Меж тем как воины вдоль и́дут по полям,

Завидя вдалеке твои, о Реин, волны,

Мой конь, веселья полный,

От строя отделясь, стремится к берегам,

На крыльях жажды прилетает,

Глотает хладную струю

И грудь, усталую в бою,

Желанной влагой обновляет…

О радость! я стою при Реинских водах!

И, жадные с холмов в окрестность брося взоры,

Приветствую поля и горы,

И замки рыцарей в туманных облаках,

И всю страну, обильну славой,

Воспоминаньем древних дней,

Где с Альпов вечною струей

Ты льешься, Реин величавый!

Свидетель древности, событий всех времен,

О Реин, ты поил несчетны легионы,

Мечом писавшие законы

Для гордых Германа кочующих племен;

Любимец счастья, бич свободы,

Здесь Кесарь бился, побеждал,

И конь его переплывал

Твои священны, Реин, воды.

Века мелькнули: мир крестом преображен,

Любовь и честь в душах суровых пробудились.

Здесь витязи вооружились

Копьем за жизнь сирот, за честь прелестных жен.

Тут совершались их турниры,

Тут бились храбрые – и здесь

Не умер, мнится, и поднесь

Звук сладкой трубадуров лиры.

Так, здесь под тению смоко́вниц и дубов,

При шуме сладостных нагорных водопадов,

В тени цветущих сёл и градов

Восторг живет еще средь избранных сынов.

Здесь всё питает вдохновенье:

Простые нравы праотцов,

Святая к Родине любовь

И праздной роскоши презренье.

Всё, всё – и вид полей, и вид священных вод,

Туманной древности и бардам современных,

Для чувств и мыслей дерзновенных

И силу новую, и крылья придает.

Свободны, горды, полудики,

Природы верные жрецы,

Тевтонски пели здесь певцы…

И смолкли их волшебны лики.

Ты сам, родитель вод, свидетель всех времен,

Ты сам, до наших дней, спокойный, величавый

С падением народной славы,

Склонил чело, увы! познал и стыд и плен…

Давно ли брег твой под орлами

Аттилы нового стенал

И ты уныло протекал

Между враждебными полками?

Давно ли земледел вдоль красных берегов,

Средь виноградников заветных и священных,

Полки встречал иноплеменных

И ненавистный взор зареинских сынов?

Давно ль они, кичася, пили

Вино из синих хрусталей

И кони их среди полей

И зрелых нив твоих бродили?

И час судьбы настал! Мы здесь, сыны снегов,

Под знаменем Москвы с свободой и с громами!..

Стеклись с морей, покрытых льдами,

От струй полуденных, от Каспия валов,

От волн Улеи и Байкала,

От Волги, Дона и Днепра,

От града нашего Петра,

С вершин Кавказа и Урала!..

Стеклись, нагрянули за честь твоих граждан,

За честь твердынь, и сел, и нив опустоше́нных,

И берегов благословенных,

Где расцвело в тиши блаженство россиян,

Где ангел мирный, светозарный

Для стран полуночи рожден

И провиденьем обречен

Царю, Отчизне благодарной.

Мы здесь, о Реин, здесь! ты видишь блеск мечей!

Ты слышишь шум полков и новых ко́ней ржанье,

«Ура» победы и взыванье

Идущих, скачущих к тебе богатырей.

Взвивая к небу прах летучий,

По трупам вражеским летят

И вот – коней лихих поя́т,

Кругом заставя дол зыбучий.

Какой чудесный пир для слуха и очей!

Здесь пушек светла медь сияет за конями,

И ружья длинными рядами,

И стяги древние средь копий и мечей,

Там шлемы воев оперенны,

Тяжелой конницы строи́

И легких всадников рои —

В текучей влаге отраженны!

Там слышен стук секир – и пал угрюмый лес!

Костры над Реином дымятся и пылают!

И чаши радости сверкают,

И клики воинов восходят до небес!

Там ратник ратника объемлет;

Там точит пеший штык стальной;

И конный грозною рукой

Крылатый дротик свой колеблет.

Там всадник, опершись на светлу сталь копья,

Задумчив и один, на береге высоком

Стоит и жадным ловит оком

Реки излучистой последние края.

Быть может, он воспоминает

Реку своих родимых мест —

И на груди свой медный крест

Невольно к сердцу прижимает…

Но там готовится, по манию вождей,

Бескровный жертвенник средь гибельных трофеев,

И богу сильных Маккавеев

Коленопреклонен служитель алтарей:

Его, шумя, приосеняет

Знамен Отчизны грозный лес;

И солнце юное с небес

Алтарь сияньем осыпает.

Все крики бранные умолкли, и в рядах

Благоговение внезапу воцарилось,

Оружье долу преклонилось,

И вождь, и ратники чело склонили в прах:

Поют владыке вышней силы,

Тебе, подателю побед,

Тебе, незаходимый свет!

Дымятся мирные кадилы.

И се подвигнулись – вали́т за строем строй!

Как море шумное, волнуется всё войско;

И эхо вторит крик геройской,

Досель неслышанный, о Реин, над тобой!

Твой стонет брег гостеприимный,

И мост под воями дрожит!

И враг, завидя их, бежит,

От глаз в дали теряясь дымной!..

1816–1817