Ко второй группе относились главные ацтекские божества: Тескатлипока, Кецалькоатль и Уицилопочтли.

В древнейшие эпохи Уицилопочтли («колибри левой стороны» или «колибри-левша») считался у ацтеков племенным богом, воплощенным в колибри – птице, которая у многих племен Центральной Америки является символом Солнца. Матерью бога была Коатликуэ, из чрева которой Уицилопочтли ( рис. 160 ) вышел сильным воином, чтобы защитить ее от гнева других детей. Индейцы высоко чтили Уицилопочтли, искренне веря, что этот бог укажет им путь в благословенное место, где они станут избранным народом. Позднее он объединил в себе черты более древних богов, кроме того, его стали отождествлять с Тонатиу и Тескатлипокой. Ацтеки почитали его как бога ясного неба, яркого солнца, войны и охоты. Кроме того, он был покровителем племенной знати. Согласно некоторым мифам, Уицилопочтли связывали также со старыми божествами, имевшими отношение к плодородию.

...

Рис. 160. Уицилопочтли

Уицилопочтли посвящались празднества, проводившиеся два раза в год. В это время из теста и меда создавалось большое изображение бога, которое после всех церемоний разделялось на части и торжественно съедалось всеми присутствующими. Существуют легенды, где Уицилопочтли представлен как воин, ежедневно защищающий Солнце от сил ночи, желающих убить дневное светило. Изображалось божество в облике человека с шлемом в виде колибри, щитом с шариками из пуха, луком (копьеметалкой) и дротиками.Ацтеки относились к Уицилопочтли с не меньшим уважением, чем к Кецалькоатлю и Тескатлипоке. В Теночтитлане стоял посвященный ему храм, где приносились человеческие жертвы.Третью группу составляли боги планет и звезд: Тонатиу, бог луны Мецтли, Мишкоатль , бог планеты Венера Тлауиспалькантекутли, Сенцон Минишкоа – звездные боги севера. Мишкоатль («облачная змея») впервые появился у чичимеков как божество охоты, изображаемое в виде оленя. Позднее у ацтеков он стал считаться отцом Кецалькоатля и Уицилопочтли, а племена науа почитали его как своего прародителя. Сохранились его изображения в виде человека, держащего в руках дротик и копьеметалку.В четвертую группу входили боги смерти и подземного мира: Миктлантекутли и его жена Миктлансиуатль .Довольно большую пятую группу составляли божества, связанные с опьяняющим напитком октли, который ацтеки изготавливали из агавы. Наиболее известны Майяуэль , изображавшаяся в виде женщины с 400 грудями, и ее муж Патекатль («он из страны лекарств»), олицетворявший травы и корни, применявшиеся для приготовления напитка. Патекатля представляли в облике человека с топором и щитом или с палкой-копалкой и листом агавы в руках.В последнюю, шестую, группу входили боги-творцы: Ометекутли, Тлоке Науаке, Тонакатекутли и его супруга Тонакасиуатль .Большая часть ацтекских богов имела антропоморфный облик, лишь иногда дополняемый зооморфными чертами.

Значение мифологии индейцев Центральной Америки

Мифология индейцев Месоамерики нашла отражение в изобразительном искусстве и литературе. Многим богам посвящались храмы, украшенные каменными или деревянными статуями, в их честь создавались гимны. Мифологические сюжеты использовались и в светской литературе, в частности в хрониках. Кроме того, на основе мифологии начали формироваться первые философские знания.

С началом испанского завоевания образы индейских легенд стали сливаться с культами католических святых. Так появилось сказание о злом Христе, в котором отразились представления о божестве землетрясений, о Кецалькоатле, отождествляемом с младенцем Христом. Красный павахтун, божество ветра в легендах майя, превратился в святого Доминика, белый – в святого Габриэля, черный – в святого Диего, а желтый стал Марией Магдалиной.

С мифологией связаны и календарные системы, появившиеся у древних ацтеков и майя. Существовали два календаря – ритуальный и астрономический. Последний был более точным, чем первый, в котором год равнялся 240 дням. В то же время многие моменты у обеих календарных систем совпадали, например, на один и тот же день выпадало начало года, что связано с представлениями древних индейцев об окончании одной эпохи существования Вселенной и начале новой.

Мифологические мотивы до сих пор не покидают игры и народные обычаи жителей Центральной Америки. Тематику древнеиндейских мифов использовали художники (Д. А. Сикейрос, Д. Ривера и др.) и литераторы (М. А. Астуриас).

МИФОЛОГИЯ ИНДЕЙЦЕВ ЮЖНОЙ АМЕРИКИ

Впервые европейцы познакомились с Южной Америкой в 1500 году, когда на территорию этого материка вступил португальский мореплаватель Педро Алварес Кабрал. Открытую землю он принял за остров, который окрестил Землей Истинного Креста (Вера Крус) и объявил владением португальской короны.

Через несколько лет за страной, открытой Кабралом, закрепилось еще неофициальное в те времена название Бразилия, производное от «пау-бразил» – ценной породы древесины, которую колонизаторы вывозили в Европу. В 1549 году было учреждено генерал-губернаторство со столицей в городе Салвадор, и тогда же в Бразилию приехали первые иезуиты, основавшие миссии.

Первые рассказы о нравах и верованиях аборигенов принадлежат перу белых людей, католиков и протестантов, имевших неплохое образование и богатый жизненный опыт. По оставленным ими документам ученым впоследствии удалось восстановить мифологическую картину мира южноамериканских индейцев.

Следует заметить, что с колонизацией Южной Америки европейцами индейские мифы не исчезли, а продолжали существовать в устной народной традиции, передаваясь из поколения в поколение. В XIX и XX веках этнографы записывали их со слов старейших индейцев, а затем сопоставляли свои работы с более старыми хрониками.

К настоящему времени удалось установить, что мифология индейцев Южной Америки представляет собой достаточно цельное образование и разграничить ее по территориальному признаку трудно.

Наиболее отличительной особенностью данной мифологии в целом, на наш взгляд, является сравнительно небольшое количество мифов о сотворении мира. Среди них есть легенды о том, как были созданы небо и земля, только земля и вообще мир. Вот этот последний миф мы и приведем в качестве примера.

Сказывают, что в начале мира была только тьма, из которой вышли два человека: одного звали Карусакайби, а другого, его сына, – Райру. И вот когда они шли, Райру споткнулся о камень, выдолбленный, как горшок, и стал ругать его. Кару, отец его, велел Райру взять этот камень с собой.

Райру послушал отца, взвалил камень себе на голову и понес. Шли они, шли, а камень стал расти. Когда же он сделался огромным, юноша сказал отцу, что он не в состоянии нести такую ношу. Однако Кару, недолюбливавший сына за то, что тот знал больше его, ничего не ответил, и пошли они дальше.

Вскоре камень увеличился настолько, что Райру уже при всем желании не мог продолжать свой путь. Он остановился, а камень взял да и превратился в небо, на котором засияло яркое солнце.

По прошествии некоторого времени Кару выстрелил из лука, сбил лист с пальмы тукуман и послал Райру за стрелой. Ему хотелось посмотреть, останется сын в живых или нет.

Начал Райру взбираться на пальму, но ее колючки повернулись так, чтобы не ранить его. Юноша благополучно спустился на землю и отдал отцу стрелу.

В другой раз Кару послал сына впереди себя, когда вознамерился делать просеку. Он принялся рубить деревья и старался сделать так, чтобы, падая, они убили Райру. Так Кару вырубил вокруг сына все деревья, но ни одно из них не придавило юношу, он остался цел и невредим.

Однако Кару все же решил, что сын умер. Но, вернувшись на вырубку на следующий день, встретил живого Райру. Тогда Кару сказал сыну, что хочет огнем расчистить участок, и велел ему встать прямо посередине вырубки. Он надеялся, что Райру погибнет в пламени пожара.

Райру сделал так, как приказал отец, но когда увидел, что окружен огнем, ушел в землю, а когда пламя стихло, снова появился на поверхности целый и невредимый.

Страшно рассердился Кару, обнаружив, что сын все еще жив. На другой день отправился он в лес, сделал из сухих листьев броненосца, закопал его в землю, оставил торчать только хвост, который обильно смазал клейкой древесной смолой. Потом Кару позвал сына и предложил ему отправиться на охоту. Тот согласился.

Когда Кару и Райру пробирались по лесной чаще, первый указал своему сыну на подготовленного броненосца и попросил вытащить зверя из норы. Юноша, не раздумывая, схватил животное за хвост и потянул. Однако, как он ни старался, вытянуть броненосца из норы ему не удавалось. Тогда Райру решил отпустить его, но не смог: руки его приклеились к смоле. Так волшебный броненосец и увлек несчастного Райру под землю.

Довольный отец ушел, но на следующий день, проходя мимо того места, где был броненосец, Кару увидел своего сына. Разозлившись, схватил он дубинку и набросился на Райру. А тот взмолился: «Не бей меня, отец! Я встретил под землей много хороших людей! Они идут сюда, чтобы работать на нас».

Отец перестал его бить и отпустил. Потом взял что-то, помял в руках и бросил на землю. Из земли выросло растение, а когда оно расцвело, оказалось, что это – хлопок.

Кару собрал его, сплел веревку, обвязал ею Райру и спустил его в дыру, проделанную броненосцем. По этой веревке поднялось огромное количество всякого уродливого народа, потом стали вылезать красивые люди, но не успели они все вылезти, как веревка оборвалась и те, кто еще цеплялся за нее, попадали обратно в дыру.

Райру удалось подняться наверх вместе с красивыми людьми. Увидав такое множество людей, Кару приказал наделать цветной краски – зеленой, черной, красной, желтой. Он хотел пометить ею мужчин и женщин, чтобы, когда люди расплодятся, они составили разные племена: мундуруки, муры, арары, паманы, уйнамари, манатери и др. Кару понадобилось много времени, чтобы всех раскрасить, и вот одни люди стали дремать, а другие и вовсе уснули.

Ленивым Кару сказал: «Вы лентяи, и поэтому быть вам птицами, летучими мышами, свиньями, мухами».

А другие, неленивые и красивые, услышали от него следующие слова: «А вы положите начало человеческому роду на земле. И дети ваши будут могущественны!»

Потом Кару спустился под землю через нору броненосца. С тех пор эту дыру в земле называют его именем – Карукупи.

Очень многочисленны, в отличие от мифов о сотворении мира, легенды, повествующие о различных природных катастрофах. Причем чаще всего говорится о пожаре или потопе, реже о наступлении холода, тьмы, нашествии чудовищ. Предвестием приближающегося катаклизма, в соответствии с легендами, следует считать внезапное оживание предметов и камней, которые сами по себе начинают набрасываться на людей наряду с рассвирепевшими животными. Причина катастрофы в одних случаях не указывается, в других о ней упоминается мимоходом (например, из-под корней дерева или из срубленного ствола начинает бить струей вода), в третьих страшные изменения на земле, несущие гибель всему живому, происходят по воле сверхъестественных существ, которых чем-либо прогневили люди.

В северной половине Южной Америки распространена евразийско-североамериканская версия мифа о катастрофе, согласно которой герои при наступлении бедствия находят спасение в каком-либо укрытии, а затем, когда им кажется, что опасность миновала, начинают выпускать на разведку животных, выясняющих, так ли это. Похож на данную версию и такой мотив: действующие лица мифа пережидают потоп на гигантском дереве и, чтобы узнать, спала ли вода, бросают вниз семена и плоды.

Мифы о происхождении людей приурочивают это событие либо к моменту сотворения мира, либо ко времени его обновления после глобальной катастрофы, причем последний вариант популярней. В эпоху же до катастрофы люди появляются в результате деятельности культурных героев или представителей некой мифической расы, например гигантов, волшебников и т. д.

У ряда племен существуют сказания о людях-животных, населявших землю во времена, предшествующие катастрофе. Нередко все эти существа принадлежат к мужскому полу, а женщины появляются позже, и у них уже отсутствуют какие-либо животные признаки. В некоторых мифах индейцев чако глобальные катаклизмы приводят к тому, что часть людей-животных превращается в настоящих зверей и птиц, а оставшиеся – в подлинных людей.

Очень распространен мотив прихода людей на землю из каких-то мест, где они пребывали ранее: например, люди спускаются с неба или поднимаются из подземного мира. Для осуществления спуска или подъема применяются веревки, цепочки из стрел и др. В дальнейшем в силу каких-то обстоятельств связь миров прекращается, и часть людей остается на небе или под землей, т. е. в других мирах.

Известны также мифы, повествующие о происхождении людей из яиц, из крови луны, которую ранил злой дух, из червей, заведшихся в трупе чудовища. Кроме того, культурные герои могут и сами сделать людей, вылепив их из глины, вырезав из дерева или тростника. Иногда герои лишь усовершенствуют людей или вылавливают их из воды, где те плавали в виде рыб.

Среди мифов о происхождении различных элементов окружающего мира одно из самых главных мест принадлежит сказаниям о возникновении культурных растений. Здесь можно выделить 4–5 основных мотивов, иногда сочетающихся между собой в одной легенде. Это создание растений культурным героем или божеством, которые иногда учат людей выращивать эти растения и обрабатывать поля; рождение растения женщиной; превращение в растения и плоды частей тела или праха мифического персонажа или выбранной им для этого жертвы. В качестве наглядного примера к последнему мотиву приведем миф, распространенный среди индейцев племени кайнганг.

«Мои предки питались фруктами и медом, а когда того и другого не хватало, страдали от голода. Один седовласый старец по имени Ньяра пожалел их и однажды приказал своим зятьям и сыновьям, чтобы они вырубили бамбуковые заросли и деревья. Когда все было сделано, он попросил детей привести его на выжженную пашню. Придя туда, Ньяра опустился на землю и приказал своим зятьям и сыновьям: „Теперь несите длинные лианы“.