Был уже поздний вечер с ранними крошечными звёдочками на сероватом небе. Корова Мурка мычала в сарае, намекая на то, что её пора доить. Телёнок Гаврюша легко почёсывался о домик дяди Фёдора, так что домик качался с боку на бок. Вокруг радостно порхали летучие мыши.

В это тревожное вечернее время профессор Сёмин пришёл к дяде Фёдору. Все стали его спрашивать, где он был, что с ним.

– Меня отпустили, – сказал профессор. – Я был в милиции.

– Вас пытали? – спросила мама.

– Нет, меня поили чаем.

– С подавляющими таблетками?

– С вареньем из вишни.

Профессор рассказал всё про милицию, про инспектора Люськина, про чай с вареньем и про Обезьянкина и Кривонога.

– Это неплохие ребята. Их просто жизнь запутала. У них зарплата маленькая. Вот они и решили родительский клад вернуть.

– Их тоже отпустили?

– Нет, они ещё там сидят и чистосердечно признаются. Ведь они полдеревни перепугали.

– А что будем делать с кладом? – спросил папа.

Никто ничего не знал. Все молчали.

– А я знаю, – сказал папа. – Надо его отвезти в музей.

– Как в музей? Зачем в музей?

– А затем. В музее этот клад будет в целости и сохранности. Люди будут на него смотреть и любоваться. А государство не сумеет его забрать, потому что музей сам государственный.

На следующее утро по холодку наши друзья вывели из-под навеса тр-тр Митю, прицепили к нему удобную тележку с сиденьями и выехали в путь.

Ехали они с удовольствием, не торопясь, по дороге собирая грибы. В этот раз их не кидало, как котлеты на сковородке.

Директор Сиделкин был так счастлив, что даже всплакнул:

– Никто нам так крупно не помогал, как вы. Теперь мы резко увеличим количество посетителей. А значит, поднимем музей. Ещё бы: ни у кого такого экспоната нет. А у нас есть – клад Хлопка Косолапа. Это большая историческая ценность.

Он лично расцеловал дядю Фёдора, профессора Сёмина, Шарика и кота Матроскина. Прежде чем поцеловать Матроскина, директор спросил:

– Вы мышей сегодня не ели?