— О боже! — произнес кто-то.

Даффи с трудом поднял веки и словно в тумане увидел какого-то человека. Приняв его за Джо, он снова закрыл глаза.

— Билл!

«Нет, это не Джо». Голос показался Даффи знакомым. Мак-Гвайр! Превозмогая боль, Даффи приподнял голову.

— Ты опоздал немножко, — простонал он.

— О господи! Да что с тобой? — вскричал Мак-Гвайр.

Даффи отвернулся к стене: у него не было сил говорить.

— Дай мне сначала прийти в себя.

— Что же случилось? — только и мог выговорить Мак-Гвайр.

Он был в шоке. Опрокинутые стулья! Кровь на полу! Мак-Гвайр побежал в ванную и вернулся с тазиком и полотенцами.

— Дай-ка, дружище, я приведу тебя немного в порядок. — И Мак-Гвайр принялся осторожно смывать с Даффи кровь.

— Тише, ты! — вскрикнул Даффи. — Не видишь разве, что у меня разбит нос?

— Ну, если это нос…

Смыв кровь с лица, Мак-Гвайр принес свежей воды. Он весь кипел от гнева. Они с Даффи долго работали вместе в «Трибюн» и, хотя всякое за это время бывало, никогда не давали друг друга в обиду.

— Нечего тут изображать доброго самаритянина, — сказал Даффи, — дай мне лучше чего-нибудь выпить!

Мак-Гвайр поставил тазик на стол и направился к бару. Наполнил два стакана шотландским виски и хотел поднести один к губам Даффи, но тот взял у него стакан и сказал:

— Черт возьми! Неужели ты думаешь, что я не удержу в руке стакан с собственным виски?

Друзья выпили и почувствовали прилив бодрости.

— Это какая-нибудь дикая кошечка так тебя изукрасила? — поинтересовался Мак-Гвайр.

Даффи приподнялся, чтобы поставить стакан на пол. При этом лицо его искривилось от боли, и он схватился за грудь. Мак-Гвайр с тревогой взглянул на него:

— Все о'кей?

— Разумеется!

— Вот и отлично, дружище, только советую тебе не делать резких движений. Ложись лучше!

Даффи, однако, попробовал встать на ноги и, если бы Мак-Гвайр его не подхватил, грохнулся бы на пол.

— Да, карьера моя, кажется, идет к концу. — Даффи вытер пот со лба.

Мак-Гвайр уложил его на диван и сел рядом.

— Отдохни хорошенько, и все будет в порядке. А сейчас расскажи, наконец, что произошло.

— Пожалуйста, если хочешь, — согласился Даффи. — Ко мне в квартиру ворвались три гангстера и разделали меня под орех.

Мак-Гвайр покачал головой:

— Сообщить в полицию?

— Ни в коем случае…

— Как хочешь. Что дальше?

Даффи снова застонал.

— Ну и ночка у меня была!

Мак-Гвайр подошел к телефону, набрал номер.

Даффи проводил его взглядом.

— Это я, дорогая… Наш сумасшедший друг опять влип в историю. Посмотрела бы ты на него! Он неузнаваем, так его разделали… Я привезу его к нам, чтобы не оставлять одного. Приготовь ему постель. — Мак-Гвайр помолчал, видимо слушая ответ жены, и, сказав: «Мы едем», повесил трубку.

— Хочешь повесить мне на шею свою жену? Не выйдет! — запальчиво произнес Даффи.

— Не трепыхайся, — сухо сказал Мак-Гвайр. — Будешь меня слушаться, или я поволоку тебя силой. Боксер из тебя никудышный.

— Ладно, уговорил…

Не так-то легко оказалось перевезти Даффи с квартиры на квартиру. Элис уже ждала их. Это была высокая темноволосая женщина со смуглой кожей, что придавало ей сходство с индианкой. В ее обычно ласковых глазах застыла тревога.

Присутствие Элис всегда хорошо действовало на Даффи.

— Билл Даффи! — укоризненно произнесла Элис. — Что на сей раз ты натворил?

— У пьяных дело всегда кончается дракой, — заметил Мак-Гвайр.

Даффи попробовал улыбнуться, но ничего не вышло: болело все лицо.

— Это еще ничего, — пошутил он, — посмотрела бы ты, какой вид был однажды у Демпси!

— Он, кажется, бредит, — улыбнулась Элис. — Надо уложить его скорее в постель, Сэм.

— Сейчас мы это сделаем.

Квартира из четырех комнат буквально сверкала чистотой. Везде цветы, полы натерты до блеска. Во всем чувствовалось присутствие Элис. Бывая здесь, Даффи с сожалением вспоминал о том, что до сих пор ходит холостяком. Он даже не скрывал этого. Будь Элис свободна, Даффи, не раздумывая, женился бы на ней. Это придавало их дружбе какой-то особый оттенок. Даффи с наслаждением лег на прохладные свежие простыни и почувствовал, что боль немного утихла. Пришла Элис, поправила подушки, потерла ему лоб чем-то холодным и ароматным. Это было так приятно!

Мак-Гвайр посмотрел на часы:

— Пусть он хорошенько выспится. А я пошел на службу. Смотри, Элис, не подходи к нему слишком близко. А начнет приставать, вызывай полицию. — Он бросил взгляд на Даффи: — Отдыхай, дружище. Потом поговорим.

— С твоей женой приятнее, чем с тобой, — попробовал пошутить Даффи.

Элис и Сэм переглянулись. Даффи смотрел на них и думал, какая они чудесная пара. Он закрыл глаза, а потом почувствовал, как трудно их снова открыть.

— Что с ним? — шепотом спросила Элис мужа.

Мак-Гвайр обнял ее, и они вышли из комнаты. В гостиной он сказал:

— Говорит, что его избили какие-то гангстеры. Пусть сперва придет в себя, а потом мы все это выясним. Постараюсь вернуться пораньше.

— Сэм! — неожиданно позвал Даффи.

Мак-Гвайр вернулся:

— Уснешь ты когда-нибудь, несчастный?

— Послушай, Сэм! Попытайся узнать все, что сможешь, о женщине по имени Аннабел Инглиш. Узнай также о некоем Даниэле Моргане и кто на него работает. И еще о Кэтли, торговце наркотиками. Обещаешь? Тогда я спокойно усну.

Мак-Гвайр записал в записную книжку все имена.

— Постараюсь все сделать. Хотя, признаться, не понимаю, зачем это тебе нужно. Но жажду узнать. А теперь спи!

Когда вечером Мак-Гвайр вернулся домой, Даффи все еще спал.

— Даже не просыпался, — сообщила Элис.

— Прекрасно! А как насчет того, чтобы перекусить? Надеюсь, немного попозже он все нам расскажет.

Даффи проснулся как раз к ужину, накинул халат и вышел в гостиную. Выглядел он неважно, но чувствовал себя хорошо.

— Билл Даффи! — строго сказала Элис. — Немедленно возвращайся в постель.

— Ну что я, ребенок? — Даффи опустился в кресло. — Со мной все в порядке. Выпьем что-нибудь, Сэм?

Супруги переглянулись.

— Несчастный пьянчуга! Сейчас же иди в постель!

Даффи покачал головой:

— Предупреждаю, я уже в форме, и со мной шутки плохи.

Мак-Гвайр понял, что выхода нет, достал ром, выжималку, несколько лимонов, бутылку абсента и стал готовить коктейль.

— Только покрепче, — попросил Даффи.

Элис выглянула из кухни:

— Этого я ждала целый день!

— Моя женщина тоже не откажется выпить, — заметил Сэм.

— Не сомневаюсь! — Даффи встал, посмотрел в зеркало, снова сел. — Я знал еще до тебя, что, если Элис начнет пить, десять полицейских ее не удержат.

— Так было раз в жизни, — возразил Сэм, ставя на стол стакан. — Теперь она уже не та. Выпьет две рюмочки рома — и с ней не справится целая армия.

— Хватит болтать чепуху, лучше садитесь ужинать, — рассердилась Элис.

Она пошла на кухню, Даффи последовал за ней. Он шел очень осторожно, опасаясь наткнуться на что-нибудь. Сэм нес шейкер и рюмки.

Даффи было больно двигать челюстями, но он терпел. Во время ужина болтали о всяких пустяках, хотя Элис и Сэм буквально сгорали от любопытства. После ужина вернулись в гостиную. Даффи сел в кресло, Элис на подлокотник, Мак-Гвайр прислонился к холодному камину.

— Простите, что так долго испытывал ваше терпение, — начал Даффи. — Пожалуй, я расскажу все сразу, а подробности обсудим потом.

И Даффи рассказал все по порядку. Как встретил Моргана, как тот предложил ему сделать фотографии в чужой квартире, как у него отняли камеру, как он обнаружил труп на крыше кабины лифта и все остальное, что уже известно читателю.

Когда Даффи умолк, в комнате воцарилось молчание. Первым его нарушил Мак-Гвайр:

— Нечего сказать, хорошенькая история!

Элис прошла к камину и печально посмотрела на Даффи.

— Все вы, мужчины, одинаковы, — сказала она не без горечи. — Вечно влипаете в истории, корчите из себя героев, а потом валяетесь в постели с припарками и компрессами.

— Хватит об этом. — Даффи взглянул на Сэма: — Расскажи лучше, удалось ли тебе узнать что-нибудь об Аннабел Инглиш.

— Этой даме не избежать неприятностей. — Сэм принялся набивать трубку, потом полез в карман за спичками.

Элис взяла с камина коробок и протянула мужу.

— Когда-нибудь она попадет за решетку, — продолжал Сэм.

— Мне нужны факты, а не прогнозы, — произнес Даффи.

— Можно и факты. Она дочь Эдвина Инглиша. Но ты, я думаю, и сам об этом догадался.

— Нет, не догадался, и это большое упущение с моей стороны.

— Речь идет о политике Эдвине Инглише? — поинтересовалась Элис.

Сэм кивнул:

— Да. И Аннабел «черная овечка» в семье. Вам, конечно, известно, что Инглиш объявил войну всем порокам, а дочь наносит ему удары в спину. Старика, разумеется, это бесит. Года три тому назад они стали жить отдельно. Отец предоставил Аннабел роскошные апартаменты, выделил солидную ренту, но при условии, что она будет вести достойный образ жизни и не опозорит его перед избирателями.

— Политик с такой программой и при такой доченьке… Да, ему не позавидуешь, — заметил Даффи.

— Ты прав, дружище. Эта куколка опаснее бритвы. Так и бросается на мужчин.

— Ты не преувеличиваешь? — спросила Элис.

— Ну что ты! — воскликнул Даффи. — Знаешь… — Он замолчал, мгновение поколебался и махнул рукой. — Ладно, все это не важно. Продолжай, Сэм.

— Ее отец живет в постоянном страхе, опасается, как бы Аннабел не скомпрометировала семью. Его враги только этого и ждут. Они терпеть не могут Инглиша. И неудивительно. Настоящий ретроград.

— Что еще?

Сэм пожал плечами:

— Ничего особенного. Сплетни, один-два скандала, которые удалось замять. За последние два года Инглиш потратил кругленькую сумму, чтобы спасти дочь от тюрьмы и прессы. Аннабел посещает весьма сомнительные ночные заведения. У себя дома показывает порнографические фильмы. Ее дружки занимаются темными делишками. В общем, дама молодая, но симпатии не вызывает.

— Так примерно я ее себе и представлял, — произнес Даффи, словно обращаясь к самому себе.

— И даже теперь, когда тебе все известно, ты не раздумал ей помочь?

Даффи подошел к Элис:

— Ты очень добра, Элис, но не надо так беспокоиться обо мне. На эту даму мне в общем-то наплевать, но фотографии я верну, потому что обещал.

Элис вздохнула:

— Почему порядочные молодые люди позволяют подобным женщинам себя окрутить? Видимо, потому, что порядочного человека вообще легко обвести вокруг пальца.

Даффи и Сэм переглянулись.

— Хватит об этом, Элис, — промолвил Сэм. — Ты же знаешь Билла.

— Прости, Билл. — Элис улыбнулась и села в кресло, где прежде сидел Даффи, а тот устроился на подлокотнике.

— С Морганом все обстоит сложнее. — Сэм затянулся и выпустил струйку дыма. — Говорят, под его началом находится несколько ночных клубов. Так что наверняка он важная птица. Правда, это только слухи. Он хорошо известен полиции, но пока ни на чем не попался. Морган богат, у него большой дом, работают на него люди решительные.

— В таком случае ясно, зачем ему понадобились фотографии. Чтобы держать на крючке Инглиша, если тому вздумается прикрыть ночные заведения.

Сэм кивнул:

— Испытанное средство.

— А о Кэтли тебе что-нибудь известно?

— Не больше того, что ты уже знаешь. Сутенер и торговец наркотиками. Говорят, за последнее время заработал кучу денег. Еще недавно он был совсем незамеченным, никто о нем и не слышал. А теперь вон как высоко взлетел. Полиция за ним все время следит, но он чертовски хитер.

— Значит, его могут скоро хватиться.

— Вряд ли.

После некоторого молчания Даффи сказал:

— Ты мне очень помог, Сэм.

— На твоем месте я бросил бы все это.

Даффи покачал головой:

— Я должен найти фотоаппарат, и чем скорее, тем лучше.

— Думаешь, он у Моргана? — спросила Элис.

— Нет, ведь это его люди ворвались ко мне. Видимо, кто-то еще ввязался в игру. Один из этих типов и отнял у меня камеру. Пока Кэтли не обнаружат, все будет в порядке. Но потом могут возникнуть осложнения.

— А ты не боишься, что тебя заподозрят в сообщничестве? — спросила Элис.

— Так ведь я и не в таких переделках бывал.

Сэм пошел на кухню убирать со стола, Эллис принялась ему помогать, а Даффи продолжал сидеть в кресле, обдумывая создавшееся положение.

Ненависть к Моргану и его молодчикам была так велика, что Даффи забыл о боли, хотя ныло все тело. Любой ценой он должен достать фотографии. Тут он вспомнил об Аннабел и решил позвонить ей. Даффи сразу узнал ее голос.

— Это я, Билл.

— Фотографии у вас?

Он заговорил быстро и тихо:

— Прошлой ночью случилось множество всяких происшествий.

— Что именно?

— Во-первых, у Моргана фотографий нет. Во-вторых, он хочет их получить. Вчера дома меня поджидали трое бандитов и чуть до смерти не забили, требуя камеру.

Аннабел потом спросила:

— Где же она, ваша камера?

— Откуда мне знать? Только вся эта акция направлена против вашего отца. Почему вы сразу не сказали, кто вы?

— Кто же я, по-вашему?

— Дочь Эдвина Инглиша.

— А я полагала, что я Аннабел Инглиш.

Даффи рассмеялся:

— Кстати, я видел перечень ваших грехов. Он достаточно велик.

— В самом деле? — сухо произнесла она. — А мне показалось, я вам понравилась.

— Вам лучше вести себя осторожнее. Отправились бы, например, в путешествие.

— И не подумаю!

— Вам, конечно, виднее… И все же не стоит рисковать.

— Когда увидимся?

Он усмехнулся, на душе стало веселее.

— Видимо, раньше, чем мне хотелось бы.

Даффи попрощался и повесил трубку.