Это была ее первая попытка приготовить обед, но никто не явился, чтобы оценить ее труды. К собственному удивлению, Тиффани испытала разочарование, когда попробовала свой суп. Он оказался водянистым, а мясо слишком жестким. Она готова была выбросить поваренную книгу, пока Эндрю не предположил, что она что то пропустила. Тиффани перечитала рецепт и обнаружила, что суп должен вариться целый день. Нескольких часов просто недостаточно.

Но по крайней мере благодаря Дигану она смогла подать Закери и Мэри, которые оставались дома, самый лучший хлеб из всех, что она когда либо пробовала. Эндрю принес из кладовой консервированные бобы, послужившие дополнением к хлебу, и отнес большую кастрюлю с супом на ночь в ледник, чтобы она могла доварить его завтра утром. Благослови, Господи, Эндрю! Если бы он не посоветовал перечитать рецепт, она просто выбросила бы поваренную книгу. Тиффани мысленно похлопала себя по плечу, довольная, что наняла Эндрю. Он даже предложил поставить тесто, когда она прочитала в поваренной книге, что нужно замесить тесто с вечера и дать ему подняться за ночь. Диган был совершенно прав. Предполагалось, что оно чудесным образом распухнет и к утру будет готово к выпечке. Тиффани решила, что поверит в это, только когда увидит.

Прибрав на кухне, она вышла на крыльцо, чтобы дать себе передышку. И так поразилась увиденному, что завороженная застыла на месте. Деревья росли достаточно далеко от дома, и ее взору открылся ничем не заслоненный вид неба, расцвеченного яркими мазками оранжевого и красного. Это было то, чего Тиффани никогда не видела в городе с его высокими зданиями.

Она опустилась на длинные качели, свисавшие с потолка веранды, даже не подумав протереть их от пыли, прежде чем сесть. Пожалуй, ей следует завести привычку приходить сюда каждый вечер и наслаждаться закатом, пока она здесь. Вряд ли она увидит что нибудь подобное, вернувшись домой.

Мимо дома проскакала группа ковбоев, направлявшихся в город. Тиффани не заметила среди них Хантера. Вскоре с другой стороны дома показалась вторая группа: Диган и братья Хантера. Его самого среди них тоже не было, но они вели в поводу его коня Пэтчеса. Они остановились перед крыльцом и дружно поприветствовали Тиффани, коснувшись полей своих шляп. Повернувшись на стук открывшейся двери, она увидела Хантера, который вышел из дома.

— Дождетесь меня, Рыжик? — поинтересовался он.

Тиффани напряглась. Чувственные нотки в его голосе ясно указывали, чего он хочет. Опять шутит или на этот раз серьезен?

— Нет.

— Обещаю, ожидание будет стоить того.

— Нет.

Хантер пожал плечами и вскоре ускакал вместе с братьями. Тиффани сожалела, что не может последовать за ними и посмотреть, как ковбои устраивают светопреставление, уверенная, что Диган опустил некоторые детали. Впрочем, она слегка лукавила. Главным образом ей хотелось проследить за Хантером. Она не сомневалась, что он направится прямиком к Перл.

— Неужели я должен вместо обеда отнести Мэри бобы с хлебом?

Тиффани вздрогнула. Она совсем забыла о том, чтобы подать обед хозяевам ранчо. В дверях стоял Закери. Он не казался рассерженным, но в его тоне звучало недовольство.

— Я предупреждала вас, мистер Каллахан. Я знаю о приготовлении пищи не больше, чем вы. Вообще то вы, наверное, знаете больше. Я твердо намерена научиться, но сегодняшние усилия пропали даром, потому что я невнимательно прочитала рецепт. Я приготовила еду — хлеб восхитительный. Кстати, для вас и миссис Каллахан. Если к концу недели не смогу приготовить что нибудь получше, то уволюсь сама. Вам не придется беспокоиться.

Его нижняя губа изогнулась в усмешке.

— Я видел книжку, которую вы оставили на столе. Ничего, разберетесь.

«Легко сказать», — буркнула себе под нос Тиффани, направившись в кухню, где она сервировала поднос со скудным обедом и вручила его Закери.

Вернувшись на крыльцо, она снова присела на качели, чтобы полюбоваться последними яркими красками на горизонте, прежде чем стемнеет. И чуть не вскрикнула, почувствовав, как что то шевельнулось у ее лодыжки, чуть выше ботинка. Подумав о змеях, она задрала ноги так быстро, что качели пришли в движение. Ей понадобилась секунда, чтобы набраться храбрости и заглянуть под сиденье. При виде упитанного создания с белым тельцем, розовым пятачком и большими ушами Тиффани рассмеялась.

— Это так вы далеко не разбредаетесь? — поинтересовалась она вслух, вспомнив слова Джейкса. — Могу поспорить, ты пропустил свой обед. Джейкс, наверное, уже избавился от всех объедков, тем более что сегодня их было немного. Пойдем, я дам тебе миску бобов, но даже не рассчитывай на кусочек этого восхитительного хлеба, который мы сами съедим до последней крошки.

Тиффани уже прошла половину коридора, когда сообразила, что поросенок не понял ни единого слова из того, что она говорила. Она уже решила вернуться на крыльцо и отнести его в свинарник, когда услышала за спиной стук по деревянному полу семенящих маленьких копытец. Поросенок, возможно, не понял, что она сказала, но по какой то причине решил последовать за ней. Тут ей пришло в голову, что он тащит в дом грязь, и она подхватила его на руки. На мгновение маленькое тельце напряглось, а затем расслабилось, прижавшись к ее боку. Взглянув на поросенка, Тиффани обнаружила, что он даже закрыл глаза. Он казался таким довольным, что, наверное, замурлыкал бы, будь кошкой! Она снова засмеялась. У нее так давно не было повода для смеха, что она была даже благодарна маленькому озорнику.

Держа поросенка под мышкой, чтобы тот не испачкал кухонный пол грязными копытцами, она вывалила в миску содержимое последней банки с бобами и выставила ее вместе с поросенком за порог. Еды было немного, но, наверное, достаточно для такого крохотного создания. Тиффани не представляла, сколько ему месяцев, но в длину он не достигал и фута. Она оставила дверь открытой, чтобы проветрить помещение, пока прибирается на кухне, но через несколько минут дверь захлопнулась от порыва теплого ветра. Тиффани поспешила закрыть окно, опасаясь, что собирается гроза. Она надеялась, что поросенок вернется домой.

Но, отвернувшись от окна, обнаружила, что он снова устроился у ее ног, устремив на нее выжидающий взгляд. Покачав головой, она взяла его на руки и направилась в свинарник. На улице стемнело, но не настолько, чтобы не видеть, что большинство поросят сосут свою мать. Тиффани хмыкнула, посмеиваясь над собой. С чего она взяла, что заблудившийся поросенок ляжет спать голодным, если свинья еще кормит свой выводок?

Она не стала задерживаться в свинарнике, чтобы понаблюдать за процессом кормления. Ветер усилился, налетая порывами с севера, достаточно сильный, чтобы трепать ее волосы и задирать подол платья. Она поспешила к дому. Хорошо еще, что небо не затянуло облаками.