Наконец, наступила суббота. Фриц и Фрида наводили последний лоск в своём амбаре на опушке. Фриц раздобыл шесть салак, три свиных косточки и молоко. Он даже притащил откуда-то банку со сливками. «Но это на крайний случай», — решил Фриц и спрятал сливки за занавеской.

Фриц оделся индейцем — очень пригодились найденные в лесу сорочьи перья. Фрида задрапировалась в цветастое покрывало, найденное когда-то в чулане, а на голове у неё сияла золотая бумажная корона. Теперь это была уже не Фрида, а принцесса Фридеборг. Она была совершенно уверена в своей неузнаваемости.

Первым пришёл моряк в бескозырке.

— Добро пожаловать! — вежливо сказала Фрида.

Но Фриц зашипел ей в ухо:

— Какая ты балда! Как ты не понимаешь, что если ты будешь говорить «добро пожаловать», все сразу поймут, что ты Фрида.

— Ой, конечно, конечно… — растерялась Фрида. — Не добро и не пожаловать! Я только хотела сказать, что мы с Фрицем…

— Мы с индейцем, — поправил Фриц.

— Ну да, да, конечно, мы с индейцем считаем, что приятно увидеть моряка здесь у нас на опушке, — быстро сказала Фрида. — А кто это? — прошептала она Фрицу.

— Ты же видишь, что это Муська из Аркадии, — сказал Фриц. — Но делай вид, что ты её не узнаёшь, иначе маскарад теряет смысл.

Пришла Красная Шапочка. На ней было красное платье и такой большой капюшон, что мордочки совсем не было видно. Но в капюшоне были дырочки для глаз, так что Рикард, во всяком случае, мог что-то видеть. Конечно же, это был Рикард из Рикомберги, переодевшийся в Красную Шапочку.

Следующий гость был в длинном чёрном плаще, высокой шляпе и в очках.

— Уважаемые дамы и господа, — поклонился он. — Я — Кот, Который Знает Всё. Я даже знаю, например, что Фрида-внучка двоюродной тётки Рикарда из Рикомберги.

«У него хороший костюм, — подумал Рикард, — но запах скотного двора ни с чем не спутаешь. Конечно же, это Мурре из Скугстиббле».

Появился клоун в ярком клетчатом костюме. Он прыгал, делал кульбиты, танцевал чечётку и вообще кривлялся изо всех сил. Вместе с клоуном пришла скрюченная старушка в сером платке. Она спотыкалась и хромала, но иногда тоже вдруг принималась отбивать чечётку.

— Странно, правда? — шепнул Рикард из Рикомберги Фрицу. — Хильду и Хульду хлебом не корми, дай только пройтись в чечётке.

— Тише ты, — прошипел Фриц. — Нельзя показывать, что ты кого-то узнал.

Следующим явился Пелле в костюме белого медведя, сделанном из куска белого меха.

Последними пришли три полицейских в настоящих мундирах кошачьей полиции. Один из полицейских был намного больше двух других.

— Я — начальник королевской кошачьей полиции, — сказал большой. — А это — мои полицейские.

— Вот именно, полицейские, — сказал один.

— Полицейские — вот мы кто, — подтвердил другой.

— Теперь, когда все собрались, я прочитаю стихотворение. Я его сама сочинила, никто не помогал, — сказала Фрида. И она продекламировала:

Фриц ущипнул Фриду.

— Надо было сначала мне показать твои стихи, — прошипел он. — Ты опять сказала «маскарал»!

— А тогда не рифмуется со «стар и мал», — оправдывалась Фрида.

— Друзья мои! — воскликнул Фриц. — Фрида, то есть, я хочу сказать, принцесса Фридеборг, хотела сказать вот что:

— А угощение будет? — с издёвкой спросил начальник полиции. — А то всё стихи да стихи.

— Конечно, конечно, — защебетала принцесса Фридеборг. — Сейчас будут и салака, и молоко, и свиные косточки!