…Ибо всякий, делающий злое, ненавидит свет и не идет к свету, чтобы не обличились дела его, потому что они злы,
А поступающий по правде идет к свету, дабы явны были дела его, потому что они в Боге соделаны. (Иоан. 3, 20–21)
Однако постановления о праздниках содержат еще некоторые важные указания, например:
Не изливай крови жертвы Моей на квасное, и тук от праздничной жертвы Моей не должен оставаться до утра. (Исх. 23, 18)
Понятно, что здесь идет речь о пасхальной жертве, ко времени принесения которой вся закваска должна быть удалена из домов (Исх. 12, 15). Священнодействие должно совершаться в чистоте, и закваска – образ греха и порока – должна быть удалена. Пасхальная ночь, назначенная для вкушения пасхального агнца и символизирующая «время благоприятное, день спасения» (I Кор. 5, 7–8; II Кор. 6, 2), должна быть целиком использована для служения: «утром», при восхождении «Солнца правды» (Мал. 4, 2), иначе говоря, с наступлением Царства Божьего, уже поздно будет вкушать спасительную трапезу на вечере Господней…
Начатки плодов земли твоей приноси в дом Господа, Бога твоего. Не вари козленка в молоке матери его. (Исх. 23, 19)
О первой части данного повеления мы уже беседовали. Что касается запрета варить козленка в молоке его матери, то он трижды встречается в Торе, притом в разных контекстах. Если здесь и в Исх. 34, 26 эти слова связаны с указанием приносить в Храм «начатки», или «первинки», урожая, то во Втор. 14, 21 предписание о козленке помещено среди пищевых запретов. Помимо того что предписание имеет этическое значение, приучая человека жалеть животных, оно еще является запретом ханаанейского ритуала, который, как выяснилось после прочтения в XX веке ханаанейских текстов из Угарита, приурочивался к празднику урожая, представлявшему собой мистериальное воспроизведение «священного брака» богов. Поэтому предписание подчеркивает необходимость участия в праздниках Господних и отказа от участия в языческих празднествах. В то же время этот запрет, рассматриваемый в контексте Втор. 14, 21 как гигиенический, отражает заботу Закона Божьего о здоровье человека.
И в заключение приведенных здесь социальных, этических и обрядовых правил Господь говорит об особом ангеле, которого Он посылает в помощь израильскому народу и для «надзора» над ним:
Вот Я посылаю пред тобою ангела хранить тебя на пути и ввести тебя в то место, которое Я приготовил;
Блюди себя пред лицом его и слушай гласа его; не упорствуй против него, потому что он не простит греха вашего, ибо имя Мое в нем. (Исх. 23, 20–21)
Мы помним, что древнееврейское מלאך <маль׳а́х>, как и греческое αγγελος <а́нгелос>, означает «вестник», «посланник», а также «ангел» – существо духовное. Упоминаемый здесь ангел наделен особой тройственной миссией (в отличие от обычных ангелов, каждый из которых, по преданию, посылается для выполнения одного какого-либо дела): он должен, во-первых, «хранить» народ в пути, т. е. быть его стражем (от др. – евр. שמר <шама́р> – «блюсти», «охранять»); во-вторых, «ввести» его в Святую землю, т. е. способствовать ее покорению; и, в-третьих, возвещать народу волю Господню («слушай гласа его»), одновременно наказывая за ослушание («он не простит греха вашего»). Словом «грех» передано здесь древнееврейское פשע <пе́ша>, от глагола פשע <паша́> – «преступать», «изменять», «восставать против», «выходить из-под власти». Тут имеется в виду не просто прегрешение, т. е. нарушение какой-либо заповеди по слабости, вследствие недосмотра, влияния дурных страстей и т. д., – за такие проступки приносятся жертвы, помогающие их искупить (Лев. 4, 2 и 35; 5, 17–18). Однако грех восстания против Господа, сознательного и дерзкого Ему противления приравнивается к богохульству и не прощается до самой смерти грешника:
…И сынам Израилевым скажи: кто будет злословить Бога своего, тот понесет грех свой;
И хулитель имени Господня должен умереть, камнями побьет его все общество: пришелец ли, туземец ли станет хулить имя Господне, предан будет смерти. (Лев. 24, 15–16)
Как буквальная хула, произнесенная против имени Всевышнего, так и намеренное издевательство над Его заповедями влечет за собой смерть преступника:
Если же кто из туземцев или из пришельцев сделает что дерзкою рукою, то он хулит Господа: истребится душа та из народа своего,
Ибо слово Господне он презрел и заповедь Его нарушил; истребится душа та; грех ее на ней. (Числ. 15, 30–31)
И проклятия Закона постигают народ именно за действия подобного рода в отношении Господа и Его заповедей:
Если же не послушаете Меня и не будете исполнять всех заповедей сих, И если презрите Мои постановления, и если душа ваша возгнушается Моими законами, так что вы не будете исполнять всех заповедей Моих, нарушив завет Мой, —
То и Я поступлю с вами так: пошлю на вас ужас, чахлость и горячку, от которых истомятся глаза и измучится душа, и будете сеять семена ваши напрасно, и враги ваши съедят их… (Лев. 26, 14–16)
При сопоставлении этих слов с евангельским предостережением
Посему говорю вам: всякий грех и хула простятся человекам, а хула на Духа не простится человекам;
Если кто скажет слово на Сына Человеческого, простится ему; если же кто скажет на Духа Святого, не простится ему ни в сем веке, ни в будущем. (Матф. 12, 31–32)
мы видим, что слова Иисуса Христа о хуле на Духа относятся к тому же самому преступлению – дерзкому «презрению» заповедей, хуле на Создателя и сознательному нарушению Его воли.
Чтобы наделить посылаемого ангела особым могуществом для исполнения всех трех «миссий», Господь как бы «влагает во внутренность его» Свое имя: כי שמי בקרבו <ки шэми́ бе-кирбо́> – «ибо имя Мое внутри него». Об этом ангеле пророк Исаия свидетельствует как об «ангеле лица Божьего», т. е. как о постоянно предстоящем Господу посреднике между Ним и народом:
Во всякой скорби их Он не оставлял их, и ангел лица Его спасал их; по любви Своей и благосердию Своему Он искупил их, взял и носил их во все дни древние. (Ис. 63, 9)
Согласно иудейским толкователям, слова «имя Мое внутри него» следует понимать так, что гематрия, т. е. сумма числовых значений букв, составляющих имя ангела, равна сумме числовых значений букв имени Божьего. Агадисты называют этого ангела מטטרון <Метатро́н>, что возможно восходит к греческому Μεθατρονος <Метатро́нос> – «[стоящий] при троне [Господнем]». Иначе говоря, речь идет о ближайшем к Господу ангеле. Числовое значение его имени, написанного по-древнееврейски, – 314 (מ + ט + ט + ר + ו + ן = 40 + 9 + 9 + 200 + 6 + 50 = 314), и оно равно гематрии имени «Шаддай» (т. е. «Всемогущий», или «Самодостаточный»): ש + ד + י = 300 + 4 + 10 = 314. С данным ангелом связаны глубокие тайны духовного мира, и он неоднократно упоминается в Ветхом Завете (в нашем комментарии см. также с. 156–158, 314 и 371).
Если ты будешь слушать гласа его и исполнять все, что скажу, то врагом буду врагов твоих и противником противников твоих. (Исх. 23, 22)
Ангел говорит не от себя, а в точности передает слова Пославшего его. Это видно из чередования речи от первого и третьего лица: «гласа его» относится к ангелу, а «[Я] скажу» – к Богу. То же повторяется и в следующем стихе:
Когда пойдет пред тобою ангел Мой и поведет тебя к аморреям, хеттеям, ферезеям, ханаанеям, евеям и иевусеям, и истреблю их… (Исх. 23, 23)
– «[Он] поведет тебя», но «[Я] истреблю их».
Что касается «истребления» народов, населявших землю Ханаанскую, то речь идет именно об уничтожении их царств как средоточия демонических культов, сопровождавшихся человеческими жертвоприношениями (Лев. 18, 21; 20, 1–5; Втор. 12, 31; IV Цар. 23, 10; Иер. 7, 31). Жителей же их, согласно Божьему Закону, ожидало либо обращение к истинному Богу и вхождение на равных с израильтянами правах в общину Божью, если они того пожелают; либо, если они останутся убежденными идолослужителями, – изгнание из пределов Святой земли, но ни в коем случае не «поголовное истребление», как неправильно считают некоторые комментаторы. Этот вопрос, несомненно, стоит того, чтобы остановиться на нем подробнее.
В разбираемом нами стихе словами «и истреблю их» передается древнееврейское והכחדתיו <вэ-ґихэхадти́в> – буквально «и Я изглажу [или: „сокрою“] их», от глагола כחד <каха́д> – «изглаживать», «уничтожать следы», «скрывать». Речь здесь идет об «уничтожении следов» кровавого идолослужения ханаанеев (ср. ст. 24), но никак не об уничтожении самого населения ханаанейских государств. Относительно их жителей в Пятикнижии и в других книгах Библии постоянно повторяется предписание «изгнать» их, но отнюдь не уничтожить. Словом «изгнать» передается глагол גרש <гара́ш> – «прогнать», «удалить», т. е. тот самый, что употребляется и при описании изгнания Адама из Едемского сада, и в повествовании об изгнании Каина от лица Божьего (Быт. 3, 24; 4, 14). Образованным от этого глагола существительным גרושה <груша́> называется в Писании (Числ. 30, 10; Иез. 44, 22 и др.) разведенная, т. е. «изгнанная» мужем (Втор. 24, 1), женщина. Точно так же, как в перечисленных случаях изгоняемый не предавался смерти, так и жители Ханаана должны были остаться в живых, но при противлении слову Божьему покинуть пределы Святой земли:
Ибо если вы будете соблюдать все заповеди сии, которые заповедую вам исполнять, будете любить Господа, Бога вашего, ходить всеми путями Его и прилепляться к Нему,
То изгонит Господь все народы сии от лица вашего, и вы овладеете народами, которые больше и сильнее вас… (Втор. 11, 22–23)
В приведенном стихе говорится не только об «изгнании» народов, но и об «овладении» ими Израилем. Здесь имеется в виду та часть ханаанеев, которая пожелает присоединиться к Израилю, оставит мерзкое идолослужение, раскаявшись в нем, и всей душой примет Закон Господень.
Перечислив всевозможные разновидности ритуального храмового разврата, свойственные ханаанейским культам, Всевышний говорит:
Не оскверняйте себя ничем этим, ибо всем этим осквернили себя народы, которых Я прогоняю от вас… (Лев. 18, 24)
Здесь снова говорится об изгнании, а не об истреблении. То же выражение повторяется и при описании различных видов черной магии, которые практиковали жители Ханаана:
…Ибо мерзок пред Господом всякий, делающий это, и за сии-то мерзости Господь, Бог твой, изгоняет их от лица твоего… (Втор. 18, 12)
Об аморреях и других народах Ханаана говорится, что они изгоняются от лица израильтян:
…Сохрани то, что повелеваю тебе ныне: вот Я изгоняю от лица твоего аморреев, ханаанеев, хеттеев, ферезеев, евеев и иевусеев… (Исх. 34, 11)
Заметим, что изгнание изображается не в виде мгновенного акта (что, казалось бы, должно следовать из теории «всеобщего избиения» представителей этих племен израильтянами), а в виде постепенного процесса:
И будет Господь, Бог твой, изгонять пред тобою народы сии мало-помалу; не можешь ты истребить их скоро, чтобы не умножились против тебя полевые звери… (Втор. 7, 22)
И вопрос, обращенный к Богу от лица всего народа, касается как раз изгнания, а не уничтожения ханаанеев:
Если скажешь в сердце твоем: «Народы сии многочисленнее меня; как я могу изгнать их?» (Втор. 7, 17)
Из всех приведенных мест становится ясно, что о тотальном истреблении здесь нет и речи. Посмотрим, однако, как на деле осуществлялись повеления Господни по отношению к уже покоренным народам Святой земли (об обращении с ними на поле боя в условиях войны мы поговорим несколько позже). В Книге Иисуса Навина об этом написано:
Но ефремляне не изгнали ханаанеев, живших в Газере; посему ханаанеи жили среди ефремлян до сего дня, платя им дань. (Иис. Н. 16, 10)
Если в Пятикнижии содержатся повеления Божьи относительно ханаанеев, не желающих отречься от своих омерзительных культов, то в Книге Иисуса Навина описано уже осуществление этих постановлений. И опять мы видим, что речь идет не об истреблении, но об изгнании:
Но иевусеев, жителей Иерусалима, не могли изгнать сыны Иудины, и потому иевусеи живут с сынами Иуды в Иерусалиме даже до сего дня. (Иис. Н. 15,63)
Да и Сам Господь, давая обетования Иисусу Навину, повторяет ему то же самое об участи ханаанеев-идолопоклонников, что уже было неоднократно сказано его великому учителю и предшественнику по управлению народом – Моисею:
Всех горных жителей от Ливана до Мисрефоф-Маима, всех сидонян Я изгоню от лица сынов Израилевых. Раздели же ее в удел Израилю, как Я повелел тебе… (Иис. Н. 13, 6)
Давая властные распоряжения главам подчиненных ему колен Израилевых, Иисус Навин говорит, как о само собою разумеющемся, об изгнании, а отнюдь не об уничтожении языческих насельников страны:
…И гора будет твоею, и лес сей; ты расчистишь его, и он будет твой до самого конца его; ибо ты изгонишь ханаанеев, хотя у них колесницы железные и хотя они сильны. (Иис. Н. 17, 18)