Не успел Пелле отдышаться, как вдруг из одного подвального окошка появилась совершенно очаровательная киска — пожалуй, самая очаровательная из всех, что Пелле когда-нибудь встречал.

«Надо привести себя в порядок», — подумал Пелле, тщательно умылся, а потом со всем доступным ему изяществом шагнул вперёд и сказал:

— Позвольте представиться. Меня зовут Пелле.

— Я — Ингрид, — сказала киска, и они тщательно обнюхали друг друга. Наступила долгая пауза.

— Славный у вас городок, — сказал Пелле. Что-то же надо было сказать.

— Неплохой, — подтвердила Ингрид. — Хотя мышей почти нет.

— А как у вас салака? — спросил Пелле.

— Салака хороша, особенно в рыбный день. По пятницам всегда продают свежую рыбу, и мы с мамой ходим на рынок. Там есть такая дама в лиловом платье, она угощает нас самой лучшей салакой. Ешь сколько хочешь.

— Так что неплохой, в общем, городок, — небрежно сказал Пелле. — Только собак многовато.

Не успел Пелле это произнести, как на перекрёстке появился пёс с устрашающей сморщенной мордой. Пелле со скоростью молнии скользнул в подвальное окошко и крикнул Ингрид:

— Скорее сюда! Ты что, не видишь, кто идёт?

— Ах, — улыбнулась Ингрид, — никакой опасности нет. Это всего-навсего старина Дукс. Привет, Дукс!

— Привет, — хмуро сказал Дукс и нехотя обнюхал Ингрид.

Пелле сидел в подвале у окошка и дрожал от страха. Как она не боится?!

Дуке, завершив процедуру приветствия, побрёл дальше.

— Привет Шарлотте! — крикнула ему вслед Ингрид.

— Спасибо, передам, — буркнул Дукс. Особого дружелюбия в его голосе не было.

И он пошёл дальше по булыжному тротуару. Когда Дукс был уже довольно далеко, Пелле решился высунуть нос из своего укрытия.

— И ты позволила, чтобы этот ужасный Люкс со своей сморщенной мордой тебя обнюхивал? — спросил восхищённый Пелле.

— Не Люкс, а Дукс, — сказала Ингрид.

— Что это за имя — ДУКС? — спросил Пелле. — Что это вообще значит?

— Латынь, я думаю, — небрежно сказала Ингрид. — Здесь недалеко живёт один ангорский кот, его зовут Катилина, и он немного знает латынь. Я его как-то спросила, что значит — ДУКС. Он сказал, что это означает: «тот, со сморщенной мордой», но по-моему, он был не очень уверен в ответе.

— А по-моему, это имя ему вполне подходит, — сказал Пелле. — Сморщенный, это уж точно. Никогда в жизни не видел ничего подобного.

— Когда я была маленькой, — сказала Ингрид, — Дукс однажды на меня бросился, но мама на него прыгнула и оцарапала так, что он удрал с поджатым хвостом. Кстати, о хвосте — куда ты дел свой хвост?

— Мы не об этом говорим, — сказал Пелле, — мы говорим о Люксе.

— О Дуксе, — терпеливо поправила Ингрид. — С тех пор он никогда не нападает на кошек, и мы все об этом знаем, так что его никто не боится.

— Но я же этого не знал, — сказал Пелле. — И я бы очень хотел познакомиться с твоей мамой.

— А мы уже почти пришли, — сказала Ингрид. — Мы живём в четвёртом подвальном окошке, если считать от Родниковой улицы. Думаю, что мама дома.

Мама была дома. Она сидела в уютном кресле-качалке с наушниками на голове, когда Пелле, прячась от смущения за Ингрид, пролез в окошко.

— Добрый вечер, — сказала Ингрид. — Мы тебе не мешаем слушать радио?

— Да нет, — сказала мама, откладывая наушники, — передают какую-то дурацкую лекцию «Как ловить мышей». Как будто я сама этого не знаю! А кто это с тобой?

— Пелле, — сказал Пелле и поклонился.

— Добро пожаловать! — сказала мама. — Ингрид, иди на кухню и поставь молочник.

(Дело в том, что кошки не пьют кофе, поэтому они никогда не ставят подогревать кофейник, да у них его, как правило, и нет; вместо этого они ставят на огонь молочник, чтобы молоко было тёплым, таким, как им больше всего нравится.)

Ингрид принесла три блюдечка, и они все втроём поели молока — Ингрид, её мама и Пелле. Потом они тщательно умылись, и мама Ингрид попросила Пелле рассказать о своих приключениях.

И Пелле начал свой рассказ.