Безобразно толстая мисс Флеминг стрекотала на пишущей машинке и, когда Роулинс с Корридоном вошли в приемную, даже не подумала остановиться.

Корридон с отвращением глянул на нее. Просто не верилось, что женщина может быть такой непривлекательной и неряшливой. Он вспомнил, что именно так подумал шесть лет назад, когда пришел проститься с Ричи и впервые увидел мисс Флеминг. За это время она ничуть не изменилась. Тот же красный лоснящийся нос, те же растрепанные волосы и безвкусный наряд.

Конечно, она очень добросовестна, владеет десятью языками и за службу во время войны награждена орденом. О несомненности ее талантов говорило уже то, что она была личной помощницей Ричи. Но, несмотря на все ее достоинства и заслуги, Корридон не понимал, как Ричи ее терпит.

Мисс Флеминг оторвалась от работы, равнодушно оглядела вошедших и махнула рукой в сторону двери, рядом с которой стоял ее стол.

— Пройдите, пожалуйста. Полковник ждет вас.

Роулинс широко улыбнулся.

— Благодарю, — радушно начал он. — Какой сегодня чудесный день, прямо…

Вежливое приветствие заглушил стрекот пишущей машинки. Мисс Флеминг продолжила работу.

— Оставь свои манеры для Армии спасения, — посоветовал Корридон. — Фанни этим не проймешь.

Роулинс неодобрительно покосился на него, открыл дверь и прошел в кабинет.

Полковник Ричи стоял перед небольшим камином, заложив руки за спину. Высокий, более шести футов ростом, широкоплечий, с узкой талией, он поражал отличной выправкой. Седые волосы коротко подстрижены, черная повязка скрывала левый глаз, потерянный еще в Турции.

Он перевел взгляд с Роулинса на Корридона и улыбнулся:

— Здравствуйте, Мартин. Очень рад вас видеть.

— Не сомневаюсь, — сухо буркнул Корридон, пожимая протянутую руку. — А вы неважно выглядите, полковник.

— Не удается вести спокойную жизнь, — отозвался Ричи, продолжая улыбаться. — Очень много работы. — Он указал на кресла. — Садитесь. В нашем распоряжении полчаса. В двенадцать у меня важная встреча в министерстве иностранных дел.

Корридон сел, достал сигарету, закурил. Пустую пачку бросил в камин. Ему было не по себе. В беспокойстве он огляделся. Корридон злился на себя… Только сумасшедший возьмется добровольно помогать Ричи. И все же, глядя на усталое лицо полковника, на опущенные уголки губ, мешки под глазами, Корридон отчего-то испытал угрызения совести.

Ричи хорошо относился к нему, и они всегда были друзьями. Ричи спас его от полиции, когда Корридон убил секретаря посла. Старая история, но, если бы полковник тогда не вмешался, многое сейчас было бы по-другому. Именно благодаря Ричи его наградили орденом и дали небольшую пенсию за раны, полученные в гестапо. Да, Ричи хороший человек, но это не значит, что Корридон должен снова работать с ним…

— У вас задумчивый вид, — заметил Ричи. — О чем печалитесь?

Корридон через силу улыбнулся:

— Меня удивляет, что вы так дрожите над этой мисс Флеминг. Почему не посадите в приемной кого-нибудь поярче и посимпатичней?

Ричи усмехнулся:

— А в чем дело? Она умная.

— Не спорю. Но разве это главное? Ладно, замнем. Роулинс вам кое-что расскажет.

Роулинс, нетерпеливо дожидающийся своей очереди, быстро и четко доложил об убийстве Милли.

— Корридон знал ее, — заключил инспектор. — Вчера вечером они встречались. Она показала ему нефритовое кольцо, которое нашла у себя в комнате — очевидно, обронил кто-то из клиентов.

— Нефритовое кольцо? — Полковник застыл в напряжении.

— Кольцо лучника, — пояснил Корридон. — Вы, наверное, видели такие в Британском музее. Хотя, возможно, у Милли была копия.

Ричи неторопливо залез в карман жилетки, что-то достал и кинул Корридону:

— Похоже?

Корридон поднял с пола светлое кольцо и внимательно рассмотрел его.

— Да. То самое?

Ричи покачал головой:

— О нет. Таких колец множество. Думаю, все они пронумерованы. Если заглянете внутрь, то увидите цифры. Не обратили внимания на номер кольца, которое оказалось у вашей знакомой?

Корридон подошел к окну и, внимательно присмотревшись, увидел цифры 1 и 2, выдавленные в светлом камне.

— Боюсь, нет. Там было темно, а Милли не хотела, чтобы кольцо кто-нибудь заметил.

— Жаль. — Ричи повернулся к Роулинсу. — Кольцо, разумеется, не нашли?

Инспектор покачал головой:

— Йетс сейчас ищет, но сомневаюсь, что найдет.

— Не найдут, — мрачно подтвердил Ричи.

— Корридон думает, что видел этого парня, — будто невзначай сообщил Роулинс. — Только не обратил на него внимания.

Корридон заметил взгляд полковника и почувствовал, как краска заливает лицо.

— Ну, упустил я этого типа… Но я же не знал, что он собирается ее убить!

— Не волнуйтесь, — успокаивающе улыбнулся Ричи. — Сейчас делу уже не поможешь. Хотя, должен заметить, на вас это не похоже. Легкая жизнь заставила вас растерять свои таланты.

— Мне они ни к чему, — огрызнулся Корридон. — С какой стати я должен интересоваться всеми, кто попадается мне на пути.

— Зоркий глаз всегда полезен, — спокойно произнес Ричи. — Помню время, когда вам достаточно было лишь взглянуть, чтобы запомнить целую газетную полосу. Теперь вы на такое не способны?

— Не знаю, давно не пробовал, — нахмурился Корридон. — Если вам больше ничего не надо, я лучше пойду. У меня дела. Кроме того, вы опаздываете на встречу.

Роулинс встал.

— Я вам не нужен, полковник?

Ричи покачал головой и обратился к Корридону:

— Задержитесь, пожалуйста, Мартин. Еще несколько слов.

Роулинс ушел, но Ричи все не начинал разговора.

— Простите, полковник, — наконец не выдержал Корридон. — Я знаю, что вы заняты, поэтому не буду тратить ваше время. Мне не нужна работа.

Ричи молча прошел к большому письменному столу, сел и взял папку. Он серьезно посмотрел на Корридона:

— А деньги вам нужны?

Корридон улыбнулся.

— Военное ведомство сейчас не платит таких денег, — возразил он. — Так что это не аргумент.

— У вас много свободного времени? — продолжал Ричи.

Корридон зыркнул на него исподлобья:

— Что вы имеете в виду?

— Я слышал, вы стали мошенником. У вас далеко не блестящая репутация в Сохо.

— Роулинс вам наговорит. — Корридон вновь покраснел ни с того ни с сего. — Не надо обращать внимания на его бредни.

— А я и не обращаю. Роулинс здесь ни при чем. У меня достаточно других источников информации. На прошлой неделе я разговаривал с Айзексом. Он хотел, чтобы вы занялись контрабандой — ввезли партию швейцарских часов, и предлагал вам сто фунтов за работу. Вы взяли пятьдесят, но работу не выполнили. Полагали, он шуметь не станет, не так ли?

— Возможно. Обмануть такую крысу, как Айзекс, — это даже не мошенничество. Кстати, откуда вы его знаете?

Корридон погасил сигарету и взглянул на часы.

— Мне приходится сталкиваться с самыми разными людьми, — ответил полковник. — Я согласен с вашей оценкой Айзекса… Однако ваши методы мне не нравятся. Вы можете быть честным сами с собой, Мартин? Люди говорят, что вам нельзя доверять. Когда мы работали вместе, я мог верить вам, как себе.

— И Брут был честным человеком. — Корридон выдавил улыбку. — Дело в том, полковник, что я с вами больше не работаю. Я сам отвечаю за свои поступки.

— Верно. — Ричи нахмурился, и Мартин заметил, что полковник страшно устал. — Двести фунтов стерлингов могут оказаться вам полезными?

Корридон замер и сразу не нашелся что сказать. Наконец он прочистил горло.

— Это предложение или подарок?

— Есть работа. Если выполните ее успешно, получите двести фунтов, — отчеканил Ричи. — Устраивает?

Корридон невольно поежился под колючим взглядом его светло-серых глаз.

— Только не говорите, что военное ведомство готово запросто выложить такую сумму.

— А почему бы и нет? К несчастью, вы, похоже, единственный кандидат… — Ричи устало посмотрел на него. — Деньги будут выплачены по завершении операции.

— Вы на редкость удачно строите из себя ублюдка, — засмеялся Корридон. — Знаете что, ну вас к лешему с вашими грошами. Мне не нужны ни ваши деньги, ни ваша работа.

Ричи улыбнулся в ответ:

— Рад слышать, что вам не нужны мои деньги. Тогда, возможно, имеет смысл напомнить вам о патриотизме?

Корридон встал.

— Зря тратите время… Почему выбрали меня? Почему сами не беретесь за это дело, если оно так важно для вас?

— Я выбрал вас потому, Мартин, — спокойно произнес Ричи, — что это дело для человека, лишенного чести и совести, для человека лживого и нечистоплотного. Поэтому я выбрал вас.

Корридон засмеялся:

— Похоже, вы говорите серьезно…

— Да, серьезно. У вас дурная репутация. Вас не заподозрят. Эта работа придется вам по душе. Возможно, предстоит небольшое ограбление. Не утверждаю наверняка, но, вероятно, так и будет… Ну, желаете выслушать?

Корридон снова сел.

— Вы, кажется, собирались в министерство иностранных дел? — Он кивнул на часы. — Разве у вас есть время?

Ричи встал, вышел из кабинета, что-то пробубнил мисс Флеминг и тут же вернулся.

— Важнее этого дела ничего нет. Даже вы в этой ситуации обретаете немалое значение.

— Что ж, поведайте о вашей проблеме. Ничего не обещаю, но выслушать — выслушаю.

— Я буду краток, — заторопился полковник. — У нас в стране есть организация, которая быстро расширяет свою численность и сферу деятельности. Цель — нанести государству как можно больший ущерб. Понятия не имею, кто за этим стоит. Но есть подозрение, что финансирование идет от наших врагов в Европе. Уверен, что глава организации куплен. Допустим, за ним стоят силы, которым не нравятся поставки нашего угля на их рынок. В финансах они не ограничены, в средствах достижения цели не разборчивы. В организации есть люди, работающие на шахтах. Им даются определенные инструкции, а через месяц начинаются диверсии, и наш экспорт летит к черту.

Возьмем другой пример. Вы наверняка помните, как недавно все газеты трубили о несчастном случае, в результате которого погиб министр по европейским делам. Так вот, никакого несчастного случая не было. Он стал мешать политическим силам одной европейской страны, и эта организация подрядилась его убить. Я не хочу терять время на примеры. В арсенале их методов саботаж, забастовки, убийства и многое другое. Мы пытаемся выйти на заправил.

Корридон пожал плечами:

— Не вижу здесь работы для себя. Надеюсь, вы не рассчитываете, что я найду главаря?

— Думаю, вы сделаете это быстрее, чем кто-либо другой.

— Потому что…

— Потому что руководитель организации любит людей вроде вас. Он ищет недовольных, тех, кто нуждается в деньгах и готов получить их любым путем, — словом, не патриотов. У вас отличное досье со времен войны, и ваша теперешняя репутация может только привлечь его.

— Тем не менее до сих пор этого не произошло.

— Вы ведь не сделали и шагу навстречу… Недавно мы взяли одного из их людей — пытался уничтожить завод в Харуэлле[2]. Мы нашли у него кольцо и заставили говорить. Теперь нам известно, что заведение на Вестерн-авеню под названием «Тепленький насест» — одно из мест, где они собираются. Но он оказался слишком упрям и, прежде чем мы успели второй раз допросить его, покончил с собой в камере.

— И вы хотите, чтобы я посетил «Насест» и посмотрел, что из этого выйдет?

— Да. Вы бывали там?

Корридон кивнул:

— Владелец — майор Джордж Мэйнворт. Мы знакомы. Думаете, он с ними связан?

— Не знаю. Мне известно, что время от времени там собираются члены организации. Ну, займетесь этим?

— Вот что я сделаю. — Корридон встал. — Схожу туда и присмотрюсь. Никаких усилий для связи с ними прилагать не стану. Но если мне будет предложено примкнуть к ним, соглашусь. Не исключено, что из затеи ничего не выйдет. В таком случае я выхожу из игры и уезжаю в Париж. Так что обещаний не ждите. Вы меня знаете.

Ричи улыбнулся:

— Годится. Только держитесь от меня подальше, Мартин. Не пытайтесь связаться со мной ни по телефону, ни письменно. Эти люди, если они вас примут к себе, будут за вами следить. Их нельзя недооценивать. Они работают уже полгода и совершили всего одну ошибку. Будьте осторожны.

— Смеется тот, кто смеется последним, — пожал плечами Корридон. — И все же как я дам знать о себе и о них?

— Один из моих людей выйдет с вами на контакт, не беспокойтесь. Какой придумаем пароль?

— «Весна в Париже». — Корридон криво улыбнулся. — Это придаст мне сил.