей нации. Убивая дух нации, агрессор стремится остановить историю, задержать ее в тот момент, когда ему удалось подчинить и обратить в рабов самые свободолюбивые и творческие народы. Имя агрессору – мировая олигархия. Сущность ее – мировое зло.

В тиши кабинетов и вдали от фронтов мировых войн, а затем и «холодной войны», занявших весь XX век, под покровом пропагандистской перестрелки «противоположных формаций», отвлекавшей нации от преодоления реальных проблем, был подготовлен новый план-заговор, по которому сложившаяся в ХХ веке мировая финансово-политическая олигархия и ее сторонники в господствующих группировках ведущих мировых держав пытаются обеспечить свое доминирование, подавляя нации и разрушая суверенитет государств.

Против свободы наций сегодня ведется мировая война с целью утверждения, сохранения и усиления господства олигархии, в которой наемные отряды лицемерных писак и циничных демагогов применяют самые изощренные, вероломные и подлые приемы и методы, выступая под знаменами с лозунгами «общечеловеческих ценностей», «здравого смысла», «любви к свободе». Когда эти виртуальные армии исчерпывают, в конце концов, средства воздействия, их сменяют финансовые и торговые агенты, призванные обращать в прах экономический потенциал стран, которые они выбрали в качестве жертвы, или, если представляется подходящий момент, призываются оккупационные вооруженные силы. Последние вступают в дело, чтобы железом и кровью, уже окончательно, утвердить в той или иной точке земного шара «безграничную справедливость», не останавливаясь и перед широкомасштабным, устрашающим использованием «литого свинца».

Не «ценности», «смысл» и «свободу» несут народам новоявленные спасители человечества. «Гуманитарные» интервенции уже несколько десятилетий оборачиваются по отношению к народам, «освобождаемым» от «средневековья», «тоталитаризма» или «отсталости», беспощадной эксплуатацией, обнищанием, утратой независимости, закабалением и оккупацией. «Горячие» войны сохранились как дополнительное подкрепление «гуманитарных» операций; они носят кратковременный или локальный характер. Зато не прекращаются ни на день, ни на минуту и приобрели перманентный и всеобщий характер информационные войны, объектом которых являются массовое сознание, мировоззрение, образ жизни.

Господство бюрократии. Бюрократия узурпирует политическую власть, отбрасывая исторические традиции служилого сословия, для которого интересы нации и государства были превыше всего. Крупнейшие корпорации, переходя от производства к ростовщичеству и спекуляции, превращаются в плутократию, присваивающую себе практически весь прибавочный продукт, создаваемый предпринимательским сословием и трудом наемных работников. Бюрократия и плутократия, порабощая нацию, заставляя ее жить без развития, терпеть монополизм и нелепые правовые установления, создают олигархию – власть немногих, венчающую пирамиду нового рабовладельческого порядка. Вместе с узким слоем либеральной интеллигенции олигархия, используя любые методы принуждения, стремится заставить нации признать свое господство и подчиниться своей идеологии – глобализму.