— Говорят, у Анжело появилась новая подружка, — сказала Линда месяц спустя, листая во время ланча журнал про знаменитостей.

Натали почувствовала укол боли, но сделала вид, будто ей неинтересно, убирая свои нетронутые суши в маленький офисный холодильник.

— Удачи ему!

— Она выглядит ужасно юной, — не унималась Линда. — И немного похожа на тебя. И обожает его собачку. Смотри, вот фото!

Натали оттолкнула журнал:

— У меня есть работа, и у тебя тоже.

Линда надулась:

— У нас было бы куда больше работы, если бы ты не отказалась от проекта Анжело в Сорренто. Почему ты позволяешь личным проблемам вставать на пути прибыли?

Натали скрипнула зубами:

— Мне нужно жить своей жизнью дальше.

— Это невозможно, пока ты не отпустишь прошлое, — заметила Линда и после паузы добавила: — Лаклан мне все рассказал.

Натали нахмурилась:

— Ты разговаривала с Лакланом?

— Он время от времени звонит, чтобы узнать, как твои дела. И он рассказал мне… все. Про твоего братишку и все остальное.

— Лаклан не имел права это с тобой обсуждать!

— Он беспокоится о тебе, — сказала Линда. — Похоже, со своими проблемами Лаклан по большей части разобрался. Он считает, что пора отправить призраков на тот свет.

— Я со всем разобралась.

— Ну да! Только почему ты такая несчастная? Ты бродишь подавленная и без сил. Ничего не ешь. И похоже, не спишь.

— Со мной все в порядке, — сказала Натали, пытаясь убедить в этом саму себя.

— Почему бы тебе не взять несколько дней отгулов? — предложила Линда. — У меня все под контролем. Расслабься и все обдумай.

— Мне нечего обдумывать.

Линда выгнула одну аккуратную бровь.

— Ты в этом уверена?

Натали выдохнула и наконец приняла решение. Она уже несколько дней размышляла на эту тему. Через пару дней наступит день рождения Лайама. Она может, по крайней мере, положить цветы на его могилу…

— Я собираюсь навестить родителей, — сказала она. — Уеду ненадолго, всего на день-два.

— Сколько угодно, — ответила Линда, закрывая журнал.

Когда Натали приехала, дома была только ее мать.

— Ты могла бы позвонить и предупредить, — сказала Айла, когда Натали вошла в гостиную.

Мать пила джин с тоником.

— Я не знала, что дети должны предупреждать родителей, когда заезжают в гости, — ответила Натали.

— Я слышала, Анжело завел новую любовницу? — Айла покрутила соломинку в бокале.

— Я в это не верю, — сухо произнесла Натали. — Он не такой, как отец. Он не станет меня так предавать.

— Ты его бросила.

— Я знаю…

— Господи, почему ты от него ушла? — покачала головой Айла. — Он богат, как Крез, и красив, как дьявол.

— Я не могу дать ему то, чего он хочет. Не думаю, что смогу стать матерью после того, что случилось… с Лайамом.

Наступила короткая неловкая пауза.

— Ты не виновата. — Айла тихо вздохнула. — Я никогда тебя не обвиняла. Знаю, что временами это выглядело именно так. Но я просто боялась, что может сделать твой отец, если ему противоречить. Он может быть очень неприятным, ты сама знаешь… Ты не виновата, что Лайам погиб. Если и стоит кого-то винить, так это твоего отца.

Натали уставилась на мать:

— Почему ты так говоришь?

— Потому что в тот день, когда мы вернулись с пляжа, у меня болела голова и я ушла в дом, чтобы прилечь. А он обещал присмотреть за тобой и Лайамом.

— Но он попросил меня присмотреть за Лайамом, — нахмурилась Натали. — Я помню, как он это сказал. Сказал, ему нужно сделать очень важный звонок по делу.

— Такой уж важный? — Айла выразительно посмотрела на дочь.

От осознания, что она имеет в виду, у Натали все перевернулось внутри.

— Он звонил своей любовнице?!

Айла кивнула:

— Одной из многих.

— Почему ты с этим мирилась? — спросила Натали, давясь горькими слезами. — Почему позволяла ему такое?

— Я тебе объясняла почему. Я боялась того, что он может сделать. Мне некуда было идти. И я никуда не хотела идти.

— Но ты могла обратиться за помощью, — возразила Натали. — Пойти, в конце концов, в социальную службу для женщин. Есть места, куда может пойти женщина, которую третирует муж.

— Я не жду, что ты поймешь. — Айла покачала головой. — Ты хочешь от своей жизни больше — делаешь карьеру… Но меня моя жизнь устраивает. У меня есть деньги и безопасность. Я бы все это потеряла, если бы явилась в социальную службу с парой детей на руках.

Натали уставилась на мать, словно видела ее в первый раз. Неужели она действительно настолько поверхностная? Действительно продала душу за бриллианты?

— Он тебе даже не нравится, — сказала она. — Как ты с ним живешь, если терпеть его не можешь? О любви в вашем случае речи вообще не идет!

Айла выгнула одну тонкую бровь.

— Ты хочешь сказать, что влюблена в своего мужа-миллиардера? — поинтересовалась она. — Признайся, Натали, на самом деле ты любишь его деньги и то, что он может тебе дать. Это нравится всем женщинам. И ты ничем не отличаешься.

— Я люблю в Анжело все! — воскликнула Натали. — Люблю его доброту. Люблю то, что он все еще любит меня, даже после того, как я от него сбежала! Люблю его улыбку. Его глаза. Его руки. Люблю каждый сантиметр его тела. Я люблю его семью. Родители Анжело не поверхностные и не эгоистичные, как вы. Они заботятся друг о друге. Они вместе не ради показухи, а потому, что хотят быть вместе! Я люблю его. Ты меня слышишь? Я его люблю!

— Ты дурочка, Натали, — усмехнулась мать. — Он разобьет тебе сердце. Такие мужчины всегда так делают. Они приманивают тебя своим очарованием, а потом оставляют.

— И пусть разбивает! — заявила Натали. — Это того стоит, если я буду с ним столько, сколько он захочет.

«Если он примет меня обратно, — подумала она. — Вдруг он говорил правду, когда сказал, что никогда не примет?»

От дверей раздался какой-то звук, и Натали обернулась как раз вовремя, чтобы увидеть своего отца.

— Надо же, какое нахальство — показываться здесь! — недовольно пробурчал он. — Ты знаешь, какой сегодня день?

Натали выпрямилась в полный рост.

— Прекрасно знаю, — сказала она. — И сейчас я поеду на кладбище, помянуть Лайама. Но свою вину за его смерть я оставлю здесь, тебе! Это твоя ответственность, а не моя! Лайам наверняка хотел бы, чтобы я наслаждалась жизнью. Он хотел бы, чтобы я была счастлива!

— Ты его убила! — ядовито выплюнул ее отец. — Ты его убила!

— Я его не убивала! — твердо произнесла Натали. — Я была слишком маленькой, чтобы оставаться присматривать за ребенком. Ты сам должен был о нем заботиться, но был слишком занят назначением очередного свидания с очередной любовницей!

Отец побагровел:

— Убирайся! — Он указал пальцем на дверь. — Убирайся, пока я тебя не выкинул отсюда!

Натали ответила ему упрямым взглядом, впервые в жизни ощущая свою силу.

— У тебя не хватит духу на это, — сказала она. — Ты жалкий трус, который всю жизнь перекладывал свою вину на ни в чем не повинную дочь. Но больше я не буду ее нести. Я жалею тебя и маму. Вы потратили свои жизни зря. Вы не знаете, что такое любовь.

— Я тебя люблю, Натали, — заплакала Айла и расплескала джин. — И всегда любила. Даже когда ты родилась девочкой, а не мальчиком, я все равно тебя любила…

Натали посмотрела на нее в отчаянии:

— Тогда где ты была всю мою жизнь?

Анжело пытался научить Молли ходить в туалет в саду, а не на ковре в его кабинете. В последний месяц в дрессировке щенка случился значительный регресс. Анжело не знал, что делать. У девушки, которую он нанял ее дрессировать, были превосходные рекомендации, но пресса устроила по ее поводу шумиху. А вот этого Анжело совсем не надо было! Он легко мог представить, что об этом думает Натали…

Каждый день с момента ее ухода он жил с мучительной болью в груди. Все было намного хуже, чем пять лет назад. Анжело думал, что любил ее тогда, но теперь его любовь к Натали затмевала все.

Он пытался погрузиться в работу, но ему не хватало энтузиазма на то, чтобы строить империю, которую он не мог разделить с Натали.

Ему было все равно, будут ли у них дети.

Он хотел Натали.

Как он хотел поехать к ней, умолять ее вернуться! Но Анжело знал: она вернется, только если ее выбор будет абсолютно свободным — не потому, что должна, а потому, что хочет.

— Синьор Белландини? — Из задней двери в сад вышла Роза. — К вам пришли.

Он раздраженно нахмурился:

— Пусть уходят. Я же предупреждал, чтобы меня не беспокоили.

— Мне кажется, в этом случае вы хотели бы, чтобы вас побеспокоили, — улыбаясь, сказала Роза.

У нее за спиной Анжело увидел Натали. Он поморгал, гадая, не мерещится ли она ему? Но у Молли сомнений не было. Собачка помчалась навстречу с восторженным тявканьем, размахивая хвостом. Натали подхватила ее на руки и прижала к груди.

— Она по тебе скучала, — не удержался Анжело.

— Я тоже скучала. — Натали поцеловала головку щенка.

— Итак, — сказал Анжело, — что я могу для тебя сделать? Хочешь, чтобы я подписал бумаги на развод? Ты за этим приехала? Могла бы прислать их с адвокатом. Не обязательно было приходить лично и сыпать соль на раны.

Натали спустила щенка на землю и посмотрела ему в глаза.

— Ты говорил правду, когда сказал, что никогда не примешь меня обратно? — спросила она.

Анжело попытался сохранить спокойное выражение лица:

— Почему ты спрашиваешь?

Натали обвела языком губы и опустила глаза:

— Я надеялась, ты это сказал только для того, чтобы я дважды подумала, прежде чем уходить.

— Ты не ушла, — заметил он. — Ты сбежала.

Она прикусила нижнюю губу:

— Да. Я знаю… Больше я этого не сделаю.

Но Анжело еще не был готов открыться:

— Почему ты здесь?

Натали снова встретила его взгляд.

— Я хотела сказать… — Она набрала воздуха в грудь и продолжила: — Я хотела сказать, что люблю тебя. Я очень давно хотела это сказать, но не знала как. Не могла найти слова. Они были у меня внутри, но нужно было найти способ их… выпустить.

Анжело сглотнул комок в горле.

— Почему сейчас? — спросил он. — Почему не месяц назад?

— С тех пор я поговорила с родителями, — ответила Натали. — Оказывается, в тот день мой отец звонил не по важному делу. Он звонил любовнице…

Анжело нахмурился:

— И он позволил тебе все это время считать себя виноватой?

— Они оба позволили. Не уверена, что смогу их простить.

— Я считаю, тебе не стоит с ними видеться.

— И все-таки они мои родители, — тихо произнесла Натали. — Я должна дать им шанс искупить вину.

— Я бы на это не очень надеялся. Скорее всего, они разобьют тебе сердце.

Натали болезненно поморщилась:

— Я знаю, у тебя кто-то есть. Видела в газетах. Но все равно хотела сказать тебе, потому что… потому что…

— Она дрессирует собаку. — Анжело закатил глаза. И не очень хорошо. Честно говоря, не уверен, что она умеет обращаться с щенками.

Глаза Натали засияли:

— С собаками все просто! С детьми намного труднее. Но, наверное, собака — это хорошее начало.

Анжело протянул к ней руки, и она подошла. Он крепко обнял ее.

— Нам не нужно торопиться и делать то, на что ты не готова, — сказал он. — Я счастлив уже тем, что ты вернулась в мою жизнь.

— Мне так жаль, что я заставила тебя все это пережить, — ответила она. — Я так тебя люблю! Мне невыносима сама мысль, что я снова тебя потеряю.

Анжело нежно посмотрел на нее.

— Весь этот месяц был для меня пыткой, — признался он. — Я столько раз хотел позвонить тебе! Даже как-то проехал полпути до Эдинбурга, но потом повернул обратно. Я думал, если ты вернешься, то потому, что рядом со мной — единственное место, где ты хочешь быть. Я должен был отпустить тебя, чтобы дать вернуться.

Натали улыбнулась:

— Единственное место, где я хочу быть, — это рядом с тобой.

Анжело погладил Натали по щеке, восхищаясь тем, как сияют ее глаза.

— Как думаешь, нам не слишком рано устраивать второй медовый месяц? — спросил он.

Натали поднялась на цыпочки и сцепила руки у него на шее.

— А первый уже закончился? — спросила она с игривым взглядом.

Анжело улыбнулся и подхватил ее на руки:

— Напротив, он только начинается.