Еще до того, как великаны начали войну с асами, бог огня Локи, странствуя по свету, забрел в Ётунхейм и прожил там три года у великанши Ангрбоды. За это время она родила ему троих детей: девочку Хель, змея Ёрмунганда и волчонка Фенрира. Вернувшись в Асгард, бог огня никому не рассказал о своем пребывании в стране великанов, но всеведущий Один вскоре узнал о детях Локи и отправился к вещим норнам узнать об их судьбе.

– Смотрите, смотрите, сам мудрый отец богов пришел к нам! Но он не услышит от нас добрых вестей, – едва увидев его, сказала норна Урд.

– Если вы знаете, зачем я к вам пришел, так ответьте мне на вопрос, который я хотел вам задать, – сказал Один.

– Мы, разумеется, ответим тебе, – ответила Урд, – но лучше бы тебе не слышать то, что мы скажем. Знай, что те, о ком ты хотел спросить, принесут богам много несчастий.

– Двое из них принесут смерть тебе и твоему старшему сыну, а третья будет царствовать после вас, и ее царство будет царством тьмы и смерти, – добавила норна Верданди.

– Да, волк убьет тебя, а змей погубит Тора. Но и они погибнут, а царство третьей будет недолгим: жизнь одержит победу над смертью, а свет – над тьмой, – провещала норна Скульд.

С печалью в сердце возвратился Один в Асгард. Созвал он всех богов и поведал им о предсказании норн, а Тора послал в Ётунхейм за детьми Локи. С тревогой выслушали асы слова Одина, но еще больше они были напуганы, когда бог грома привез с собой на своей колеснице Хель, Ёрмунганда и Фенрира.

Воины. Борьба с чудовищами. Золотые бляшки для пластин, украшавших шлемы воинов. Швеция. VIII в.

Еще совсем юная Хель была уже на две головы выше своей исполинской матери. Она исполинского роста, выше пояса она выглядела как живая женщина, но ее бедра и ноги покрыты пятнами и разлагались, как у трупа.

Змей Ёрмунганд еще не успел вырасти – в нем было не более пятидесяти шагов, однако из его пасти уже сочился смертельный яд, а холодные светло-зеленые глаза сверкали беспощадностью. По сравнению с Хель и Ёрмунгандом их младший брат, волчонок Фенрир, казался совсем безобидным. Ростом с обычного взрослого волка, веселый и ласковый, он вовсе не казался опасным.

Один внимательно оглядел всех троих.

– Слушай меня, Хель, – произнес он. – Ты так велика и сильна, что мы решили сделать тебя повелительницей целой страны. Она лежит глубоко под землей, где пребывают души умерших. Уходи туда, ибо тебе нет места на поверхности земли.

– Я согласна, – сказала Хель, склонив голову.

– Ты, Ёрмунганд, – продолжал Один, – будешь жить на дне мирового моря. Там для тебя найдется довольно места и пищи.

– Я тоже согласен, – прошипел Ёрмунганд, уставившись на богов немигающим взглядом.

– А ты, Фенрир, – промолвил Один, обращаясь к волчонку, – будешь жить у нас в Асгарде – мы воспитаем тебя сами.

Фенрир ничего не ответил: он был еще мал и не умел говорить.

В тот же день Хель отправилась в царство мертвых, где и живет до сих пор, повелевая душами умерших и зорко следя за тем, чтобы ни одна не вырвалась на свободу.

Змей Ёрмунганд опустился на дно мирового моря. Там он все рос и рос, пока не опоясал кольцом всю Землю.