По улице гулял ветер. Улица была длинной, и ветер тоже был длинный.

Ветер стал раздевать Васю: стаскивать с него шапку, отнимать шарф, заворачивать полы пальто.

Вася скорее свернул в переулок.

«Может быть, там не так холодно!» – подумал он.

Но не тут-то было! Стоило только Васе свернуть в переулок, как там сразу же загудел ветер-ветрище и белым вихрем закружился снег. Все прохожие тут же подняли воротники и спрятали носы в шарфы. От этого их носы сделались клетчатые и полосатые. А ребятишки от холода стали попискивать и перескакивать с ноги на ногу.

Вася совсем согнулся. Даже закрыл лицо рукавом. Так он шёл-шёл и налетел прямо на продавщицу мороженого и на ее чудесный голубой ящик на колёсиках.

– Мороженое! Мороженое! Сливочное! Шоколадное! Пломбир в стаканчиках!.. – кричала продавщица красивым голосом.

Вася посмотрел на неё и сразу понял, что это очень хорошая продавщица мороженого. Добрая и весёлая.

Он подумал: «А здорово, когда мама ходит по квартире и всё время говорит: «Сливочное! Шоколадное! Пломбир в стаканчиках!»

Вася подошёл к продавщице поближе. Но ветер-ветрище был уже тут как тут. Он теперь ни на шаг не отставал от Васи. Ветер-ветрище стал кружить вокруг Васи и продавщицы мороженого и посыпать их колючим снегом.

– Батюшки! – закричала продавщица, топая ногами и дуя на пальцы. – Кто же это в такой холод будет моё мороженое кушать?

– Вы… не хотите… стать моей… – прошептал Вася.

– Твоей мамой? Да? – радостно сказала продавщица мороженого, будто только этого и ждала. Она даже дуть на пальцы перестала. Сразу было видно, что обрадовалась. – Хочу, хочу мамой! Хоть сейчас!

Продавщица присела на корточки около Васи и глубоко заглянула ему в глаза.

– Только, может, ты меня из-за мороженого в мамы хочешь? – спросила она. – Обидно мне это.

Васе стало очень стыдно. Он попятился от неё и побежал прочь мимо засыпанного снегом забора.

– Сливочное! Шоколадное! Пломбир в стаканчиках! – услышал он за спиной.

Но Васе показалось, что голос у продавщицы стал какой-то печальный. Это была умная продавщица мороженого, и она, конечно, сразу всё поняла.

– Нет, так нельзя маму выбирать, – решил Вася. – И из-за конфет нельзя. И из-за билетов в кино… Но домой я всё равно не пойду. Не буду просить прощения.

Тут с неба повалил такой густой снег, что ничего не стало видно. Васино пальто стало белым. И весь Вася стал белым. На ресницы и брови налип снег.

Вася долго шёл по длинным улицам и переулкам, сам не зная куда.

«Зайду в какой-нибудь дом, погреюсь, – подумал Вася. – Хоть на лестнице постою».

Но домов не было видно, и ничего не было видно. Только крупные белые снежинки крутились перед глазами, и от них кружилась голова. А мороз не давал стоять на месте. Чтобы хоть немного согреться, Вася побежал бегом.

Так он бежал-бежал и вдруг налетел на большое дерево. Вася оглянулся. Кругом стояли белые деревья.