Но, может быть, это учение было заимствовано иудеями у каких-либо восточных народов в период вавилонского плена или после него? Если так, то Иисус, несомненно, осудил бы подобное учение, чего мы в Евангелии не находим. Более того, он, например, утверждал, что под именем и в обличии Иоанна Крестителя на земле вновь родился древний пророк Илия:
И если хотите принять, он есть Илия, которому должно придти. (Матф. 11, 14)
– ср. с Матф. 17, 10–13 и Марк. 9, 11–13.
Напомним также, что самого Иисуса (о родителях и родстве которого народ был прекрасно осведомлен) многие принимали за новое воплощение одного из прежних пророков:
…Иисус спрашивал учеников своих: за кого люди почитают меня, Сына Человеческого?
Они сказали: одни за Иоанна Крестителя, другие за Илию, а иные за Иеремию или за одного из пророков. (Матф. 16, 1)
Как видим, учение о «круговращении» душ было широко распространено в израильском народе в эпоху Иисуса Христа.
Однако же в одном из апостольских посланий сказано, что «человекам положено однажды умереть, а потом суд» (Евр. 9, 27). Не служит ли это опровержением самой возможности переселения душ? Словом «однажды» здесь передано греческое απαξ <ха́пакс>, имеющее смысл «когда-нибудь». Это слово призвано не указать на однократность физической смерти, а только напомнить о неизбежности ее в конце каждого земного существования.
О том, что Иисус по крайней мере не возражал против учения о переселении душ, свидетельствует также и его ответ на вопрос о грехе «до рождения»:
И, проходя, увидел человека, слепого от рождения.
Ученики его спросили у него: равви! кто согрешил, он или родители его, что родился слепым?
Иисус отвечал: не согрешил ни он, ни родители его, но это для того, чтобы на нем явились дела Божии. (Иоан. 9, 1–3)
Своим ответом Иисус подтвердил, что человек может согрешить и за это родиться слепым, т. е. согрешить в предыдущей земной жизни (хотя в данном случае, с данным слепым, дело обстояло иначе).
Обличая властвующих грешников-лицемеров своего времени, Иисус предостерегал их:
…Придет на вас вся кровь праведная, пролитая на земле, от крови Авеля праведного до крови Захарии… которого вы убили между Храмом и жертвенником. (Матф. 23, 35)
Упоминаемый здесь Захария жил в Иерусалиме во дни царя Иоаса (VIII в. до н. э.), т. е. за восемь веков до Иисуса Христа:
И Дух Божий облек Захарию, сына Иодая священника, и он стал на возвышении пред народом, и сказал им: так говорит Господь: для чего вы преступаете повеления Господни? не будет успеха вам; и как вы оставили Господа, то и Он оставит вас.
И сговорились против него, и побили его камнями по приказанию царя на дворе дома Господня. (II Пар. 24, 20–21)
Однако Иисус, как следует из его приведенных слов, утверждал, что те самые люди, к которым он обращался с обличением, и были убийцами Захарии («Захария, которого вы убили»). А это возможно только в том случае, если люди, повинные в пролитии крови названного пророка, снова жили на земле спустя восемь веков…
Вспомним также следующие слова Иисуса о справедливом воздаянии:
Не судите, да не судимы будете,
Ибо каким судом судите, таким будете судимы; и какою мерою мерите, такою и вам будут мерить. (Матф. 7, 1–2)
Всегда ли осуществляется воздаяние «той же мерой» в нашей земной жизни? Само Писание отвечает на этот вопрос отрицательно, описывая случаи страдания праведников и преуспеяния нечестивых (Еккл. 7, 15; 8, 14; Иер. 12, 1). Вспомним также о земной жизни многих пророков, апостолов и праведников, претерпевших незаслуженные страдания (Евр. 11, 36–40)…
Так где же получает человек возмездие, обещанное Иисусом, – «меру за меру»? Если в вечном аду, то разве же бесконечное наказание является справедливым воздаянием за временные прегрешения?
Таким образом, вопреки распространенному мнению, Писание содержит учение о том, что человек живет на земле неоднократно.
Это учение отвечает и на «роковой» для всякого верующего вопрос: за что тяжко страдают некоторые дети в самом раннем возрасте? Ведь объяснение их страданий ответственностью за первородный грех явно неудовлетворительно: такую же ответственность несут и другие дети, которые, однако, от тяжких страданий избавлены.
Мы знаем, что Бог абсолютно справедлив в каждом Своем приговоре:
Итак, послушайте меня, мужи мудрые! Не может быть у Бога неправда и у Вседержителя неправосудие,
Ибо Он по делам человека поступает с ним и по путям мужа воздает ему.
Истинно, Бог не делает неправды, и Вседержитель не извращает суда. (Иов. 34, 10–12)
В полном соответствии с приведенными словами находится та истина, что Всевышний воздает человеку за совершенное им в предыдущем существовании (или существованиях), а не обрушивает на него ничем не заслуженные кары…
Разберем еще один эпизод из Писания. В Книге Бытия, при перечислении сынов Иакова, сказано:
Сыны Иуды: Ир, и Онан, и Шела, и Фарес, и Зара; но Ир и Онан умерли в земле Ханаанской. Сыны Фареса были: Есром и Хамул. (Быт. 46, 12)
В оригинале слова ויהיו בני־פרץ <ва-йиґ\'йу́ вней-Фе́рец> , «и стали сынами Фареса», относятся к Иру и Онану (в Синодальном переводе – «Сыны Фареса были…»). Таким образом, вторую часть стиха следовало бы перевести иначе: «И умерли Ир и Онан в земле Ханаанской, и стали сынами Фареса – Есромом и Хамулом». Здесь ясно и выразительно говорится о том, что души сыновей Иуды перешли в его внуков…
Праведник-страдалец Иов, не знавший за собой никакой вины, долго умолял Бога открыть ему, за что он так тяжко наказан. Иов не мог согласиться ни с какими предположениями и укорами друзей, пытавшихся его «вразумить». Когда же Сам Создатель открылся ему и нечто возвестил, Иов тотчас «отрекся и раскаялся в прахе и пепле» (Иов. 42, 6). В чем же раскаялся Иов? И какую истину возвестил ему Всевышний? —
Где путь к жилищу света и где место тьмы?
Ты, конечно, доходил до границ ее и знаешь стези к дому ее.
Ты знаешь это, потому что ты был уже тогда рожден, и число дней твоих очень велико. (Иов. 38, 19–21)
Иов услышал из уст Самого Бога, что он некогда «доходил до границ тьмы» (т. е. совершил грех, уподобляемый в Писании тьме – ср. Римл. 13, 12). Но произошло это не в данной жизни, а в прежнем, притом весьма давнем, рождении. Мученик, ранее представлявший себе воздаяние только в узких рамках нынешней жизни, вдруг узнал, что «число дней его очень велико», что он был рожден «уже тогда» – в эпоху весьма отдаленную…
Попутно заметим, что сама возможность повторного рождения после смерти содержится уже в словах, произнесенных Иовом ранее: «…наг я вышел из чрева матери моей, наг и возвращусь туда» (Иов. 1, 21). Слово «туда» (в Синодальном переводе оно отсутствует) указывает на «чрево матери», т. е. на повторное рождение. Но, по всей видимости, первоначальные взгляды Иова не предполагали идеи воздаяния в последующей жизни за грехи предыдущей: об этом Господь как раз и сообщил Иову в особом откровении.
…Мы привели ряд свидетельств Писания, чтобы пояснить слова Моисея: «…не с отцами нашими поставил Господь завет сей, но с нами, которые здесь сегодня все живы» (Втор. 5, 3). В оригинале данного стиха содержится указательное местоимение אלה <э́ле> – «эти»: Моисей произнес его, указывая на присутствующих и отождествляя их с теми, кто стоял у горы Синай.
Лицом к лицу говорил Господь с вами на горе из среды огня;
Я же стоял между Господом и между вами в то время, дабы пересказывать вам слово Господа, ибо вы боялись огня и не восходили на гору. Он тогда сказал… (Втор. 5, 4–5)
Приведенные слова подтверждают, что пророк обращается к тем, с кем Бог непосредственно заключал завет. Надо заметить, что выражения «с вами», «между вами», «вам», «вы» не могут относиться к тем, кто в момент заключения Синайского завета еще не вышел из детского возраста: ведь несовершеннолетние неправомочны заключать завет!
…И за этим следует вторичное изложение Десяти Заповедей, причем некоторые их детали не совпадают со сказанным в Исх. 20. Есть исследователи, которые на основании данного факта ставят под сомнение аутентичность Декалога в одной из версий (или даже в обеих). Однако их доводы опровергаются одним простым соображением: ведь в Исх. 20 приведены слова Самого Господа; здесь же Моисей передает народу содержание уже известных заповедей, приспосабливая его к текущим нуждам Израиля.
Перечислим основные «несовпадения» двух вариантов Десятисловия.
Четвертая Заповедь звучит несколько различно в Исх. 20, 8: «Помни [זכור <захо́р> ] день субботний…» и во Втор. 5, 12: «Наблюдай [שמור <шамо́р> – буквально «храни»] день субботний…»
Обратим внимание на взаимодополняемость этих указаний. Всевышний повелел «помнить» всегда, в том числе и в будни, заповедь о Субботе. Моисей же призвал народ тщательно остерегаться нарушения данной заповеди – «хранить» Субботу.
В тексте той же заповеди во Втор. 5, 12 имеется добавление: «…как заповедал тебе Господь, Бог твой…» Уже само оно свидетельствует о вторичности текста Декалога во Второзаконии: Моисей ссылается на то, что уже было заповедано ранее.
Кроме того, в текст этой заповеди внесены следующие дополнения: во-первых, разъясняется, какие именно домашние животные не должны работать в седьмой день («ни вол твой, ни осел твой, ни всякий скот твой» – ст. 14). Данное разъяснение необходимо, поскольку именно вол и осел, в отличие от остального домашнего скота, – животные рабочие, и их труд вскоре будет широко использоваться евреями в Святой земле. Во-вторых, добавлены слова: «…чтобы отдохнул раб твой и раба твоя, как и ты…» (ст. 14). Этим добавлением братское отношение к работникам вводится в число основных заповедей: включенное в Десятисловие, оно лучше запечатлится в сознании народа. В-третьих, слова о сотворении мира в Шесть Дней и о покое в Седьмой заменены напоминанием об исходе:
…И помни, что ты был рабом в земле Египетской, но Господь, Бог твой, вывел тебя оттуда рукою крепкою и мышцею высокою, потому и повелел тебе Господь, Бог твой, соблюдать день субботний. (Втор. 5, 15)
Теперь, когда эпоха исхода близка к завершению, с ней в памяти израильтян должна навсегда соединиться Суббота.
При этом представление о Субботе обогащается новыми смысловыми пластами. Ведь «покой» в земле обетованной после странствий по пустыне, как и «покой» Бога после Дней творения, суть прообразы Царства Божьего, венчающего все земные испытания:
Посему для народа Божия еще остается субботство.
Ибо, кто вошел в покой Его, тот и сам успокоился от дел своих, как и Бог от Своих.
Итак, постараемся войти в покой оный… (Евр. 4, 9–11)
Два дополнения внесены и в текст Пятой Заповеди. К предписанию почитать родителей добавлено: «…как повелел тебе Господь, Бог твой…»; а к словам: «…чтобы продлились дни твои…» приложено: «…и чтобы хорошо тебе было…» Первое дополнение вновь указывает на вторичность повеления (Господь уже ранее повелел исполнять эту заповедь). Второе – подтверждает благо, заключенное в «продлении дней» (ведь дни могут «продлиться» и не на радость человеку…).
В тексте Девятой Заповеди выражение עד שקר <эд ша́кер>, «свидетель ложный [или: „лживый“]», заменено на עד שוא <эд шав> – «свидетель суетный» (также «пустой», «тщетный», «обманчивый»). В Синодальном переводе эта разница не отражена. Тонкие различия между понятиями «ложный» и «суетный» значительно расширяют смысл данной заповеди: человек не должен выступать не только лживым, но и «тщетным», т. е. не помогающим правосудию, свидетелем. Суд – дело слишком серьезное, речь на нем может идти о жизни и смерти…
Заповеди Шестая, Седьмая и Восьмая в оригинале Втор. 5, 17–19 соединены союзом ו <вэ> – «и», что должно свидетельствовать о близком «родстве» запрещаемых ими преступлений. И действительно, часто нарушение одной из этих заповедей приводит к нарушению и двух остальных:
Если вы исполняете закон царский, по Писанию: возлюби ближнего твоего, как себя самого, – хорошо делаете.
<…>
Кто соблюдает весь Закон и согрешит в одном чем-нибудь, тот становится виновным во всем.
Ибо Тот же, Кто сказал: не прелюбодействуй, сказал и: не убей; посему, если ты не прелюбодействуешь, но убьешь, то ты также преступник Закона. (Иак. 2, 8–11)
Апостол разъясняет, что основа исполнения всех заповедей второй скрижали – любовь к ближнему. Тот, кто преступает этот «царский» (т. е. главный, господствующий) закон, способен на нарушение всех заповедей – потому Моисей произнес три указанные заповеди как бы на одном дыхании…
Наконец, есть изменения в тексте Десятой Заповеди. Здесь к запретам, перечисленным в Исх. 20, 17, прибавлены еще два: нельзя желать «дома ближнего» и «поля его» (ст. 21). Это добавление важно ввиду скорого перехода Израиля к оседло-земледельческой жизни.
Здесь же, наряду с глаголом חמד <хама́д> – «желать», «иметь склонность», употребляется, в отличие от Исх. 20, 17, также и глагол אוה <ава́> – «стремиться», «намечать». Тем самым подчеркивается, что заповедь предостерегает не только от попыток овладеть чужим имуществом, но и от мыслей, «намечающих» пути присвоения чужого.