Шокуо, дочь солнца, жила со своим отцом на берегу серебряного небесного потока, который называют Млечным Путем. Это была прелестная девушка, грациозная, с глазами кроткими, как у голубя.

Отец-солнце очень огорчался тем, что Шокуо не желала делить девичьих радостей с другими дочерьми воздуха. Печаль порой омрачала ее лицо, хотя Шокуо никогда не уставала заботиться о других. Особенно любила она работать за ткацким станком, готовя ткани для домашних, за что получила прозвище принцесса-ткачиха.

Еще отец хотел, чтобы дочь вышла замуж. Тогда, как он думал, вся любовь, которая лишь зреет, вспыхнет и согреет все ее существо, а печаль покинет нежную душу.

Случилось, что вблизи жил добрый честный пастух Кинген, сгонявший своих быков на берег небесного потока. Его-то и приметил повелитель солнца, замыслив поженить дочь и приятного юношу.

Когда девушка выразила свое согласие, небеса охватила невероятная радость, тем более что любовь Шокуо и Кингена оказалась взаимной. Впрочем, дочь солнца недолго наслаждалась внезапно нахлынувшим чувством. Забыв о прежних занятиях и оставив ткацкий станок, принцесса с истинно женским пылом предалась веселью, танцам и пению.

Увидев такую разительную перемену в поведении и характере дочери, король солнца очень огорчился. Призвав дочь, он гневно сказал:

– Наверное, причина твоему поведению Кинген, поэтому я отправляю его на противоположный берег небесного потока.

Когда молодожены узнали о том, что они должны расстаться и что отныне могут встречаться лишь на седьмой день каждого месяца, их печаль была безмерна.

Горьким было прощание, слезы сверкали в глазах Шокуо, когда она произнесла своему возлюбленному супругу: «Прости». И вот по велению бога солнца собрались мириады сорок и, распростерши крылья, образовали мост, по которому Кинген перешел небесный поток. Когда же юноша ступил на противоположный берег, волшебные птицы с громким стрекотаньем рассеялись, оставив изгнанника один на один со своим горем. Грустно взирал он на несчастную Шокуо, которая стояла на пороге покинутого дома.

Медленно шли дни и месяцы. Кинген пас своих быков, а Шокуо снова взялась за ткацкий челнок. Когда же на землю спускалась ночь и на небе зажигались бесчисленные огоньки, любящие супруги выходили на берег небесного потока, маня друг друга. И каждый из них молился, чтобы свидание наступило как можно скорее.

Наконец долгожданный день наступил, сердца обоих несчастных исполнились страхом – как бы дождь не воспрепятствовал свиданию, ибо серебряный поток, склонный к приливу, мог смыть птичий мост. Но день выдался безоблачный и светлый; он поднялся в полдень вверх и тихо-тихо опустился к вечеру, зажигая небесные лампады.

Когда наступила ночь и собрались сороки, Шокуо перешла по птичьему мосту и бросилась в объятия возлюбленного мужа. Но ее счастье было подобно счастью расцветающего и снова увядающего цветка. Когда же приблизилась минута разлуки, Шокуо печально перешла по мосту обратно.

Годы сменяют годы, столетия – столетия, а любовники до сих пор встречаются, переходя через небесный поток, чтобы увидеть друг друга.