Уже во второй раз за короткое время своего пребывания в Швейцарии Яна имела удовольствие очутиться в полицейском участке. Но сейчас все прошло более спокойно – не иначе как из-за того, что попала она сюда в компании князя (Леон сразу дал понять, что все дамы находятся под его покровительством). Собственно, максимум, что им всем грозило, так это штраф.

Полицейские всех рангов с интересом и изумлением посмотрели на них, когда они рассказали все, в чем и себе-то признаться довольно трудно. Когда Яна увидела Эрика, она почти не удивилась. Тот был бледен и очень встревожен, но все же старался держать себя в руках.

– Яна, как ты могла так поступить со мной? Я привез тебя на день рождения к родственникам, нес за тебя ответственность. Я, черт побери, просто хотел быть с тобой рядом! И что получилось? Я всю ночь искал тебя – сначала в замке, затем в окрестностях. Съездил к себе и вернулся. Я не знал, что мне еще делать! А потом позвонили из полиции…

– Сейчас ты начнешь меня попрекать?

– Вообще-то, стоило бы за твой пьяный дебош. Вы же выкинули такое, что нормальному человеку и в голову прийти не может! Вы могли погибнуть!

– Но не погибли же, – пожала плечами Яна. – И потом, я ведь предупредила тебя, кричала тебе с балкона, и ты смотрел прямо на меня.

– Я не видел и не слышал тебя! – откликнулся Эрик. – Постой… Значит, ты крикнула мне с балкона? А как я выглядел?

– Да ты что, Эрик? А еще говоришь, что я была пьяная. Тебе лучше знать, как ты выглядел!

– И как у тебя со зрением? – не унимался Эрик.

– У меня слабая близорукость, – честно призналась Яна. – Но настолько слабая, что тебя, красавца, я очень хорошо разглядела!

– Наверняка ты видела моего брата Рауля, мы ведь очень похожи. Так, так… Теперь я все понял! А он, конечно, и не сообразил, почему к нему обращалась незнакомая девушка из окна князя Леона.

– Твой братец должен был слышать, что я звала именно тебя. А потом ты искал меня, и он мог бы сказать тебе, что видел незнакомую девушку, которая приняла его за тебя, – явно справедливо отметила Яна.

– Я уже говорил тебе, что мы похожи с братом только внешне, а в остальном мы совершенно разные люди. Мы фактически не общаемся с Раулем и не разговаривали в тот вечер. Извини, что я накричал на тебя…

– Да ладно…

– Почему ты куда-то ушла и пропала? Я очень переживал и волновался, – Эрик просто-таки поедал ее глазами, и под действием этого взгляда Яна теряла всю решительность и твердость.

– Ты тоже извини меня. Я не хотела причинить тебе беспокойство, так получилось…

Мило поговорив друг с другом, они все выяснили и помирились. Но Яна и не сомневалась, что Эрик поймет ее и разногласия будут разрешены. Но вот другого человека она видеть здесь совсем не ожидала, да и не горела желанием видеть. Речь идет о полицейском Леонардо. Яна немедленно приняла гордую, независимую позу.

– Леонардо, скажите, а если я на другом конце Швейцарии совершу что-то не очень хорошее, вы и там найдете меня?

– А у вас имеется склонность к совершению противоправных действий? – вопросом на вопрос ответил Леонардо.

– Вообще-то раньше подобного не наблюдалось, наверное, ваш альпийский воздух так действует на меня. А может быть, вы подмешиваете что-то в свой шоколад! – фыркнула Яна, выглядевшая не лучшим образом после пребывания в клетке-яме с медведем.

– Не валите с больной головы на здоровую, – одернул ее Леонардо. – Вы знаете Геннадия Морозова?

Вопрос полицейского был настолько неожидан, что Яна даже не сразу сообразила, о ком речь.

– Морозова? Конечно, знаю. Он известный доктор, его Карл Штольберг прислал ко мне, – ответила Яна.

– К вам? Не рановато ли вам к медикам обращаться? Или тоже альпийский воздух так повлиял, что заранее решили подготовиться? – усмехнулся Леонардо.

Яна рассмеялась.

– Ага, заранее поняла, что все плохо закончится. А что с Геной? О, наверняка оказалась права! Диагноз Каси оказался липовым?

– Какой диагноз? Яна, вы с ума меня сведете! Эрик, даже не приближайтесь к этой женщине! Вы нам нужны здоровым и живым. По-моему, нет на свете такого мужчины, который сдержал бы ее темперамент. Пропадете вы с ней, Эрик! – вырвалось у Леонардо.

Яна только пренебрежительно дернула плечом.

– Так для чего к вам приехал тот врач? – вернулся к своей работе Леонардо. – Вы, Яна, так и не успокоились? Вам все еще кажется, будто в хосписе что-то не в порядке? Вызвали своего медика для освидетельствования Кассандры?

– Вот видите, какой вы умный, ничего и говорить не надо! Ну, так я права? Нет у нее никакого рака? – заискрилась любопытством Яна.

– Думаю, что к онкологическому диагнозу Кассандры добавилась еще пара диагнозов, – буркнул полицейский, совсем не внеся ясность в разговор.

Яне показалось, что она тупеет с каждой минутой. Правда, в последнее время ей приходилось изъясняться на неродном для нее языке, и именно на это она и списывала многие беды, приключившиеся с ней.

– Какие еще у Каси диагнозы? Что может быть хуже того, который ей уже поставили?

– У нее сотрясение мозга, гематомы и еще черт знает что! Оставили бы вы, Яна, старушку в покое, то есть дали бы ей умереть спокойно, а?

Яна ошеломленно посмотрела на полицейского:

– А при чем тут Морозов? Он что, так ее обследовал, что избил?!

– Говорите с Яной нормально! – вступился Эрик. – И вообще, давайте я скажу.

– Да что там такое? – заволновалась Цветкова.

– Яна, Геннадий мертв…

У нее даже голова на какое-то мгновение перестала болеть.

– Как мертв? Ты о чем? Шутите? Он был абсолютно здоров!

– А почему вы думаете, что умереть можно только от болезни? – возразил Леонардо.

– Так вы мне и расскажите, что произошло! – почти закричала Яна.

– На них напали. Геннадий мертв и ничего нам сказать не может. А Кассандра, бедная женщина, смертельно напугана, но все-таки кое-что смогла нам поведать. Они с господином Морозовым поехали в больницу на обследование. Она обманула Ингрид, сказав, что идет на небольшую прогулку, якобы с племянником, а сама села в машину Геннадия…

– Яна, тебе нехорошо? – прервал совершенно некстати их разговор Эрик. – Ты очень бледна!

– Я в порядке. Что случилось, Леонардо? Говорите, ради бога, а то я сейчас с ума сойду!

– Машина доктора внезапно забарахлила и остановилась. Кася сразу же сказала, что ничего в автомобилях не понимает, но Геннадий ругался, мол, с машиной все было в порядке. Он тоже не понимал, что случилось. Доктор пошел посмотреть на мотор, и тут на них напали двое мужчин в масках. Они сначала вырубили Кассандру, а затем зверски избили Морозова.

– Бедный Гена… – прошептала Яна. – Но кто они? За что?

– В том-то и дело, что ничего не известно. Они вообще ничего не говорили, действовали дерзко и очень быстро. Кассандра полагает, и я с ней полностью согласен, что убийцы следовали за ними на авто, предварительно испортив что-то в машине Геннадия. Иначе как бы они так быстро оказались на месте остановки?

– Кася заметила их номер? – с надеждой в голосе спросила Яна.

– Нет, конечно. Таково предположение Каси. Она же не смотрела, следует ли за ними кто-то. И это нормально. Мы же не ждем ежеминутно нападения убийц, правда? – Полицейский развел руками.

– Никаких зацепок? – спросил Эрик.

– Пока никаких, но, думаю, мы имеем дело с русской мафией.

– О господи! – закатила глаза Яна. – «Русская мафия» уже понятие нарицательное!

– А ты настаиваешь, что нападение было совершено на Кассандру? Глупости! Во-первых, нападавшим ничего не мешало убить ее тоже, однако старушку просто оглушили. А вот врача зверски убили.

– Им нужно ее состояние! – воскликнула Яна.

– И что? Оно бы и отошло хоспису, если бы ее убили. Но нет, злоумышленники испортили автомобиль Геннадия, значит, следили именно за ним. Кто знал, что он поедет к Касе? – Леонардо в упор посмотрел на Яну.

– Я… – прошептала та.

– Ты тоже русская, причем явно не примерного поведения. Но у тебя стопроцентное алиби, – с сожалением констатировал полицейский.

– Медведь? – уныло спросила Яна.

– Геннадия убили еще до того, как вы попали в медвежью яму. Но ваши пьяные выходки помнят и в баре, и в казино…

– А вы уверены, что и напавшие на машину преступники были русскими? – насупилась Яна.

– Я уверен, что это как-то связано с Геннадием, а не с несчастной старушкой.

– Только не надо снова говорить мне, чтобы я отстала от нее! Я в шоке! Ведь действовала исключительно из хороших побуждений…

– Когда вы начнете думать, прежде чем действовать? – вздохнул Леонардо и оставил Яну и Эрика наедине. На прощание все же не удержался и добавил: – А вот если с медведем что-то случится, одним штрафом вашей теплой компашке не отделаться.

– А что с ним может случиться? – удивилась Яна.

– Скажем, заболеет. Ведь животное сильный нервный стресс испытало, и сейчас его обследуют ветеринары.

– Ее… – тихо поправила Яна.

– Что? – не понял полицейский.

– Это самка, – пояснила Яна, и Леонардо наконец-то испарился.

Эрик сразу подошел к ней и обнял. Объятие его было нежным и сильным одновременно.

– Ты что делаешь? – опешила Яна.

– Я бы мог весь мир перевернуть, лишь бы утешить тебя. Я бы так хотел успокаивать тебя, бросившуюся мне на грудь… – пояснил молодой человек свое не слишком целомудренное поведение. – Леонардо говорит, что у меня не хватит сил удержать тебя. Да ни у кого не хватит! Ты одна такая! Одна! – И Эрик, обнаглев совсем, вдруг поцеловал девушку в губы.

– Что я делаю? – попыталась сконцентрироваться Яна.

– Ты вылечиваешь меня, – ласково произнес Эрик.

– Правильно говорить «излечиваешь», – машинально поправила она его, плывя по волнам безумного влечения к этому мужчине.

– Я выучу русский язык досконально, обещаю тебе…

– Карл тоже так говорил. И выучил.

– Благодаря тебе увеличивается число людей, знающих русский язык, – рассмеялся Эрик.

– Ты нахал!

– Я несчастный человек, – снова поцеловал он ее.

– Это я несчастная, потому что изменяю своему парню…

– Сколько ты с ним? – спросил Эрик.

– Достаточно долго…

– И он не добился, чтобы ты вышла за него замуж? Слабак!

– Не оскорбляй Карла! Ой, что же я делаю… – У Яны безумно кружилась голова и не хватало дыхания, но отрываться от его плеч, груди, магических глаз и губ она не хотела. Да и не могла.

– Так от чего я тебя излечиваю? – спросила она, млея в его сильных объятиях.

– От проклятия моего рода.

– Всего рода? Ого!

– Правда, правда! У тебя хватит ума, красоты и силы духа, чтобы излечить весь род, а не только меня. До сих пор я не знал, что такое любовь.

– И что же это?

– Безумная радость, стихия, накрывающая тебя волной, и боль…

– Боль?

– Безумная боль, потому что если не ты, то никто… Я влюбился в тебя, Яна, и готов умереть за тебя.

– Вот чего не надо так не надо! – Яна тронула его теплые губы. – Я хочу, чтобы ты и все… Ой! Мы тут с тобой обнимаемся, а ведь Генка-то мертв!

– Я сочувствую, Яна… Что я могу сделать?

– Не поверишь, но то же самое я спрашиваю и у себя. Что я могу? Ничего!

– Милая моя…

– Эрик, я не могу, не сейчас… я…

– Давай обвиним во всем, то есть во всех смертных грехах, твоего Карла и успокоимся? Ведь именно он прислал к тебе господина Морозова!

– Дурак ты, Эрик! Как будто это что-то решит… Вы оба достойные люди.

– Я добьюсь тебя! Я не упущу ту, в которую так влюбился! – сказал Эрик, и у Яны от звука его голоса мурашки побежали по коже.

– Ты знаешь, какое впечатление можешь произвести на женщин, – прищурилась она.

– Я знаю другое: наконец-то я понял, что такое счастье в полном объеме, – прошептал ей в ухо Эрик.

– Зачарованный принц проснулся? – лукаво посмотрела она на него.

– Нет, не так – вышел из спячки, – заверил ее Эрик.

Яна слегка отстранилась от него.

– Может, мне действительно надо было остановиться в своих неудержимых подозрениях? Чего мне далась Кассандра, ее деньги и ее болезнь? Если бы не я, Карл не прислал бы по моей просьбе Генку, и он был бы жив…

– Это как в анекдоте: «Русские такие кровожадные! – Почему? – Да ведь они напали на шведов под Полтавой!» – откликнулся Эрик. – При чем тут ты? Несчастье с Геной могло случиться где угодно. Ты же не ясновидящая, не в состоянии ничего предвидеть. А шведам нечего было делать под Полтавой, тогда бы им не накостыляли! – уверенно заявил Эрик.

– Ты очень добр ко мне. И откуда ты знаешь русские анекдоты, поговорки?

– Нет, это ты добра ко всем окружающим! Но ты должна понять, что не можешь нести ответственность за все негативное в нашем мире, за все, что происходит вокруг.

– Обними меня еще… – попросила Яна и сама с удовольствием прижалась к груди Эрика. – Всю жизнь меня обвиняют, что я лезу не в свое дело…

– Я не буду ни в чем тебя обвинять, буду только любить. Хочешь?

– Эрик, ты искуситель! Ну, который змей. Что же делать с Генкой?

– Ему мы уже не поможем. И выяснить, кто на него напал и зачем, тоже не сможем… В масках, молча, без свидетелей и зацепок… Да кто угодно! Я понимаю Леонардо: легче всего списать на мафию, причем русскую.

Яна оторвалась от его широкой груди.

– Так-то оно так… Послушай, а ведь мы не знаем, чем Гена еще занимался, чем жил помимо своей медицины, есть ли у него семья… Кто им сообщит? Ты поможешь организовать переправку тела Гены в Чехию?

– Конечно, Яна, – кивнул Эрик.

– А я позвоню Карлу и… – Яна запнулась. – Ну вот что я ему скажу? Какой ужас! Мол, по моей просьбе ты прислал человека, а теперь забери его обратно? Только маленькое уточнение – в цинковом гробу. Мол, неувязочка тут вышла. Вез старушку на обследование и погиб. Почему? Не знаю. Может, пришлешь кого-нибудь другого? Шутка! – с надрывом произнесла Яна.

– Кася больше ни на какие обследования не согласится, – заметил Эрик.

– И правильно сделает! Все, я возьму себя в руки и отстану от Кассандры и забуду обо всем, что мне кажется. Ты заберешь меня отсюда? – Яна посмотрела на него глазами, полными мольбы, и снова уткнулась носом в плечо. Ей как сильной женщине очень часто хотелось получить от кого-то помощь, хотя, будем уж до конца честны, помощь и поддержка нужны именно от сильного мужчины. Эрик производил впечатление именно такого мужчины, он был спокоен и внушал полное доверие.

– Конечно, заберу, – обнял ее Эрик.

– Я так и не поздравила радушного хозяина красивого замка с днем рождения, – сказала Яна.

– Так ты Густава даже и не видела? Сейчас поедем туда, и у тебя будет возможность реабилитироваться.