Я знал мальчика, который дрался иногда по два и по три раза в день. Никак не мог справиться с этим недостатком. Я посоветовал:

– Дерись раз в день.

Согласился. У него была сильная воля.

Мы поспорили на две конфеты в неделю:

– Если за неделю у тебя будет не больше семи драк, я даю тебе две конфеты, проиграешь – ты мне.

Так прошло четыре месяца.

Сначала мы спорили только насчет драк дома, а потом и дома и в школе. Сначала о семи драках, потом о шести, о пяти, о четырех, трех, двух и одной драке в неделю. Наконец о нуле – ни об одной. Потом начали спорить о ссорах.

Помню его последнюю победу.

Он стоял на лестнице. Другой мальчишка мчался по лестнице вниз, пихнул его, этот того. Но тот вспетушился и дал сдачи. А мой покраснел, насупил брови, закусил губы, сжал кулаки… Это длилось какое-то мгновение. И вдруг ринулся вниз прямо во двор. Там он долго стоял и ждал, когда успокоится.

Когда пришел срок нашему пари, он сказал улыбаясь:

– Чуть не проиграл, на волосок был от драки!

Мальчик этот теперь уже взрослый и говорит, что благодаря пари он отучился драться.

Таких записанных у меня в тетрадках пари, пожалуй, уже тысяч с пятьдесят. Я заключаю каждую неделю таких пари с разными мальчишками и девчушками по пятидесяти и более. Дело тут не в конфетках, а в победе.

Спорят о том, что будут вставать сразу, как проснутся, умываться как следует, не опаздывать к столу, читать по пятнадцати минут в день; что не будут выскакивать с ответами в школе, стоять в углу, забывать, терять, лезть, приставать, надоедать, давать прозвища, болтать; что будут переписывать старательно по пяти строчек в день и чистить зубы. Что будут или не будут что-либо делать.

От вранья трудно отвыкнуть. Тот, кто часто врет, начинает с четырнадцати раз в неделю (по два раза в день). Да, но кто проверяет, что без обмана? Никто, ведь чтобы выиграть, можно оговорить любое число.

–  На прошлой неделе ты оставлял за собой право соврать четырнадцать раз, а на этой семь. Не мало ли?

– Хватит.

– А трудно тебе не врать?

– Сначала было очень трудно.

А вот мои проверенные на опыте правила: 1. «Если трудно, исправляйся не сразу, а постепенно».2. «Выбирай для начала лишь один, самый легкий недостаток и прежде всего кончай с ним».3. «Не падай духом, если долго нет улучшения или даже есть ухудшение».4. «Не ставь слишком легких условий, но такие, чтобы ты мог выиграть».5. «Не слишком радуйся, если сразу отучишься; избавляться от приобретенных недостатков легко, а от врожденных трудно».

Делая то, что ты не любишь, и не делая того, к чему ты привык, ты закаляешь волю. А это самое главное. Стать хозяином своих рук, ног, языка, мыслей… Есть люди, которые относятся к себе слишком строго, и это нехорошо; есть и такие, которые слишком легко слишком многое себе прощают, – это тоже плохо. А бывают люди, которые не знают своих достоинств и недостатков. Эти люди должны стремиться узнать их. – Гноти сеаутон, – сказал греческий мудрец: познай самого себя!Мальчики – девочки–  Мальчики – люди, и девочки – люди. Значит, между ними нет разницы. Так говорят одни.–  Неправда. Девочки спокойнее, послушнее, порядочнее, прилежнее, деликатнее. Так говорят другие.–  А я предпочитаю мальчиков. Мальчики веселые, не наскучат, они не обижаются, искреннее, больше их все занимает, легче убедить. – У девочек сердце мягче. – Вовсе нет, мальчик охотнее поможет, услужит. – Неправда. И они спорят и никак не могут согласиться.Иные говорят так:–  Между мальчиками и девочками не должно быть никакой разницы. Если бы они вместе учились, вместе ходили в школу, они были бы совсем одинаковые. И в конце концов так и неясно, кто прав.Нет, ясно.Правы и те, кто говорит, что отличаются, и те, кто говорит, что похожи. Даже между деревом и человеком есть сходство: дерево возникает из семени, питается, растет, ощущает жажду, дышит, радуется солнцу, старится и умирает, даже спит и отдыхает, его можно даже обидеть, довести до болезни и увечья. А птица не любит ли, как человек? Не печалится, не сердится, не тоскует? Хуже, чем человек, поет? А собака – верный товарищ?Похожи и взрослые на ребят…И не отличаются ли друг от друга? Найдешь ли хотя бы двух совершенно похожих мальчиков? Разве все девочки одинаковы? Ну а будь в школах совместное обучение?А оно и было и есть. Ведь различия могут быть и большими и малыми.Одно дело говорить, как хочется, чтобы было, и как должно быть, а другое дело, как оно есть.Так кто же лучше, мальчики или девочки?У каждого человека есть достоинства и недостатки, кто этого не знает? Недостатки и достоинства есть и у девочек, и у мальчиков. Нужно понимать друг друга, уважать, прощать и любить.Очень долго и мне казалось, что потому у них разный характер, что раньше у мужчин и женщин были неодинаковые права, что юноша ходил на войну и охоту, а девушки ухаживали за больными, пряли и готовили пищу. Поэтому мальчики ловчее, и сильнее, и любят другие игры. Так уж привыкли.Может быть, теперь это и реже бывает, но, когда я был маленький, взрослые часто говорили:– Ничего, что мальчишка проказничает. Мальчишка и должен быть озорным. А девочке не пристало. Будто мальчик должен быть смелым, девочка робкой, мальчик подвижным, девочка спокойной, мальчик легко мысленным, девочка благоразумной. Девочки завидовали мальчикам, и между ними не было согласия.Но его и теперь нет. Почему?Смотрю я и думаю, и вот что мне кажется.Мальчиков сердит, что девочки быстрее растут и раньше созревают. Приятно расти. А тут вдруг мальчик замечает, что девочка его обгоняет. Одного с ним возраста или даже моложе, а выглядит старше.–  И что она воображает? Ишь ты: барышню из себя корчит. (Это значит: делает вид, что взрослая.)Мальчик или горюет про себя, или всячески пристает и докучает.–  Мамзельстрекозель, – говорит сердито и с презрением. Иногда девочка и сама огорчена, не хочет расти; я знаю случаи, когда девочки мало едят, чтобы не полнеть и не расти.Или, выведенная из себя, ответит:–  Сопляк. И война готова.Если мальчик ловчее и сильнее, он силится доказать, что он больше значит, а если слабее, начинает делать наперекор, назло. Поссорился с одной девочкой, а в обиде на всех.Хуже всего, если люди делают друг другу назло, нарочно, чтобы рассердить.Так уж повелось на белом свете, что одному легче, другому труднее, один здоровый и сильный, другой слабый, одному больше дано, другому меньше, – так пусть хоть, по крайней мере, не будет того, чтобы один радовался, что сумел принести горе другому, один плакал, а другой над этим смеялся.Однажды мальчик приставил девочке к голове пробочный пистолет и пугал, что выстрелит. Девочка плачет, а он смеется.–  Экая глупая: боится. Хватает мячик и убегает. Знает, что не прав, а еще дразнится:–  А что ты мне сделаешь? Может быть, я слишком строг, но я думаю, что низко, подло, мерзко:Издеваться над беззащитными.Досаждать слабому.Шутить, доводя до слез.Эта никому не нужная злобность так сердит, так возмущает, такое вызывает отвращение к человеку и жизни!Часто взрослые думают, что это просто глупость, шутка, невинная проказа. О, нет, проклятое стремление досадить – это, может быть, самый большой недостаток у мальчиков в отношении девочек.Знаете что? Я встречал добрых, мягких, веселых, справедливых учительниц, которые потом становились злыми, суровыми, нервными и недоброжелательными оттого лишь, что дети делали им назло. В том и состояла забава: вывести из себя.Девочки меньше дерутся: и не пристало, и платье мешает, и волосы; нет сноровки, не знают приемов борьбы. Девочки щиплются или царапаются – руками или словами. Высмеивания, секреты, сплетни, ссоры…Мальчишек это очень раздражает. Выходит, мальчишки действуют искренне и явно, а девчонки исподтишка. И здесь взрослые допускают большую ошибку. Думают, что удар рукой больнее, чем обида, колкое слово.Ошибался и я: я долго думал, что начал тот, кто первый ударил. Вовсе нет, виноват тот, кто задирал. «Ангелочки, воображалы, недотроги, нюни, плаксы, ябеды».Правда, девочки часто стараются показать, что они лучше, чем есть. Но и мальчики неискренние, мальчики стараются показать, что они хуже, чем есть.Не могу понять, почему это так, но мальчику кажется, что ему не пристало, стыдно быть спокойным, благоразумным, благовоспитанным. Мальчишка лучше порвет с товарищами, чем признается, что он не хулиган. Да, несправедливо осуждают мальчиков. Но они сами виноваты. Мальчику так же, как и девочке, хочется быть красивым, только он в этом не признается. Я знаю, как мальчишки неохотно стригутся; но говорят, что у них мерзнет голова и шапка будет велика. Хочется им хорошо одеваться, хочется быть милыми и деликатными, да не пристало признаться.Мальчишке труднее быть чистеньким, он любит подвижные игры. У мальчиков больше синяков и шишек, порезанных пальцев, ссадин на коленках; мальчики больше дерут башмаки, чаще бьют стекла. Да потому, что они больше мастерят и более дотошные. Но они не грязнули.Просто мальчики любят все побыстрее, менее терпеливы, и потому тетради у них не в таком порядке. Но стараются мальчики не меньше.Как и девочки, они сострадают, жалеют, им неприятно видеть чужое горе, только они не хотят показать этого, боятся насмешек. Знай они, что бояться приставаний и прозвищ – это тоже трусить!И наконец, мальчики стыдливы не менее девочек. Только мальчики говорят нехорошие слова громче. А делают что-нибудь неприличное из озорства или чтобы «себя показать».Как и девочки, мальчики брезгают «свиньями». Если девчонки «ангелочки», то мальчишки «задавалы» и, значит, тоже «воображалы». Мальчики задирают иначе, более шумно, только и всего.Взрослые должны знать, что мальчики больше всего сердятся и сильнее всего мстят, когда затронута их стыдливость.–  Не хочу, чтобы она смотрела, – говорил мальчик. – Если ей можно, так и мне. Теперь мода другая. Ребятам говорят, что не надо стыдиться ходить в купальниках и спортивных костюмах. Это лучше, чем когда считали, что девочка должна быть стыдливой, а мальчишка бесстыжим. Спорт и харцерство принесли большую пользу.Я пишу об этом потому, что неправда вредна, а здесь было много лжи. Не зная, как со всем этим быть, мальчишки злятся и живут с девочками на ножах.–  Не выношу девчонок, – говорит мальчик. – Не выношу мальчишек, – говорит девочка. Неправда.Один раз приятнее играть и говорить с мальчиками, другой раз – с девочками. Есть игры, в которых девочки мешают, а есть и общие. Может же девочка бегать лучше, чем мальчик, почему тогда мальчику нельзя играть в куклы?–  Ой, он с девчонками играет! – Ой, она с мальчишками играет! А начни мальчик с девочкой чаще разговаривать, сразу:–  Жених и невеста, парочка. А я знаю целых четыре случая, когда мальчик с девочкой любили друг друга, еще когда ходили в школу, а выросли – стали мужем и женой.И знаю случай, когда мальчик играл в куклы. Девочки шили платьица и одеяльца, а он делал для кукол кроватки и шкафики. И никто не смеялся, не над чем тут смеяться.Мое правило жизни такое: «Быть искренним. Не обращать внимания на разные подковырки. Если я что люблю, говорю: „люблю”, и баста».И второе правило: «Меня не касается, маленький кто-либо или большой и что говорят про него другие: красив, некрасив, умен, глуп; меня не касается даже, хорошо ли учится, хуже меня или лучше; девочка это или мальчик. Для меня человек хорош, если хорошо относится к людям, если не желает и не делает зла, если он добрый».Иногда учителя говорят:–  Он хорошо учится, много читает, развитый. А кому от этого польза? Если он эгоист, сухарь и вдобавок задавала? Совсем как богатый скряга – вызывает только злость и зависть.Не знаю, что больше объединяет людей – сходство или именно различие? Одного я люблю за то, что он похож на меня, а другого за то, что не похож. Раз веселый дружит с веселым, раз – со спокойным и грустным. А иногда один из друзей как бы опекает другого. Могут полюбить друг друга старший с младшим, богатый с бедным, мальчик с девочкой.Я заметил, что только глупые люди хотят, чтобы все были одинаковые. Кто умен, тот рад, что на свете есть день и ночь, лето и зима, молодые и старые, что есть и бабочки и птицы, и разного цвета цветы и глаза и что есть и девочки и мальчики. А кто не любит думать, того разнообразие, которое заставляет работать мысль, раздражает.

Прошлое – будущее

Сомнения

С грустью я заканчиваю эту небольшую книжку. С неспокойной душой кончаю этот свой опыт.

Я писал эту книжку очень быстро, боялся, что если хотя бы на один день прервусь, то остыну и не закончу, а начало порву и выброшу.

А мне кажется, что эта книжка очень нужная. Может быть, не всем, а тем, кто любит вдумываться.

Когда собираешься писать книгу, всегда кажется, что она нужная и будет легко писаться и читаться. Нужно ведь, чтобы старший рассказал о том, что он знает, и облегчил младшему понимание жизни и ее правил.

А мне это легко сделать, я уже много лет работаю с ребятами – вижу, что они делают, беседую с ними, выслушиваю их вопросы, жалобы, знаю, что им мешает, докучает, понимаю их трудности.

И такую книгу будет приятно читать, потому что наряду с ошибками и проступками, ссорами и обидами я вижу столько прекрасных дел и добрых намерений, столько взаимных услуг, уступок, помощи, заботы и доброжелательности.

Я с радостью сажусь писать. Но стоит взять в руки перо, как сразу все выходит не так, как хочется. Тяжело, трудно.

И только когда глава окончена, вспоминаешь, что то-то и то-то упущено, что об одном написано слишком кратко и непонятно, а о другом, менее важном, слишком много и растянуто.

Начинаешь исправлять и переписывать, но это не помогает. Совсем так, словно задумывал один, а писал другой. Одно в мыслях и в мечтах, другое на бумаге, буквами и словами.