Господи! Не в ярости Твоей обличай меня и не во гневе Твоем наказывай меня.
Помилуй меня, Господи, ибо я немощен; исцели меня, Господи, ибо кости мои потрясены;
И душа моя сильно потрясена… (Пс. 6, 2–4)
Человек, перенесший потрясение, переживший кару свыше, на время становится немощен. Аарон, быть может, испытал больше скорби и боли при гибели сынов своих, чем сами они, мгновенно пораженные смертью…
Но за что же пал гнев Божий на Аарона? Вспомним его роль в истории с золотым тельцом (Исх. 32), когда он, несмотря на предписание оставаться на страже у подножия Синая (Исх. 24, 14), отправился в стан и, не оказав противодействия требованиям толпы, изготовил тельца (Исх. 32, 4). Вспомним также, что в ответ на самоотверженную мольбу Моисея Господь лишь условно простил народ – до «дня посещения»:
…Итак, иди, веди народ сей, куда Я сказал тебе; вот ангел Мой пойдет пред тобою, и в день посещения Моего Я посещу их за грех их. (Исх. 32, 34)
Глаголом «посещать» в приведенном стихе передается древнееврейское פקד <пака́д>, имеющее также значения «расследовать», «испытывать», «наказывать». Господь обещает взыскать с виновных в поклонении тельцу, если они окажутся грешны в чем-либо еще: тогда к их наказанию прибавится и кара за тельца. Нечто подобное происходит с условно осужденными, которым прежняя вина вменяется в случае новых преступлений.
Вот почему Аарон понес наказание за золотого тельца именно в день отступления от заповедей его сыновей. И в этот день он, конечно, не мог совершать служение:
Аарон сказал Моисею: вот, сегодня принесли они жертву свою за грех и всесожжение свое пред Господом, и это случилось со мною; если я сегодня съем жертву за грех, будет ли это угодно Господу?
И услышал Моисей и одобрил. (Лев. 10, 19–20)
Моисей одобрил не только решение Аарона, но и саму его речь: ни слова ропота, полнейшее смирение, понимание того, что Надав и Авиуд путем телесной смерти искупили свою вину – «принесли они жертву свою за грех».
В главе 11 содержится описание чистых и нечистых, т. е. пригодных и непригодных в пищу, животных, обитающих на суше, в воде и в воздухе. Все эти существа отнесены к разным «рода́м» (מין <мин> – «вид», «разновидность», «род»), согласно определенным признакам, чтобы их можно было распознать. Только такую цель и преследует указанное описание. Если забыть об этом, можно, подобно ряду библейских критиков, прийти к абсурдному выводу, что «составителям» Пятикнижия были якобы неизвестны ни основы зоологии, ни даже внешние признаки перечисляемых животных.
Например, объясняется, почему нельзя есть тушканчика и зайца:
…И тушканчика, потому что он жует жвачку, но копыта у него не раздвоены, нечист он для вас,
И зайца, потому что он жует жвачку, но копыта у него не раздвоены, нечист он для вас… (Лев. 11, 5–6)
Из этого описания критики делают вывод, что и тушканчик, и заяц представлены в качестве животных с «нераздвоенными копытами». Но непредубежденному читателю ясно, что говорится просто об отсутствии у них копыт (т. е. правильнее было бы перевести: «…но нет у него раздвоенных копыт…»). Да и как могли бы древние евреи, встречавшие упомянутых животных на каждом шагу, не иметь понятия об их внешнем виде?! И у какого вообще народа законы, нормирующие ежедневный быт, могут быть настолько абсурдны, чтобы не иметь ничего общего с реальностью? Интересно, на протяжении скольких поколений могли бы продержаться подобные «законы»?
Далее сказано:
Вот что нечисто для вас из животных, пресмыкающихся по земле: крот, мышь, ящерица с ее породою… (Лев. 11, 29)
Здесь ящерица, крот и мышь названы рядом потому, что обладают легко различимыми общими признаками, позволяющими отнести их к нечистым животным: они «четвероноги», «ходят на лапах» и «пресмыкаются» по земле (ст. 27 и 29). Древнееврейское שרץ <шара́ц>, «кишеть», передано здесь глаголом «пресмыкаться», что создает для русскоязычного читателя дополнительные трудности. Действительно, упомянутые животные размножаются «на земле» или «в земле»: ящерица откладывает в землю яйца, полевая мышь и крот выводят потомство в подземных ходах.
Все животные классифицируются в данном разделе Торы по месту обитания и внешнему виду. Первая упомянутая здесь «общность» живых существ – это скот:
…Скажите сынам Израилевым: вот животные, которые можно вам есть из всего скота на земле:
Всякий скот, у которого раздвоены копыта, и на копытах глубокий разрез, и который жует жвачку, ешьте… (Лев. 11, 2–3)
Словом «скот» здесь, как и в ряде других случаев (например, Быт. 1, 24–25), передано древнееврейское בהמה <бэґема́> – «травоядное животное». Так же именуются в Библии и животные, травоядные по преимуществу, но не гнушающиеся и животной пищей, например свинья (Лев. 11, 7). Вообще же этим словом обозначаются в Писании животные травоядные – в противовес хищным, называемым חיה <хайа́> (а отнюдь не домашние в противовес диким – см. Пс. 103, 14). Поэтому к «скоту» причислены и грызуны – тушканчик и заяц (ст. 5–6). Два признака, совокупность которых выделяет чистых животных из числа травоядных, – это, во-первых, раздвоенные, с глубоким разрезом, копыта и, во-вторых, жевание жвачки. Травоядные, обладающие только одним из указанных признаков, в пищу не годны – нечисты (ст. 4–7).
Не раз в грозные периоды еврейской истории – во времена изгнаний, рассеяний, завоеваний – враги, чтобы заставить евреев отречься от Торы, принуждали их отведать запретной, нечистой пищи. Одна из таких историй содержится во Второй книге Маккавейской (6, 18–31), где описывается героическая стойкость в вере старца Елеазара, который перенес лютые пытки слуг сирийского царя Антиоха Епифана и погиб, так и не согласившись вкусить свинину. Напоследок он отказался даже от предложенного ему притворства – вкушения, под видом свинины, мяса чистого животного:
…Ибо недостойно нашего возраста лицемерить, дабы многие из юных…
…Не впали через меня в заблуждение…
Если… я и избавлюсь мучения от людей, но не избегну десницы Всемогущего ни в сей жизни, ни по смерти.
Посему, мужественно расставаясь теперь с жизнью…
…Юным оставлю добрый пример – охотно и доблестно принимать смерть за досточтимые и святые законы… (II Макк. 6, 24–28)
В главе 7 той же Второй книги Маккавейской рассказывается о мученической смерти семи братьев и их матери, которые также отказывались вкусить свинину и были «…готовы лучше умереть, нежели преступить отеческие законы» (ст. 2). Каждый из них твердо верил, что «…Царь мира воскресит нас, умерших за Его законы, для жизни вечной» (ст. 9).
…По данной теме возникает ряд вопросов, например: долго ли длится состояние нечистоты после вкушения запретной пищи?
Ответ таков: если человек съел нечистую пищу (настоятельно подчеркнем: случайно или же по крайней нужде, но ни в коем случае не «по дерзости», т. е. не с кощунственной целью нарушить заповедь), то он нечист… всего лишь до захода солнца! Целиком омывшись, он уже с наступлением следующих библейских (начинающихся с вечера) суток полностью очищается:
И всякий, кто будет есть мертвечину или растерзанное зверем, туземец или пришелец, должен вымыть одежды свои и омыться водою, и нечист будет до вечера, а потом будет чист… (Лев. 17, 15)
Конечно когда речь идет о людях, чтущих и исполняющих заповеди Божьи, вкушать мертвечину или «растерзанное зверем» может лишь находящийся в крайней нужде или не знающий, что за мясо перед ним. То же, несомненно, относится и к поеданию мяса нечистых животных.
Следующий вопрос: что запрещается человеку в состоянии нечистоты? Ограничения на этот счет указаны в стихе, относящемся к нечистоте женщины после родов:
…И тридцать три дня должна она сидеть, очищаясь от кровей своих; ни к чему священному не должна прикасаться, и к Святилищу не должна приходить, пока не исполнятся дни очищения ее. (Лев. 12, 4)
Из сопоставления со стихами, приведенными выше, следует, что те же ограничения, но только на срок «до захода солнца», распространяются и на вкусивших нечистое…
Итак, осквернение длится до вечера того же дня, а ограничения, им налагаемые, сводятся к запрету входить во Святилище и прикасаться к священным предметам.
Перейдем к следующему вопросу: если осквернение длится столь недолго, почему же верующие люди предпочитали смерть публичному вкушению нечистого мяса?
Сделаем существенную оговорку. Описанная выше «легкость» освобождения от осквернения и краткость состояния нечистоты относятся только к ситуациям случайного или же диктуемого крайней нуждой вкушения запрещенной пищи. Но положение в корне меняется, если человек нарушает запрет сознательно, с кощунственной целью осквернить имя Божье, иными словами – действуя «дерзкой рукой». Вспомним:
…Если же кто из туземцев или из пришельцев сделает что дерзкою рукою, то он хулит Господа – истребится душа та из народа своего,
Ибо слово Господне он презрел и заповедь Его нарушил; истребится душа та; грех ее на ней. (Числ. 15, 30–31)
К последнему случаю как раз и относится согласие верующего нарушить хотя бы «малейшую» заповедь в угоду нечестивцам, основная цель которых – возведение хулы на имя Божье! При таком принуждении физическая смерть предпочтительней смерти духовной – отпадения от Бога:
Как будто землю рассекают и дробят нас; сыплются кости наши в челюсти преисподней.
Но к Тебе, Господи, Господи, очи мои; на Тебя уповаю, не отринь души моей! (Пс. 140, 7–8)
Здесь речь идет о выборе между спасением тела в жизни земной и спасением души в жизни будущей – о том выборе, к которому не раз обращался в своих проповедях Иисус:
…Какая польза человеку, если он приобретет весь мир, а душе своей повредит? Или какой выкуп даст человек за душу свою? (Матф. 16, 26)
Своим ученикам Иисус дает следующий совет, просветляющий разум и укрепляющий волю:
Говорю же вам, друзьям моим: не бойтесь убивающих тело и потом не могущих ничего более сделать;
Но скажу вам, кого бояться: бойтесь того, кто, по убиении, может ввергнуть в геенну: ей, говорю вам, того бойтесь. (Лук. 12, 4–5)
…Мы рассмотрели предписания о том, мясо каких травоядных животных разрешено вкушать. Четвероногих животных других видов, обитающих на суше, в пищу употреблять запрещено:
Из всех зверей четвероногих те, которые ходят на лапах, нечисты для вас: всякий, кто прикоснется к трупу их, нечист будет до вечера… (Лев. 11, 27)
То же самое относится ко всем пресмыкающимся, бескрылым насекомым и т. п.:
Всякое животное, пресмыкающееся по земле, скверно для вас, не должно есть его;
Всего ползающего на чреве, и всего ходящего на четырех ногах, и многоножных из животных, пресмыкающихся по земле, не ешьте, ибо они скверны… (Лев. 11, 41–42)
Таким образом, из всех наземных животных чистыми являются немногие, а именно: из домашних – корова, овца, коза с их «породами» (например, як); из диких – олень, серна, изюбр, горный козел и другие двурогие. В Книге Второзакония эти чистые животные перечислены подробно:
Вот скот, который вам можно есть: волы, овцы, козы, Олень и серна, и буйвол, и лань, и зубр, и орикс, и камелопард.
Всякий скот, у которого раздвоены копыта и на обоих копытах глубокий разрез, и который скот жует жвачку, тот ешьте… (Втор. 14, 4–6)
Далее в Книге Левит говорится о животных, обитающих в воде:
Из всех животных, которые в воде, ешьте сих: у которых есть перья и чешуя – в воде, в морях ли или реках, тех ешьте;
А все те, у которых нет перьев и чешуи, в морях ли или реках, из всех плавающих в водах и из всего живущего в водах, скверны для вас;
Они должны быть скверны для вас – мяса их не ешьте и трупов их гнушайтесь… (Лев. 11, 9–11)
Заметим, что слово «перья», перешедшее в Синодальный перевод из славянского, в действительности означает «плавники». В остальном же предписание понятно: запрещаются раки, крабы, водные моллюски, осьминоги и прочая живность такого рода (т. е. все обитатели вод, не относящиеся к классу рыб). Из числа же рыб нечисты те, которые лишены чешуи и/или плавников: угорь, сом, все осетровые (поскольку они покрыты не чешуей, а своего рода «броней») и др.; запрещены они, конечно, целиком (включая, например, черную икру, получаемую только от осетровых рыб).
Теперь осталось рассмотреть птиц и других крылатых (по этому признаку нетопырь, т. е. летучая мышь, упомянут вместе с птицами – ст. 19). У птиц, в отличие от животных, обитающих на суше и в воде, нет ярко выраженных общих признаков чистоты или нечистоты, поэтому виды нечистых птиц просто перечислены. Чистыми, следовательно, являются все остальные (ст. 13–19). При некоторых названиях имеется указание: «с породою его», так как виды птиц весьма разнообразны.
Наконец, говорится и о крылатых насекомых:
…Из всех насекомых крылатых, ходящих на четырех ногах, тех только ешьте, у которых есть голени выше ног, чтобы скакать ими по земле;
Сих ешьте из них: саранчу с ее породою, солам с ее породою, харгол с ее породою и хагаб с ее породою. (Лев. 11, 21–22)