- Я уже давно не встречаюсь с Тони Филдингом, Артур. Впрочем, в свое время я действительно переживала по этому поводу, но с тех пор... - Она помолчала. - Дело в том, что он звонил мне дня два назад. Я ему сказала, что не хочу его больше видеть.

- Значит, он узнал? О вашей... - Стрингер вздохнул, - ну о вашей болезни.

Сара спокойно кивнула.

- Ему сказала Диана. По-моему, мне просто повезло.

- Хм! - фыркнул Стрингер. - Сомневаюсь, что это заслуга Дианы. Ну ладно. Значит... с вами все в порядке?

- В порядке, - повторила за ним Сара, опять склоняясь над рукописью. - Очень мило с вашей стороны, что вы так внимательны. Спасибо вам.

Стрингер колебался. Это был коренастый, плотный мужчина, с густыми кудрявыми каштановыми волосами и продолговатым умным лицом. Ему было уже за сорок; он начал работать в фирме еще подростком и теперь был директором издательства. Но он по-прежнему говорил с дербиширским акцентом и был предельно внимателен к своим работникам. Его любили и уважали, и, хотя ему по роду деятельности приходилось общаться со многими известными писательницами, его имя никогда не фигурировало в скандальных историях. Но сейчас ему вдруг очень захотелось изменить линию своего поведения и пригласить эту молодую женщину пообедать с ним в ресторане.

- Сара... - Он наклонился, положил на край стола свои большие сильные руки и напряженно посмотрел на нее. - Сара, может, я могу чем-то быть вам полезен...

- Спасибо, нет. - Ее холодный ответ отрезвил его, и он вышел, чувствуя свое бессилие.

Однако после его ухода Сара должна была себе признаться в том, что ей это доставило удовольствие. Артуру не все равно, с приятным удивлением думала она. Ему на самом деле небезразлично, что с ней. Ну что же, мир все-таки не так уж и плох.

Через два дня ей позвонила Диана.

Сара допускала мысль, что она может позвонить, и ее первым порывом было сразу положить трубку, но Диана предусмотрела это.

- Я видела Майкла, - с ходу сообщила она, и, хотя Сара и знала, что поступает, как последняя дура, все-таки ей ответила.

- Видела? - спросила она, пытаясь придать голосу небрежный тон, а в ее голове возникла картина: Майкл и Диана вместе. - Ну и что? Зачем ты мне об этом говоришь?

- Ну ладно, хватит... - Диану было не такто просто провести. - Не делай вид, что тебя это не интересует, все равно не поверю. Тебе очень даже интересно. А хочешь узнать, зачем он ко мне пришел?

- Не очень, - натянутым тоном ответила Сара, не в силах справиться с собой. - По поводу завещания Адама? Ведь это он был хозяином Равенс-Ми...

- Ну при чем здесь Адам! - сухо заметила Диана. - Неужели ты на самом деле считаешь, что Майклу не все равно, чей Равенс-Милл - мой или его? Она помолчала. - Нет, он пришел из-за тебя.

- Из-за меня? - еле слышно выдавила Сара, и Диана с насмешкой ответила:

- Представь себе, из-за тебя!

У Сары повлажнела рука, которой она держала трубку. Майкл приходил к Диане из-за нее? Она догадывалась зачем, но что ему сказала Диана?

- Хочешь знать, что ему было нужно? - спросила Диана, и, решив, что лучше сразу обо всем услышать, Сара тихо согласилась. - Он хотел узнать у меня о тебе... о твоей болезни, - продолжала Диана. - Ты ведь ему наплела, что у тебя астма. Ну надо же, астма! Нет, правда, Сара, ты что, не могла ничего лучше придумать?

У Сары подкосились ноги, и она в изнеможении опустилась на кушетку.

- Ну и ты... конечно, сказала ему правду? - слабо прошептала она и услышала в ответ презрительный смешок Дианы.

- Дорогуша, а что мне оставалось? Глядя ему в глаза! Я хочу сказать, я же не знала, какую слезную историю ты сочинила. Господи, я-то думала, он знает! Я думала, он пришел ко мне выяснить подробности. Ну, то есть насколько все это серьезно и можно ли при этом вести нормальный образ жизни.

- И... и что он сказал? - Саре необходимо было знать это. Ей нужно было услышать, как он отреагировал. Во всяком случае, от Дианы она наверняка услышит все самое страшное.

- Ну... - Диана подбирала слова, - ну, он, конечно, очень удивился. И, пожалуй, немного... обрадовался.

- Обрадовался?

- Ну да. Дорогая, ты представь, что он мог чувствовать. Ведь он просил тебя выйти за него замуж. Я думаю, он понял, как ему повезло, что ты ему отказала.

Сара задохнулась от этих слов, и, словно пожалев о своей бестактности, Диана постаралась загладить вину.

- Ну что поделаешь, милая моя! Ни один мужчина, тем более такой... такой сильный и энергичный мужчина, как Майкл Трегоуэр, не захочет быть всю жизнь прикованным к больной жене. - Она что-то хмыкнула и продолжила:

Знаешь, он совсем не похож на брата. Жаль, что он был в Южной Америке, когда я познакомилась с Адамом. У нас с Майклом намного больше общего, чем было с Адамом. Мы оба знаем, чего хотим, и добиваемся этого. Не могу себе представить, чтобы он дал мне такую свободу, как Адам, и, кто знает, может, тогда и я была бы лучше. - Она помолчала. - Впрочем, как говорится, еще ничего не потеряно.

Сара почувствовала, что задыхается.

- Ты хочешь сказать, что... что...

- Ну не глупи, дорогая моя. - Диана опять рассмеялась. - Сейчас мой красавчик деверь хочет поскорее уехать из Англии. Он ведь, в сущности, меня даже не видел - пока. Но мы родственники, и, нравится ему или нет, у Адама были акции в горнорудной корпорации "Лос Сантос". Так что...

Сара дальше не слушала, а сидела, держа трубку, в оцепенении. Раньше, тогда, ей казалось, что больнее быть просто не может, но она ошибалась, ужасно ошибалась. Она чувствовала себя растоптанной, совершенно растоптанной, ей никогда не было так плохо.

- Сара! Сара! - услышала она встревоженный голос Дианы, и, вспомнив, что нужно както отреагировать, Сара тяжело вздохнула.

- Да?

- Слава Богу, ты меня слушаешь. - В голосе Дианы звучало облегчение. - Я еще хочу коечто сказать.

- Что именно?

- Ну... просто я хочу опять тебя видеть, Сара...

- Нет!

- Выслушай меня! - просила ее Диана. - Сара, тыне должна упрекать меня в том, что случилось. Это не моя вина.

- Это ты послала меня в Равенс-Милл, - упрямо твердила Сара, но Диана не сдавалась.

- Ведь я не знала, что там Майкл. Я думала, Адам...

- Ах, Адам! - с горечью сказала Сара. - Бедный Адам! Представляю, что ты чувствовала.

- Господи, ты и представить себе не можешь... нет! Нет, не можешь... Сара, поверь мне, ни один мужчина не стоит этого. Ведь даже Адам отомстил по-своему. А я была в ужасе, потому что думала, что он может... может...

- Что может, Диана? - Сара с трудом выдавливала из себя слова. - Что именно он мог, по-твоему, сделать? Диана тяжело вздохнула.

- Ладно, сейчас это уже не имеет значения. Он, то есть Майкл... написал мне письмо, где кроме всего прочего описал, как на кожу человека действует... серная кислота!

- Нет! - ужаснулась Сара. - И ты послала меня...

- Я не могла не думать о карьере, - защищалась Диана. - Попробуй встать на мое место, Сара. Если... если бы он меня изуродовал... Но вообще, - быстро добавила она, - слепой вряд ли сумел бы это сделать.

- Это только сейчас пришло тебе в голову, - обвинила ее Сара.

- Адам догадался бы, что это не я, - настаивала на своем Диана.

- Как? Ведь он был слепой, не так ли? Как бы он узнал? Если бы не дал мне возможность высказаться.

- Все это только домыслы. Адам умер...

- Ты-то этого не знала.

- Ах, Сара...

Но Сара положила трубку и почувствовала, что ее тошнит от страха. Диана совершенно бессовестная эгоистка. Ну как Сара раньше не понимала этого? Ну почему она не видит того, что всем давным-давно известно? Тошнота подступила к горлу, она едва добежала до ванной, и ее вырвало. Ее редко тошнило, но сейчас она явственно представила себе, что могло бы случиться, если бы Майкл был такой же жестокий и бессовестный, как Диана.

После этого разговора у Сары иной раз возникало искушение рассказать обо всем Артуру Стрингеру. Казалось, это ее единственный друг в мире враждебных лиц. Но, хотя он был очень добр к ней, она чувствовала по выражению его лица, что он испытывает К ней не просто дружеское участие, а у нее и без того все сложно. Она не винила Майкла. Все вышло именно так, как она и думала."

Иногда она верила, что, может, опять его увидит, хотя и понимала, что это глупо, тем более когда перебирала в памяти, как она себя вела. Надежда на то, что он пожалеет ее, еле теплилась в ней, но потом угасла, и она почувствовала себя ужасно одинокой.

Но время залечивает раны, и к концу второй недели она почти убедила себя в том, что, раз Майкл так легко от нее отказался, он не тот человек, каким она его представляла. Выходит, она любила человека, которого вовсе не было, логично спрашивала она себя и потом плакала, пока не засыпала от изнеможения - ведь любовь не подчиняется законам логики.

Погода постепенно менялась, дождь прекратился, и с появлением солнца серые лондонские улицы повеселели. Убедив себя, что ей полезна физическая нагрузка, Сара решила ходить с работы домой пешком, хотя в глубине души отлично понимала, что таким образом она просто пытается притупить свое чрезмерно развитое воображение. Но как она могла не думать о Майкле и о том, что он сейчас делает, особенно после того, как пьеса, в которой играла Диана, сошла со сцены и в газетах писали, что актриса собирается в длительный отпуск?

На каждом углу продавали цветы, и Сара покупала себе букетик анемонов или фиалок и, вдыхая их тонкий аромат, силилась воскресить присущую ей раньше любовь к простым вещам. Казалось, она уже целую вечность не может обрести душевный покой. Неужели все на самом деле началось с Тони, или рано или поздно это случается с каждым? Если человек не может жить, не испытывая боли, почему она решила, что именно она, Сара, будет исключением?

Однажды вечером, через месяц после ее возвращения из Корнуолла, она завернула за угол Долфин-Гроув и увидела у своего дома темнокоричневый "мини". Обычно здесь не оставляли машины. Жители района пользовались подземной автостоянкой, а для приезжающих места стоянок были отведены на соседнем проспекте. Впрочем, какое ей дело, если кому-то нравится выяснять отношения с суровым автоинспектором, и Сара, пожав плечами, вошла в дом.

После яркого солнечного света в подъезде казалось темно, но она сразу увидела мужчину, шагнувшего к ней навстречу, и сердце у нее чуть не выпрыгнуло из груди. Она моргнула, пристально вгляделась неверящими глазами и отчаянно затрясла головой, когда он подошел к ней.

- Сара... - сказал он своим волнующе чувственным голосом, который она так хорошо помнила. - Сара, как давно мы не виделись...

Сара схватила его за руки, изо всех своих сил пытаясь не подпускать к себе. Нельзя поддаваться желанию уступить ему, хотя она и понимала, какими ничтожными окажутся ее усилия, если он захочет настоять на своем. Но все же она должна сделать попытку, и она сказала твердо, хотя голос ее слегка дрожал:

- Что ты здесь делаешь, Майкл? Как ты меня нашел? Я думала, мы договорились...

- Ни о чем мы не договорились, - сухо поправил он ее, и она почувствовала через тонкую ткань блузки его теплые руки у себя на талии. Послушай, давай найдем место поуютнее. Мне нужно с тобой поговорить.

- Нет! - Сара пыталась высвободиться. - Я хочу сказать, нам не о чем говорить. Все уже сказано. Пожалуйста... мне жарко, и я устала. Мне нужно принять душ и переодеться. Я думаю, тебе лучше уйти - прямо сейчас.

Майкл покачал головой.

- Извини, но я никуда не уйду, пока все не выясню. Ну что, мы идем к тебе домой или ко мне в гостиницу? Мне все равно.

Сара оглянулась.

- Так это твой "мини" там стоит?

- Мой.

- Но здесь нельзя оставлять машины.

- Подумаешь. - В голосе Майкла звучала ирония. - Сара, любимая! Давай не будем терять время. Я все знаю о твоей болезни и именно об этом и хочу с тобой поговорить. Только не здесь. Не в подъезде, к удовольствию всех входящих и выходящих!

Сара облизнула пересохшие губы. От этих слов ей захотелось покориться ему. Пусть он поступает с ней, как считает нужным, - так проще, и ей самой этого хочется, но, может, она совершает еще одну глупость? Итак, он знает о ее болезни... Какое это имеет значение? Что это меняет? Выходит, Диана ошибалась, когда сказала, что он намерен уехать из страны. А может, он уехал и опять вернулся. Может, он передумал... Неважно, почему он здесь, это ровным счетом ничего не меняет.

- Майкл, - начала она, - я... я польщена, что... что ты по-прежнему хочешь меня видеть, но...

- Господи! - взорвался он. - Сара, дай мне твой ключ. Да, ключ от твоей квартиры. Где он? В сумке? - Он выхватил у нее из рук сумку, с силой открыл ее и начал там рыться, ища брелок с ключами. - Вот эти? Да? Хорошо. Поедем на лифте?

Сара не чувствовала в себе сил противостоять его решимости. Она ругала себя за то, что уступает ему, но что она может? Убежать от него? Но он намного ее сильнее и рано или поздно все равно сделает по-своему. Ей оставалось лишь надеяться, что ее дух окажется сильнее ее плоти.

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

Ее квартира была на третьем этаже и выходила окнами на тополиную аллею. Квартира была небольшая: спальня, гостиная, кухонька и ванная - одна на две квартиры. В соседней квартире жила пожилая старая дева, которая работала учительницей в местной начальной школе. Это была довольно приятная особа, но, как и Сара, очень замкнутая, и они редко встречались.

Майкл вставил ключ в замок, и дверь отворилась в гостиную. К счастью, квартира сдавалась без мебели, и, когда продали дом матери, Сара перевезла сюда ее лучшую мебель. У газового камина стояли кресла, обитые мягкой зеленой кожей, на стенах, покрытых эмульсионной краской, висела пара хороших картин. На полу лежал мягкий ковер, и вся обстановка гостиной говорила о хорошем вкусе Сары. Это была маленькая, но красивая комната, и Сара с гордостью подумала, что ей нечего стыдиться.