Однажды, когда наши друзья в очередной раз торжественно ничего не делали, Шарик и Матроскин поспорили – люди какой профессии больше всех зарабатывают.
Шарик напирал на то, что больше всех министры получают и президенты разные:
– Их государство обеспечивает.
Матроскин говорил, что олигархи. Потому что они сами себя обеспечивают.
– Они сами себе сколько хотят, столько и платят.
Дядя Фёдор утверждал, что больше всех зарабатывает тот, кто умеет интересно жить.
– Можно без всяких денег в путешествия ходить. Книжки интересные читать. С друзьями у костра сидеть. А бедные министры и олигархи ничего, кроме своих компьютеров, не видят.
Почтальон Печкин свою линию гнул:
– Больше всех разные поэты зарабатывают. Вот я помню, в газетах читал, что поэтам за одну строчку рубль – нет, доллар сорок платят.
– Это как так – за одну строчку?
– А так. Сочинил ты такую строчку: «Стою на полустаночке». Раз – и тебе доллар сорок. Понятно?
– Понятно.
– Придумал дальше: «В красивом полушалочке» – тебе ещё доллар сорок. Понятно?
– Понятно.
– «А мимо проезжают поезда» прибавил – уже больше четырёх рублей вышло.
Дальше Печкин одновременно пел и считал:
А рельсы, так уж водится,
У горизонта сходятся…
Ах, где ж вы, мои прежние года?
Ах, где вы, мои прежние года?
В результате у него за все строчки восемь рублей сорок копеек заработка получилось.
Эта арифметика Шарика потрясла. Куда бы он ни шёл теперь, он всегда губами шевелил:
Люблю грозу в начале мая, (рубль сорок)
Когда весенний первый гром, (два восемьдесят)
Полурезвясь, полуиграя, (четыре двадцать.)
Грохочет в небе голубом.
– Пять рублей, то есть пять долларов шестьдесят копеек получается. Надо же, а я даже до остановки не дошёл.