Итак, в далекие времена в Центральной Австралии в племени йартове жила девушка по имени Пурлимил. Пришла пора, и старейшины племени решили отдать ее в жены грубому, ревнивому барту-гилби, старику, которого звали Турлта.

Когда Пурлимил узнала об этом, ее охватил ужас. И не только из-за того, что она ненавидела и питала отвращение к барту-гилби. Задолго до решения старейшин она и молодой человек по имени Борола решили пожениться и уйти жить к его соплеменникам в местность, расположенную далеко к востоку от стоянки племени молодой женщины.

Против решения старейшин Пурлимил протестовала как могла, но те были неумолимы. В тот самый день, когда ей стало известно, что старейшины приняли окончательное решение отдать ее за старика, они с Боролой бежали ночью на восток, в ту местность, где кочевал его народ. Там влюбленным не грозила опасность, и, обосновавшись на берегу красивого озера, они зажили счастливо и радостно. Со временем они практически забыли о своих злоключениях, о Турлте.

Что же касается грубого, ревнивого старика, то и спустя несколько лет он все еще лелеял надежду обладать Пурлимил. Он был полон ненависти и для достижения своей цели мог пойти на любую подлость. Так однажды он и сделал.

Как-то ночью Турлта вместе со своими родственниками внезапно напал на стоянку племени, где вместе с другими жили Пурлимил с Боролой и их маленькие дети. Злой старик рассчитывал перебить всех людей племени, оставить в живых только Пурлимил, захватить ее и принудить стать его женой. Застигнутые врасплох люди племени Боролы не смогли оказать должного сопротивления и погибли все до одного, в том числе и Пурлимил – ее убили из-за неразберихи во время побоища. Кровь убитых алыми пятнами растеклась по земле, на которой лежали их тела.

Прошел год. Старому Турлте захотелось вновь побывать на месте совершенного им преступления, чтобы посмотреть на скелеты и оголенные кости своих жертв и позлорадствовать. Но на берегу озера костей не оказалось. Вся поляна, где год назад располагалась стоянка погибшего племени, была покрыта алыми цветами с черными глазами, которые произросли из крови убитых.

Чтобы промочить пересохшее горло, Турлта набрал в пригоршню воды из озера. Год назад он пил эту воду – тогда она была свежей и пресной. Но слезы душ погибших сделали воды пресного озера солеными и горькими.

Турлта знал, что души мертвых долго сохраняют свою силу и могущество. Охваченный ужасом, он побежал прочь от озера. Однако ему не суждено было спастись от расплаты бегством. Не успел он сделать и десяти шагов, как вдруг брошенное из-за облаков копье поразило его, и он, бездыханный, замертво свалился на заросшую цветами землю. От тела Турлты и пронзившего его копья остались лишь небольшие камни на берегу озера.

С тех пор много воды утекло. Но каждый сезон радует своим неповторимым великолепием яркий ковер алых цветов с черными глазами, который простирается через безводные равнины в глубь Австралийского материка.

Эти цветы местные люди называют микъялуки – кровавые цветы.

Австралийской мифологии в целом присуща такая характерная черта, как отнесение действия в легенде к особой стародавней мифологической эпохе, которая противостоит текущему реальному времени. У разных племенных групп название этого периода варьируется, причем у некоторых из них он обозначается тем же словом, что и «сновидение». Во времена «сновидения» мифические герои и совершили свои подвиги, т. е. сотворили людей, животных и растения, задали рельеф местности, установили обычаи.

В конце концов все они превратились в предметы, носящие сакральный характер и в некоторых случаях выступающие в качестве средства размножения тотемных животных или источника душ новорожденных детей. События, произошедшие в эпоху «сновидения», отчасти отражены в ритуалах, участники которых отождествляются с изображаемыми предками.

Так как выделить в австралийской мифологии на рассмотрение какие-то типы мифов очень сложно, то мы ограничимся характеристикой представлений тех или иных племенных групп.

Мифологические представления центральноавстралийских племен

Мифические герои ряда центральноавстралийских племен (например, аранда и лоритья) являются, как правило, тотемными предками, имеющими двойную (антропоморфную и зооморфную) природу, прародителями и создателями определенной породы животных или вида растений и в то же время человеческой группы, которая рассматривает данных животных как свой тотем. Примеров подобных мифов можно привести много, но мы дадим только один.

Когда-то давно в пустыне Центральной Австралии в дружбе и согласии жили вместе две группы людей-змей. Одна группа называлась вома, другая – куниа. Как и все люди, они каждый день утром уходили на охоту и сбор пищи, а когда солнце опускалось на землю, возвращались на свою стоянку и начинали готовить еду из убитых ими птиц, животных и растений, годных для употребления.

Так они жили долгие годы, и казалось, ничто не может измениться в их жизни. Но прошло время, и вот постепенно люди-змеи куниа начали покидать мягкие пески пустыни, где они наслаждались ясной погодой и солнцем, источавшим тепло, и стали охотиться среди каменных валунов в горных отрогах.

Как-то в один из вечеров обитатели стоянки собрались у лагерного огня. После долгой беседы люди-змеи пришли к общему мнению, что им следует разделиться: люди-змеи куниа должны уйти от вома, оставив последних там, где они обосновались, и жить самостоятельно. Никто не возражал против этого, и куниа на следующий же день оставили обжитое место и основали новую стоянку в скалистых холмах. Большая родовая группа людей-змей расселилась среди огромных валунов на восточной и южной сторонах скалы Айерс. Все были довольны новым местом, где им теперь предстояло жить. Пищу для себя они находили среди скал, а воды было достаточно в близлежащих источниках.

Люди-змеи куниа зажили счастливо. Ничто не нарушало их покоя. Но однажды с запада пришла группа злобных ядовитых людей-змей лиру. Они внезапно атаковали и беспощадно перебили всех мирных и не повинных ни в чем Куниа. Тела тех несчастных людей-змей и лагерь, в котором они когда-то жили, превратились в большие группы валунов вокруг подножия скалы Айерс. Спустя некоторое время один из людей-змей вома, живший в краю песчаных холмов, решил совершить путешествие к скале Айерс, чтобы навестить своих друзей-змей куниа, от которых уже давно не было никаких известий. Он быстро собрался и отправился в путь. Подходя к скале, он еще издали увидел валуны, которых, как он помнил, прежде здесь не было. Человек-змея вома понял, что все куниа убиты, так как никого из них вблизи скалы он не встретил. Горе сразило его. Он не мог перенести потерю дорогих друзей и превратил себя в змею, точно такую, какие живут только в красных песчаных холмах пустынь Центральной Австралии.

Следует заметить, что практически все тотемические мифы центральноавстралийских племен отличает единая схема построения: тотемные предки возвращаются на свою родину – на север или на запад. Там они встречаются либо с людьми такого же тотема, либо со своими врагами, и в результате взаимодействия с ними превращаются в какие-нибудь природные объекты. В местах стоянок героев и в местах их смерти возникают тотемические центры.

Иногда главными героями мифа выступают вожди, увлекающие за собой толпу молодых людей, только что прошедших обряд инициации. Данные группы совершают на своем пути различные ритуалы, целью которых является размножение своего тотема.

Такое путешествие в некоторых случаях обращается в бегство и преследование: например, большой серый кенгуру спасается от человека того же тотема, человек с помощью юношей убивает животное, которое затем воскресает, и оба они становятся культовыми предметами. Другие мифы повествуют о красном и сером кенгуру, убегающих от людей-собак, а затем от человека-сокола; о страусе эму, растерзанном людьми-собаками, и т. д. Причем очень часто при разборе этих легенд невозможно понять, идет ли речь о животных, людях или существах двойной природы.

Примечательно, что в австралийской мифологии в целом, и в частности в легендах аранда и лоритья, небесным явлениям отведено совсем небольшое место. В мифологии аранда есть образ владыки неба, но существенной роли он не играет. Немногочисленные сказания о небесных светилах включаются в круг тотемических мифов. Так, луна представляется мужчиной, первоначально принадлежавшим к тотему опоссума. Регулярно поднимается он на небо, идет на запад, а затем спускается по дереву на землю. Поедая опоссумов, мужчина увеличивается в размерах (тогда наступает полнолуние) и, чувствуя себя утомленным, принимает вид серого кенгуру. В таком обличье его убивают юноши, один из которых сохраняет кость кенгуру, а из нее в скором времени вырастает месяц (новолуние).

Солнце, по мнению аборигенов, является девушкой, забравшейся по дереву на небо. Созвездия Плеяды и Ориона, как гласит легенда, образовались следующим образом.

Жили когда-то семь сестер Эму из рода Макар. Жили они мирно, летали с места на место, собирали пищу. В те далекие времена эму имели большие сильные крылья, легко поднимавшие в воздух их тяжелые тела.

Однако спокойная жизнь красавиц-сестер продолжалась лишь до тех пор, пока их не увидели мужчины – Ванджины из тотема Динго. Они решили добиться, чтобы сестры стали их женами. Но ни одна из них не захотела этого. Чтобы окончательно избавиться от нежеланных поклонников, женщины улетели в отдаленную местность, где соорудили себе жилище под валуном у подножия возвышающейся скалы.

Сестры Эму полагали, что теперь им не будет угрожать опасность и они навсегда избавились от Ванджинов. Но мужчины из тотема Динго обладали острым чутьем и скоро нашли убежище, в котором скрывались сестры.

Ванджины понимали, что сестры не выйдут из своего жилища добровольно и что выманить их оттуда им не удастся. И тогда они решили поджечь лес, чтобы дым от пожара выгнал Эму из жилища на открытое место. И вот когда они будут выбегать, огонь обожжет им крылья, и они не смогут взлететь. Так и сделали.

Вскоре вокруг убежища сестер Эму запылал лесной пожар, который быстро подбирался к скале, где притаились девушки. Как только женщины выбрались из убежища, они сейчас же оказались в огне. Но когда попытались подняться в воздух, лишились крыльев.

Однако надежды Ванджинов не оправдались. Когда сестры поняли, что взлететь они не смогут, они попытались перешагнуть через горящую траву, перепрыгнуть через пылающий лес. С большой настойчивостью Эму прилагали усилия, чтобы преодолеть огонь. Вдруг они почувствовали, что их ноги стали удлиняться, становиться более крепкими и сильными. Большим прыжком они преодолели горящую полосу и, преследуемые Ванджинами, помчались к краю земли, думая избавиться от ненавистных им поклонников. Но мужчины не отставали от них и не давали им отдохнуть. Тогда Эму, доведенные до отчаяния, оставили Землю и поднялись в небо. Там они превратились в группу звезд – созвездие Семи Сестер.

Вслед за сестрами Эму в небо поднялись и мужчины Ванджины. Там они превратились в созвездие Ориона.

Путешествуя по небу, Ванджины до сих пор не оставляют надежды догнать семь сестер Эму, но те всегда первыми достигают западного горизонта и скрываются от своих преследователей. Какое-то время они находятся в безопасности, но затем Ванджины обнаруживают их и снова начинают безуспешную погоню. Так продолжается каждую ночь.

А на Земле птицы эму, потомки сестер, не могут летать, зато бегают быстрее всех на своих длинных ногах.

Некоторые тотемные предки аранда выступают в роли культурных героев. Так, например, один из предков тотема кенгуру-древолазов по имени Каткан-кара снова установил забытые людьми брачные правила. Введение обрядов инициации, играющих важную роль в жизни австралийских племен, и связанных с ними обрядовых операций на теле также приписывается тотемным предкам – диким котам и ящерицам-мухоловкам.

Австралийские аборигены считают, что именно мифические герои научили их добывать огонь, а также пользоваться примитивными орудиями труда, в том числе каменным топором и бумерангом. В качестве примера приведем миф, повествующий о том, как стараниями героя был изобретен бумеранг, традиционное охотничье орудие австралийских коренных жителей.

В давние времена, когда мир был еще совсем молод, небо находилось очень близко к земле. Оно нависало так низко и было таким тяжелым, что земля сделалась почти плоской и лишь кое-где остались невысокие горы. Жить на такой земле было неудобно ни людям, ни животным, ни растениям – живые создания не могли передвигаться иначе, как ползком, а деревья не росли вверх, а стелились по поверхности земли. И так длилось долго. Люди ползали на брюхе или, самое большее, передвигались на четвереньках.

Многие люди пытались подняться во весь рост, чувствуя в себе силу. Но чересчур неподатливым оказалось тяжелое небо. И одним это быстро надоедало, другие же заболевали, а то и умирали от перенапряжения. Но все же нашелся тот, кто изменил мир. Был этот человек виринуном – мудрецом, знахарем, волшебником. Он также долго терпел неудачи в единоборстве с небом. Как-то он уговорил нескольких человек помочь ему: подтолкнуть небо вверх при попытке выпрямиться. Однако те, лежа на спинах и животах, не могли оказать ему большой помощи. Тем не менее виринун ощутил, что во время совместных усилий небо едва заметно дрогнуло. Такое открытие подбодрило мудреца, и он продолжал пытаться занять прямостоячее положение.

И вот однажды он почувствовал, что небо вновь дрогнуло. При этом мудрец заметил, что это случилось тогда, когда он опирался руками на упругую ветвь приземистого куста, подле которого стоял на четвереньках. Виринун снял руки с ветви, и небо тотчас же прижало его к земле. Он опять ухватился за ветвь и с еще большей силой напряг руки и тело. Снова слегка дрогнуло небо. И понял мудрец, что ему нужна крепкая опора. Долго искал он в кустарниках подходящую ветвь, а когда наконец нашел, сделал из нее палку, которую долго пытался поставить стоймя между землей и небом. Во время очередной попытки он резким рывком поставил палку почти вертикально и толкнул небо, отчего оно взлетело вверх высоко-высоко.