И будет в то время: Я со светильником осмотрю Иерусалим и накажу тех, которые сидят на дрожжах своих и говорят в сердце своем: «Не делает Господь ни добра, ни зла». (Соф. 1, 12)
Итак, «вступить в землю обетованную» можно, лишь одолев также и «исполина Ога».
…Глава 22 Книги Чисел начинается с описания того, как, захватив земли в Заиорданье, израильтяне подошли к границам Моава – родственного народа, с которым, как и с идумеями, им запрещено было враждовать (Втор. 2, 9). Однако моавитяне, впав в идолопоклонство, отступили от веры своего праотца Лота (Быт. 19, 36–37). Поэтому их правители устрашились, узнав о чудесах Господних, явленных при исходе Израиля из Египта:
…Тогда смутились князья Едомовы, трепет объял вождей Моавитских, уныли все жители Ханаана. (Исх. 15, 15)
Валак, царь Моава, не мог поверить, что израильтяне не претендуют на его земли, и поэтому вступил в союз против Израиля с соседним народом мадианитян:
И сказали моавитяне старейшинам мадиамским: этот народ поедает теперь все вокруг нас, как вол поедает траву полевую. Валак же, сын Сепфоров, был царем моавитян в то время. (Числ. 22, 4)
Имя בלק בן־צפור <Бала́к бен-Ципо́р> означает в дословном переводе «разрушитель [или: „расщепитель“], сын птицы» – под «птицей» может разуметься праведный Лот. Однако духовная окрыленность предка сменилась у потомков стремлением противостать делу Божьему, разрушить его, «расщепить на части» целостность Его народа.
Видя, что в сторону их земель движется огромное воинство, моавитяне и мадианитяне решают предпринять против него «духовную атаку», полностью игнорируя тот факт, что Израиль находится под особым покровительством Божьим. С этой целью они обращаются к человеку, считающемуся могущественнейшим чародеем, – Валааму, сыну Веорову.
Заметим, что фрагменты пророчеств Валаама на арамейском языке, найденные голландскими археологами в 1967 г. в Заиорданье (так называемые надписи из Телль Дейр Алла), подтверждают историчность этого лица.
И послал он [Валак] послов к Валааму, сыну Веорову, в Пефор, который на реке Евфрате, в земле сынов народа его, чтобы позвать его и сказать: вот народ вышел из Египта и покрыл лицо земли, и расположился он подле меня;
Итак, приди, прокляни мне народ сей, ибо он сильнее меня: может быть, я тогда буду в состоянии поразить его и выгнать его из земли; я знаю, что кого ты благословишь, тот благословен, и кого ты проклянешь, тот проклят. (Числ. 22, 5–6)
В оригинале имя Валаама בלעם <Бил’а́м> образовано от слов בלע <бала́> – «глотать» и עם <ам> – «народ». Оно означает «поглотитель народов». Согласно агадическому преданию, проклятие Валаама действовало сразу и безотказно, «поглощая» целые племена и народы, т. е. лишая их силы сопротивляться врагам.
Что же делало этого человека столь могущественным? Из дальнейшего повествования мы с удивлением узнаём, что он имел общение с Самим Господом и на каждое из своих деяний получал от Него разрешение. Очевидно, живя в Пефоре на Евфрате (т. е. в Месопотамии, в стране Арам, где в свое время обитали родственники Авраама – см. Быт. 24, 10; 28, 2), Валаам принадлежал к той ветви потомков Сима, представители которой отличались особыми духовными дарованиями. Название «Пефор» (פתור <Пэто́р>) восходит к глаголу פתר <пата́р> – «толковать», «объяснять» (ср. производные от этого корня в Быт. 40, ст. 8, 12, 18 и 22, где речь идет о толковании сновидений). Видимо, данная местность была хорошо известна тем, что в ней жили провидцы, духовидцы, толкователи сновидений, предсказатели и т. п.
Но как же мог человек, внимавший прямым указаниям Всевышнего, быть «пожирателем народов»? Предание гласит: узнав от Бога, что такой-то народ уже «наполнил меру беззаконий своих» (ср. Быт. 15, 16), Валаам получал затем право проклясть его, и проклятие всегда быстро исполнялось.
Сравним эту способность Валаама с тем повелением «искоренять и разорять, губить и разрушать», которое Бог дал пророку Иеремии:
Смотри, Я поставил тебя в сей день над народами и царствами, чтобы искоренять и разорять, губить и разрушать, созидать и насаждать. (Иер. 1, 10)
…Итак, послы Валака пришли к Валааму с богатыми дарами. Но, будучи пророком (см. II Петр. 2, 15–16) и не имея права самостоятельно решать столь важные вопросы, Валаам так ответил послам:
…Переночуйте здесь ночь, и дам вам ответ, как скажет мне Господь. И остались старейшины Моавитские у Валаама. (Числ. 22, 8)
Однако, если Валаам был пророком, почему же сказано, что послы принесли ему «подарки за волхвование» (Числ. 22, 8)? Дело в том, что в понимании язычников чародеем, волхвом считался всякий, кто обладал сверхъестественными способностями: в происхождение этих способностей они не вдавались.
Мы не знаем, была ли возложена на Валаама миссия возвещать имя и волю Господа; однако в своем ответе послам он вполне определенно дает им понять, что именно от Господа получает все указания.
И вот Бог, явившись Валааму в ночном видении (ср. Числ. 12, 6), задает ему вопрос:
…Какие это люди у тебя? (Числ. 22, 9)
Вопрос вызван, конечно, не желанием Господа что-либо узнать (Он всеведущ), но напоминает пророку о необходимости сосредоточиться на духовном смысле происходящего (ср. Быт. 3, 9; 4, 9). Услышав ответ, Бог повелевает ему:
…Не ходи с ними, не проклинай народа сего, ибо он благословен. (Числ. 22, 12)
С этого момента в сердце Валаама разгорается борьба между пророческим долгом и корыстолюбием. Зная, что за изречение проклятия Валак по-царски наградит его, Валаам отвечает послам знаменательной фразой:
…Пойдите в землю вашу, ибо не хочет Господь позволить мне идти с вами. (Числ. 22, 13)
Он не говорит, что не хочет идти с князьями Моава сам, но лишь ссылается на то, что этого «не хочет Господь». Видно, уже теперь воля Валаама не вполне соответствует воле Всевышнего, которой он хотя и подчиняется, но как бы нехотя. Кроме того, такой формой отказа Валаам дает Валаку основание снова пригласить его: ведь он не соглашается идти «с вами», т. е. с конкретными послами, но не отказывается резко и окончательно от предложенного дела как такового.
Воспользовавшись этим, Валак посылает к нему более знатных князей, обещая оказать пророку «великую почесть» и дать ему любую награду (ст. 17). В ответ Валаам говорит:
…Хотя бы Валак давал мне полный свой дом серебра и золота, не могу преступить повеления Господа, Бога моего, и сделать что-либо малое или великое по своему произволу;
Впрочем, останьтесь здесь и вы на ночь, и я узнаю, что еще скажет мне Господь. (Числ. 22, 18–19)
В приведенных словах Валаама заметна еще более выраженная двойственность: он заверяет, что никогда не нарушит волю Господню, но одновременно надеется на перемену самой этой воли.
Происходившее было испытанием веры Валаама, т. е. его доверия Господу и верности Ему. В его сердце шла борьба между верой и корыстолюбием. Тех, чье сердце «приучено к любостяжанию», апостол Петр именует последователями Валаама:
…Они прельщают неутвержденные души; сердце их приучено к любостяжанию: это сыны проклятия.
Оставив прямой путь, они заблудились, идя по следам Валаама, сына Восорова, который возлюбил мзду неправедную… (II Петр. 2, 14–15)
Здесь сказано, что Валаам «оставил» прямой путь, – следовательно, раньше он по нему шел! Запомним и выражение «заблудились» по отношению к последователям пророка-отступника: тема «заблуждения» и «блуждания» в рассказе о Валааме далее подробно развивается…
Но в каком же смысле Валаам «прельщал неутвержденные души»? Это можно проследить на примере его общения с моавитской знатью: своим поведением он ставил под сомнение постоянство Господних решений в глазах язычников. Валаам пытался представить дело так, будто Господь может переменить свое решение, «передумать» по столь важному вопросу, как избрание Израиля.
Апостол Иуда упоминает Валаама в одном ряду с такими страшными беззаконниками, как Каин и Корей:
Горе им, потому что идут путем Каиновым, предаются обольщению мзды, как Валаам, и в упорстве погибают, как Корей. (Иуд. 1, 11)
Мы понимаем, что отступление Валаама от Всевышнего на каком-то уровне свершилось уже во время беседы с послами. Ибо пророку непозволительно сомневаться в возвещенных ему решениях Божьих. Видя такое состояние души Валаама, Бог на этот раз разрешает ему пойти к Валаку, однако намеревается использовать пророка-отступника в Своих целях – для изречения над Израилем не проклятия, но благословения.
И пришел Бог к Валааму ночью, и сказал ему: если люди сии пришли звать тебя, встань, пойди с ними; но только делай то, что Я буду говорить тебе. (Числ. 22, 20)
Относительно происходившего далее мнения комментаторов расходятся: одни считают, что история с заговорившей ослицей происходила наяву; другие полагают, что все это Валаам узрел во сне. Во всяком случае, слова «и пошел [Валаам] с князьями Моавитскими» вновь повторяются после эпизода с ослицей (ср. Числ. 22, 21 и 35), хотя, если бы описанные события происходили наяву, пророк (согласно Числ. 22, 21) и так уже должен был находиться в пути:
И сказал ангел Господень Валааму: пойди с людьми сими, только говори то, что Я буду говорить тебе. И пошел Валаам с князьями Валаковыми. (Числ. 22, 35)
Повторное указание как раз и может намекать на то, что Валаам очнулся после сна и поутру действительно отправился в путь…
Апостол Петр говорит о «сынах проклятия»: «…заблудились, идя по следам Валаама…» (II Петр. 2, 15). Употребленный в оригинале греческий глагол πλαναω <плана́о> имеет значение «блуждать», «заблуждаться», «грешить». И теперь Валааму (наяву ли или в видении?) было показано его «заблуждение»:
И воспылал гнев Божий за то, что он пошел, и стал ангел Господень на дороге, чтобы воспрепятствовать ему. Он ехал на ослице своей, и с ними – двое слуг его. (Числ. 22, 22)
С Валаамом находилось только двое слуг: где же были князья Валаковы? Нет ли здесь дополнительного намека на то, что описанное происходило во сне?..
Сначала ангела увидела ослица; сам пророк пребывал в таком внутреннем ослеплении, что узреть его был неспособен.
И увидела ослица ангела Господня, стоящего на дороге с обнаженным мечом в руке, и своротила ослица с дороги, и пошла на поле; а Валаам стал бить ослицу, чтобы возвратить ее на дорогу. (Числ. 22, 23)
Все это было внешним отражением внутреннего состояния пророка-отступника. Сначала ослица «своротила с дороги», затем – оказалась между «стен» (т. е. изгородей виноградников), на узком месте:
И стал ангел Господень на узкой дороге, между виноградниками, где с одной стороны стена и с другой стороны стена.
Ослица, увидев ангела Господня, прижалась к стене и прижала ногу Валаамову к стене; и он опять стал бить ее. (Числ. 22, 24–25)
Наконец ослица очутилась в столь «тесном месте», что дальше идти уже было нельзя.
Ангел Господень опять перешел и стал в тесном месте, где некуда своротить – ни направо, ни налево.
Ослица, увидев ангела Господня, легла под Валаамом. И воспылал гнев Валаама, и стал он бить ослицу палкою. (Числ. 22, 26–27)
Описанное здесь – образ нарастающих бед, постигающих того, кто грешит и не желает замечать в своей жизни руку Провидения. Но тщетны попытки исправить на физическом уровне то, что коренится в мире духовном!
Далее следует знаменитый диалог Валаама с заговорившей ослицей. Если речь идет о сновидении, сам факт «речи ослицы» в комментариях не нуждается. Но видение могло быть явлено Валааму и днем, во время пути. Такие случаи известны. Например, Иезекииль имел видение днем, в тот момент, когда к нему пришли за советом старейшины:
…Сидел я в доме моем, и старейшины Иудейские сидели перед лицом моим, и низошла на меня там рука Господа Бога.
И увидел я: и вот подобие мужа, как бы огненное… (Иез. 8, 1–2)
Между прочим, не сказано, что сопровождавшие Валаама слышали речь ослицы или видели ангела, и это свидетельствует в пользу «визионерской» интерпретации происходившего…
Однако все описанное могло свершаться не в видении (ночном или дневном), а наяву, «ибо все возможно Богу» (Марк. 10, 27). Но тогда возникает вопрос: что за душа жила в ослице? Ведь она не только заговорила, но и мысли свои изложила в такой форме, словно уже давно думала по-человечески! Вопрос о том, могла ли душа некогда согрешившего человека в наказание переселиться в тело ослицы («сойти вниз»), библейский контекст оставляет открытым:
Кто знает: дух сынов человеческих восходит ли вверх, и дух животных сходит ли вниз, в землю? (Еккл. 3, 21)
Так или иначе, но речь ослицы (ст. 28–30) настолько изумила Валаама, что он пришел в себя:
И открыл Господь глаза Валааму, и увидел он ангела Господня, стоящего на дороге с обнаженным мечом в руке, и преклонился, и пал на лицо свое. (Числ. 22, 31)