Я не спал уже так давно, что забыл, как это приятно. Но, прилетев в Лос-Анджелес, сразу отправился в парикмахерскую, чтобы постричься, помыть голову, побриться и сделать массаж.

Почувствовав себя возрожденным к жизни, я позвонил Дафни Бакли. Ее голосок звучал ясно, в нем не проскальзывало ни малейшего нервного напряжения, чувствовалось, что она хорошо отдохнула.

– Думаю, мы нашли вашего мужа, – сказал я.

– С блондинкой или без?

– Без нее.

Наступила пауза.

– Вы медлите, чтобы подготовить меня, Дональд?

– Да.

– Не надо, говорите прямо.

– Вы вдова.

– Когда это произошло?

– В ночь с пятого или ранним утром шестого числа, можно сказать только приблизительно. Видимо, это дело рук одного из его попутчиков или, возможно, обоих. Они убили вашего мужа и уехали на его машине.

– Вы не придете ко мне, чтобы все рассказать подробнее? – попросила она.

– Я так давно нормально не спал, что уже забыл, как выглядит моя кровать.

– Бедный мальчик! Приходите, сварю вам прекрасный кофе. Я должна узнать подробности, Дональд, и, поверьте, не собираюсь устраивать истерику. Я ожидала нечто подобное с тех пор, как позвонила вам. Обещаю, что не буду усложнять ситуацию слезами, но я хочу знать, что же вы все-таки обнаружили.

– Хорошо, выезжаю.

– Буду ждать.

Я взял такси и вскоре был у ее дома, квартира 721. Дафни Бакли открыла мне дверь в ту же секунду, едва я дотронулся до кнопки звонка, прозвучавшего приглушенно где-то в глубине квартиры.

Она сразу взяла меня за руку и не отпускала до тех пор, пока не закрыла входную дверь. Мы прошли в гостиную.

– Вам звонили из полиции? – поинтересовался я.

– Нет, – покачала она головой.

– Думаю, они скоро позвонят, буквально с минуты на минуту.

– Дональд, что я должна делать?

– Что вы имеете в виду?

– Я не хочу лицемерить, изображать глубокую скорбь. Честно говоря, Малкольм и я хорошо относились друг к другу, когда бывали вместе. Но он мне изменял, я это знала, и мне, как бы это сказать… мне было любопытно, как далеко это может зайти, разрушит это нашу семью или нет. Мне всегда было интересно, что какая-нибудь другая женщина чувствовала бы при подобных обстоятельствах. Конечно, и я ощущала, что из моей жизни уходит что-то хорошее. Когда оправилась от шока после его первой измены, то почувствовала себя очень одинокой. Скучала без его дневных звонков и тех милых, только нам понятных слов, которые он мне прежде говорил. Но…

Она, я видел, колебалась, продолжать ли дальше.

– Но вы молоды, очень хороши собой, прекрасно сложены и в довершение ко всему наследуете сто пятьдесят тысяч долларов.

– Хотите сказать, Лэм, что передо мной открывается новая жизнь?

– Что-то в этом роде, если вы, конечно, этого захотите.

Она посмотрела мне прямо в глаза:

– Дональд, я этого хочу.

Я кивнул.

– Но люди будут считать меня бездушной, если я не стану проливать слезы после гибели мужа. Дональд, я просто не могу этого делать, не могу до такой степени быть лицемерной. Я люблю жизнь, люблю смеяться, люблю ночные огни и, хочу сказать вам откровенно, Дональд, не могу в этой жизни обходиться без мужчины.

Я опять согласно кивнул.

– Скажите, Дональд, что же мне дальше делать?

– Когда полиция сообщит вам, что найдено тело вашего мужа, вы должны им сказать, что я уже поставил вас в известность о том, что его убили. Вы можете не плакать, но сделать вид, что словно парализованы от шока. Поплачете на похоронах. Нельзя не плакать. Вы не можете не плакать: как бы вы ни относились к этому человеку, когда вы увидите его в гробу, обязательно заплачете. Так устроены все женщины…

Потом вам надо будет отправиться в путешествие. Начнете новую жизнь и постараетесь обо всем забыть. Поставьте в известность друзей, что летите в Европу, а вместо этого сядьте на пароход и отправляйтесь в Южную Америку.

– А что произойдет, когда я вернусь?

– А зачем вам возвращаться?

– Что вы имеете в виду?

– Что вас здесь держит? Семья, родственники, что?..

– Несколько близких друзей.

– Ваших общих друзей?

– Вы имеете в виду моих и Малкольма?

Я кивнул.

– Малкольм был очень общительным, у него было много друзей, и…

– И каждый станет подходить к вам со своей меркой. Мужчины будут готовы тут же его заменить, женщины будут вас постоянно критиковать, как бы вы примерно себя ни вели.

Если же начнете горевать о нем, скажут: «Господи боже мой, Дафни, надо быть более разумной, все слезы и печали не смогут вернуть к жизни бедного Малкольма».

Ну а если попытаетесь начать жизнь с того места, где пришлось остановиться, тут же ощутите, что все вокруг изменили свое отношение к вам. Друзья – это все замужние пары вашего возраста, а для них вы – одинокая женщина, вдова, потенциальный источник опасности, угроза стабильности их семьи. Жены начнут вас бояться, перестанут приглашать к себе, чтобы их мужья реже с вами виделись. Если же вы завяжете роман с кем-то из неженатых мужчин, то все начнут говорить: «Господи, у Дафни Бакли не хватает достоинства подождать, пока Малкольм остынет в могиле, прежде чем флиртовать с другими. Вы видели, как она смотрела на этого красавчика с вьющимися волосами, когда вчера танцевала с ним? Все было понятно по ее глазам, а мне никогда в жизни еще не было так противно!..»

Дафни молча слушала мою длинную речь.

– Дональд, думаю, вы совершенно правы, я так рада, что обратилась в ваше агентство «Кул и Лэм». Я…

И в этот момент зазвонил телефон.

Глядя в раздумье на аппарат, Дафни вдруг спросила меня:

– Вы действительно думаете, что я так привлекательна, Дональд?

– Конечно, я так считаю, могу поклясться, вы самая красивая из всех женщин, которых я когда-либо знал! Женщина с замечательной фигурой!

Телефон продолжал трезвонить.

Дафни поднялась, медленно подошла, явно думая о моих словах, и рассеянным движением взяла трубку.

– Алло! Говорите. – После этих слов Дафни долго молча слушала, что ей говорили.

Потом я услышал:

– Я уже в курсе ситуации. Детектив из агентства «Кул и Лэм» только что мне все рассказал… Я сейчас очень расстроена. Вы не дадите мне немного времени, чтобы прийти в себя?.. Я не могу это сейчас обсуждать. Да, мистер Лэм сейчас подойдет к телефону.

Она протянула мне трубку, и я услышал:

– Говорит Фрэнк Мэлони из газеты «Трибюн». У нас идет небольшой материал об убийстве Малкольма Бакли. Можете нам что-нибудь сообщить? Мы не хотим беспокоить вдову, но нам необходимы факты. Не собираемся также раздувать дело об этом убийстве, но ведь он был бизнесменом и жил в нашем штате, поэтому необходимо сделать о нем статью.

– Что вы конкретно хотите знать?

– Лэм, я не могу точно определить, все зависит от фактов, от того, что выявится нового в этом деле. После того как я напишу ее, меня могут заставить многое оттуда убрать.

Я посмотрел на Дафни, прикрыл ладонью трубку, объяснил, кто звонит, и спросил ее, что я могу им сообщить.

– Все что хотите, я не возражаю, – сказала она.

– Хорошо, я расскажу то, что сам знаю, – ответил я в трубку. – Вот известные мне факты. Малкольм Бакли возвращался из деловой поездки в Лос-Анджелес пятого числа этого месяца. Из Карвер-Сити, с дороги, он послал жене открытку. Первого попутчика он подобрал в Карвер-Сити; далее, перед Сентрал-Крик, он посадил к себе в машину женщину, тоже хитчхайкера. Он позвонил жене из Сентрал-Крик и сообщил о женщине-блондинке. Через пять часов после этого из Роммели жене позвонила та самая блондинка с сообщением, что у Бакли спустила шина и запасное колесо тоже оказалось не в порядке, поэтому она вызвала к нему ремонтную машину.

Бакли больше не объявлялся, его жена звонила в оба функционирующих в Роммели гаража, но там ей ответили, что им никто не звонил и они не выезжали ремонтировать машину в четыре часа утра.

Вчера люди шерифа в Керн-Каунти, графство Керн, тщательно обыскав все дороги в горах, нашли тело Малкольма Бакли. Кто-то разбил ему голову ручкой от домкрата – похоже, домкрат лежал в багажнике его машины.

Машина убитого была найдена недалеко от Бриджпорта, на боковой дороге. Власти полагают, что она здесь стояла не меньше суток.

Помощник шерифа получил известие о том, что один чек Бакли после его убийства был погашен в казино Рино. Вот и вся известная мне информация. Получил я ее от помощника Харви Кловера. Кстати, он прекрасный парень!

– Вы что-нибудь узнали еще об этой блондинке? – поинтересовался Мэлони. – Похоже, во всей этой истории она играет не последнюю роль?

– Что касается этой части истории, я бы посоветовал вам получить информацию у помощника шерифа в Бейкерсфильде, Харви Кловера. Я сопровождал его в Роммели, до гаража «День и ночь»; той ночью там работал парень по имени Том Аллен, так он утверждает, что никаких звонков в ту ночь не было, однако на детекторе лжи помощник шерифа определил, что парень говорил неправду. Позже Том Аллен признался, что в пять утра шестого числа к нему в гараж явилась блондинка с просьбой послать ремонтную машину… Он же решил сначала угостить ее чашечкой кофе, а потом они подумали, что прошло уже слишком много времени и Бакли, должно быть, сам уже нашел какой-то выход из положения.

– Ничего себе поворот событий! – воскликнул Мэлони с энтузиазмом. – Мы здорово это обыграем! Представляете заголовки: «Красавица блондинка задерживает ремонтного мастера, пока местного бизнесмена убивает хитчхайкер»?

– Лучше бы вам пока поосторожнее обращаться с заголовками, – посоветовал я.

– Что вы имеете в виду?

– А может быть, это блондинка его убила, но ни мы, ни вы пока точно не знаем, что произошло.

– Что ж, по-вашему, она его убила, а потом пришла в гараж с намерением вызвать ему ремонтную машину?

– Как вы можете точно знать, что это не было именно так?

– Но ведь это очевидно! Ремонтник мог найти машину вместе с убитым, и блондинка была бы задержана.

– Тело убитого было обнаружено совсем в другом месте, – осадил я его.

– Ну, тогда его убил второй попутчик, или он отвез его тело в укромное местечко и спрятал там!

– Могло случиться и так. С другой стороны, следует помнить, что звонок этой женщиной был сделан через пять часов после того, как Бакли позвонил жене из Сентрал-Крик. Это значит, что он ехал всего со скоростью десять миль в час. Дело в том, что остается большой промежуток во времени, и мы не можем пока объяснить, что произошло именно в те часы.

– Да, а что со вторым попутчиком?

– Возможно, он тоже убит. Пока найден только один труп. Бакли рассказал жене, что блондинка ехала на заднем сиденье.

– Черт побери! – воскликнул Мэлони.

– Более того, – продолжал я. – Бакли, очевидно, был убит ручкой от домкрата своей собственной машины. Однако кто-то же открыл багажник, чтобы вынуть оттуда домкрат? И вообще, зачем был открыт багажник?..

– Ну это же просто: спустила шина. Так ведь заявила девица?

– Но когда машину нашли в Бриджпорте, и шина, и запаска были в полном порядке, никаких признаков поломки.

– Это действительно убийство? – спросил Мэлони.

– Конечно, убийство, что же еще. Бакли не мог покончить самоубийством, ударив себя по голове ручкой от домкрата. Можно было бы найти лучший способ для этого.

Мэлони помолчал лишь мгновение.

– Черт побери, вы мне рассказали потрясающую историю! Может быть, стоит мне самому приехать в Бейкерсфильд, взять несколько интервью и сделать фото?

– Может быть! И встретите по пути блондинку, исчезнувшую из кафе в Сентрал-Крик. Кстати, хозяйка этого кафе Дороти Леннокс.

– Что за история с этой, другой блондинкой?

– Ее вам расскажет помощник шерифа из Бейкерсфильда.

В голосе Мэлони появилась еще большая заинтересованность.

– Вот это история! Сколько времени эта девица и ремонтник провели вместе и были ли они знакомы раньше?

– А кто сказал, что они спали вместе?

– Ну, они сидели… пили кофе… Что, черт возьми, они делали – пили кофе, говорите вы?

– Как я могу знать точно, что они делали?

– А что говорит сам мастер по ремонту?

– Он врет. Вернее, врал.

– Но потом ведь он признался во лжи?

– Да, признался.

– И что же он рассказал?

– Не думаю, что власти будут так углубляться в детали, по крайней мере они при мне этого не делали. Кстати говоря, Аллен – бывший заключенный, выпущенный под честное слово, и скрывается под чужим именем. Его разыскивают власти штата Невада за нарушение режима.

– Вот так история, черт возьми! Великолепный материал для статьи: секс, убийство, тайна! Так вы сказали, что прошло пять часов между тем, как Бакли звонил своей жене, и звонком этой блондинки из Роммели?

– Да, я сказал так.

– Может быть, она позвонила уже после того, как «наигралась» с этим бывшим заключенным?

– Вполне возможно.

– А это существенно?

– Конечно, для объяснения временного фактора.

– Кто-то в казино погасил чек, украденный у Бакли.

– Да, было такое.

– Мужчина или женщина?

– Мужчина.

– Подобное означает, что это мог сделать только второй попутчик? – спросил Мэлони.

– Не обязательно. Они бы могли разделить все пополам, пятьдесят на пятьдесят.

Мэлони немного подумал над сказанным мною, потом поблагодарил:

– Огромное вам спасибо, Лэм! Вы рассказали мне удивительную историю.

– Если вам, мистер Мэлони, захочется поблагодарить первоисточники, вспомните, что именно фирма «Кул и Лэм» помогла вам, и наш офис находится в…

– Глупости! – прервал он меня. – Я не вчера родился на свет. Именно вы, Лэм, навели меня на след, и я должен быть благодарен только вам, а не фирме. В моей статье вы найдете о себе большой абзац, где будет сказано, что Дональд Лэм, опытный и умный детектив, сопровождал полицию, когда они нашли тело убитого Бакли, он дал интервью исключительно для газеты «Трибюн», в котором рассказал…

– Прекрасно звучит, – перебил я поток его красноречия.

– Жду, Лэм, от вас продолжения, – ответил Мэлони.

– Вы сможете найти меня в нашем офисе, меня или моего партнера Берту Кул: кто-то из нас всегда на месте.

– Огромное спасибо, Дональд! – сказал Мэлони и повесил трубку.

Дафни Бакли смотрела на меня встревоженными глазами.

– Дональд, не слишком ли много вы ему рассказали?

– Ничего, другие газеты все равно бы это разнюхали.

– Но вы описали слишком много деталей происшедшего. Кое о чем и я не знала, например об этой девице, которая обнималась в гараже до тех пор, пока не стало слишком поздно.

– У меня пока не было и минуты, чтобы рассказать вам об этом.

Она подошла к дивану, села и постучала по нему рукой, приглашая меня присесть рядом.

Я игнорировал ее жест, прошел вперед и сел в кресло. Она разочарованно посмотрела на меня, пошутив:

– Вы всегда склонны не принимать предложения клиента?

Я пересел к ней. Она налила кофе, и я выпил чашку.

– Расскажите об этой блондинке, которая работала в ресторане, а потом внезапно исчезла.

– Очень может быть, что она и являлась попутчицей вашего мужа. Доехала до Роммели, потом позвонила вам, добралась до гаража, чтобы действительно вызвать ремонтную машину, а через некоторое время, возможно, в ней заговорила совесть, и она опять автостопом добралась до того места, где оставила вашего мужа.

– И когда она не нашла его машину на месте?..

– Вот тогда она добралась до Сентрал-Крик и зашла выпить кофе. Хозяйка кафе спросила ее, не хочет ли она поступить к ним на работу, и она осталась.

– В таком случае эта женщина не виновата в убийстве?

– Возможно, что и нет.

– Думаете, Лэм, что попутчик, ехавший на переднем сиденье, убил Бакли?

– Не знаю. Я просто ни в чем пока не уверен.

Дафни посмотрела на меня с жалостью и сочувствием.

– Бедный Дональд, вы просто умираете от недосыпания, я же вижу.

– Я просто устал, но пока не умираю.

Внезапно она обняла меня за шею, откинулась назад, к спинке дивана, и притянула мою голову к себе. Кончиками пальцев она стала нежно поглаживать мой лоб, веки, затылок, приговаривая:

– Бедному Дональду надо поспать. Ты не хотел бы отдохнуть здесь, у меня?

Она прижала свою щеку к моей, но мои слова подействовали словно ушат холодной воды – я предостерег ее:

– Это был всего лишь газетный репортер, этот Мэлони. Тебе еще не звонила полиция… Они будут тут с минуты на минуту и…

– Здесь? – раздраженно воскликнула она.

– Конечно!

Дафни резко выпрямилась и слегка оттолкнула меня.

– Дональд, тебе надо ехать домой и выспаться.

– Прекрасная мысль! – согласился я.

Она тут же вскочила, улыбаясь и стараясь теперь как можно быстрее меня выпроводить.

– Но не забывай обо мне! – на прощание сказала она.

– Если появятся какие-то новые подробности, я обязательно вернусь, и мы покончим с начатым делом.

Она секунду подумала.

– Полагаю, вы правы. Не хочется думать, что убийство моего мужа не будет расследовано.

– Полиция над этим работает.

– Да, надеюсь.

Она, поколебавшись, сказала:

– Я счастлива, что пришла именно в вашу фирму. Скажи, Дональд, могут возникнуть какие-нибудь сложности с идентификацией трупа?

– Это, видимо, будет зависеть от степени его разложения. Думаю, полиции все-таки удастся снять отпечатки пальцев и по ним идентифицировать личность вашего мужа. Кстати, он служил в армии?

– Да, служил.

– Тогда отпечатки его пальцев есть в личном деле. Не думаю, что возникнут какие-нибудь сложности с опознанием и с получением вами его страховки.

– Дональд, я хочу сказать вам что-то, что вы, наверное, уже слышали от сотен женщин.

– Что?

– Вы козленок! – Она с нежностью поцеловала меня. Я тоже ее поцеловал. Потом она старательно стерла помаду с моего лица, поправила мой галстук и пригладила волосы кончиками пальцев. – Несносный парень! – в притворном гневе воскликнула она. – Теперь можешь идти.

– Почему же несносный?

– Потому что так равнодушно меня поцеловал. – И с этими словами она открыла дверь и выпроводила меня в коридор.