Здесь впервые упомянута церемония очищения всей Скинии в осенний праздник День Очищения, о чем мы подробнее будем говорить в лекциях по Книге Левит (с. 672–678 и 709). Здесь же заметим только, что, поскольку воскурение на «золотом» жертвеннике означает молитву, указанная церемония Дня Очищения связана с очищением души для обновленного молитвенного служения.
Перейдем теперь к описанию меноры – семисвечника. Слово מנרה <менора́>, «светильник», образовано от глагола נור <нур> – «сиять», «светить». Обращаясь к ученикам, Иисус Христос сказал:
Вы – свет мира. Не может укрыться город, стоящий на верху горы.
И, зажегши свечу, не ставят ее под сосудом, но на подсвечнике, и светит всем в доме.
Так да светит свет ваш пред людьми, чтобы они видели ваши добрые дела и прославляли Отца вашего Небесного. (Матф. 5, 14–16)
Менора символизирует свет духа как в созданных Богом мирах-«обителях» (ср. Иоан. 14, 2), так и внутри человека. О свете, объемлющем и наполняющем все миры, говорится не только в начале Книги Бытия, но и в Евангелии от Иоанна:
И свет во тьме светит, и тьма не объяла его.
<…>
Был Свет истинный, который просвещает всякого человека, приходящего в мир.
В мире был, и мир чрез него начал быть, и мир его не познал. (Иоан. 1, 5–10)
Осознанию человеком своей светоносной природы, образа Божьего в себе, его соединению со «Светом истинным» и должен был способствовать образ меноры:
И сделай светильник из золота чистого; чеканный должен быть сей светильник; стебель его, ветви его, чашечки его, яблоки его и цветы его должны выходить из него… (Исх. 25, 31)
Коль скоро светильник символизирует проявление Духа Божьего, Духа жизни, во вселенной и в человеке, в его строении должны быть отражены различные ступени развития жизни: ее зарождение (чашечки-завязи), расцвет (цветы), размножение (плоды). Все эти изображения, украшавшие менору, выходили из единого ствола, указывая на Бога как на Источник жизни:
В Нем была жизнь, и жизнь была свет человеков. (Иоан. 1, 4)
«Корнем» и «стволом» бытия называется Бог в разных местах Писания. Например, у пророка Осии Он сравнивается с древом кипарисовым:
…Я буду, как зеленеющий кипарис; от Меня будут тебе плоды. (Ос. 14, 9)
Именно такое «дерево жизни», т. е. таинственное присутствие Божьего Духа в мире, и символизирует менора с семью ветвями: шестью выходящими из ствола и седьмой – срединной.
…Шесть ветвей должны выходить из боков его: три ветви светильника из одного бока его и три ветви светильника из другого бока его… (Исх. 25, 32)
Менора означает Семь Дней творения, семь способов человеческого восприятия (пять «внешних» чувств, интуиция и откровение), семичастное членение истории (по субботним годам), семь заветов и иные стороны и процессы бытия, связанные с мистическим семикратным счислением. Она свидетельствует о взаимной соотнесенности «правого» и «левого», о симметрии в мире… И золотой цвет ее, цвет царской власти, свидетельствует о присутствии Всевышнего во всех явлениях мироздания, о единстве бытия в Нем:
…Яблоки и ветви их из него должны выходить: он весь должен быть чеканный, цельный, из чистого золота. (Исх. 25, 36)
Чашечки в виде цветочных завязей располагались симметрично по двум сторонам меноры:
…Три чашечки наподобие миндального цветка, с яблоком и цветами, должны быть на одной ветви, и три чашечки наподобие миндального цветка на другой ветви, с яблоком и цветами: так на всех шести ветвях, выходящих из светильника;
А на стебле светильника должны быть четыре чашечки наподобие миндального цветка с яблоками и цветами… (Исх. 25, 33–34)
Завязь, цветок и плод присутствуют в узоре светильника вместе, как и в нашем мире зарождение новой жизни происходит параллельно развитию уже существующей. Всего завязей 22 (четыре на стебле и 18, т. е. 3 × 6, на ветвях). Это соответствует 22 буквам древнееврейского (часто называемого еврейско-финикийским) алфавита – первого в мире буквенного письма, праотца всех остальных азбук, как западных (через греческое письмо), так и восточных (через арамейский алфавит). Согласно мистическому преданию, 22 буквы явились прообразами всех «элементов бытия», «первозвуками», из которых сложились имена всего, сотворенного Богом за Шесть Дней. Буквы символизируются 22 завязями, ибо содержат в себе в зачаточном состоянии образы всех вещей. Согласно классическим интерпретациям каббалистов, менора являет образ так называемого древа сефирот – как бы Божественного «плана мира», и все ее части намекают на нисхождение жизненных сил и духовных эманаций от высших миров к низшим по особым каналам.
Перечисление семи даров Святого Духа, также обозначаемых менорой, мы находим в Книге Исаии:
И произойдет отрасль от корня Иессеева, и ветвь произрастет от корня его;
И почиет на нем Дух Господень, Дух премудрости и разума, Дух совета и крепости, Дух ведения и благочестия… (Ис. 11, 1–2)
Дух Господень как источник и средоточие всех даров изображается центральной ветвью меноры, а шесть перечисленных даров – остальными ветвями.
Пророк Захария узрел образ меноры, когда к нему обратился с вопросом ангел:
И сказал он мне: что ты видишь? И отвечал я: вижу, вот светильник весь из золота, и чашечка для елея наверху его, и семь лампад на нем, и по семи трубочек у лампад, которые наверху его;
И две маслины на нем, одна с правой стороны чашечки, другая с левой стороны ее. (Зах. 4, 2–3)
Ангел объяснил пророку, что видение меноры представляет воздействие Духа Божьего на ход истории:
Тогда отвечал он и сказал мне так: это слово Господа к Зоровавелю, выражающее: не воинством и не силою, но Духом Моим, говорит Господь воинств. (Зах. 4, 6)
Семь горящих лампад означают «семь очей Господа», иначе говоря, Провидение, проявляющееся в истории:
Ибо кто может считать день сей маловажным, когда радостно смотрят на строительный отвес в руках Зоровавеля те семь, – это очи Господа, которые объемлют взором всю землю? (Зах. 4, 10)
Любимый ученик Иисуса Иоанн также узрел в видении менору:
Я обратился, чтобы увидеть, чей голос, говоривший со мною; и обратившись, увидел семь золотых светильников
И посреди семи светильников, подобного Сыну Человеческому, облеченного в подир и по персям опоясанного золотым поясом… (Откр. 1, 12–13)
Сын Человеческий, находящийся «посреди семи золотых светильников» (т. е. ветвей меноры; ср. Откр. 2, 1), – это воскресший и прославленный Богом Иисус. Он здесь вновь является в человеческом облике, что служит указанием на параллель между устройством меноры и внутреннего мира человека, находящегося «посреди» нее…
В той же Книге Откровения Иоанна описываются «семь светильников огненных, которые суть семь духов Божьих» (Откр. 4, 5). Согласно одному толкованию, имеются в виду уже упоминавшиеся нами семь даров Духа Святого (Ис. 11, 1–2), а согласно другому – семь архангелов: Михаил, Гавриил, Рафаил, Уриил, Салафиил, Иегудиил и Варахиил (или Иеремиил – имена некоторых архангелов в преданиях варьируются; возможно, каждый носит несколько имен, соответствующих различным его служениям).
Итак, менора являет собой символ Духа Божьего (ср. Римл. 8, 16). Однако зададим вопрос: что же символизирует менора как особый жертвенник в Скинии наряду со столом и жертвенником кадильным? Что приносится на ней в жертву? Читаем:
И вели сынам Израилевым, чтобы они приносили тебе елей чистый, выбитый из маслин, для освещения, чтобы горел светильник во всякое время;
В Скинии собрания вне завесы, которая пред ковчегом откровения, будет зажигать его Аарон и сыновья его, от вечера до утра, пред лицом Господним. Это устав вечный для поколений их от сынов Израилевых. (Исх. 27, 20–21)
Самое «тонкое», «благородное», вещество возносится Богу «в жертву» в пламени меноры: чистый выбитый елей, добывавшийся, по преданию, из лучших, специально отобранных, маслин.
И если «елей помазания», о котором мы еще будем говорить (Исх. 30, 22–25), означает помазание Духом Святым, т. е. дар, нисходящий свыше, то елей, горящий в светильнике, – знак служения Богу духа человеческого, очищенного и преображенного, знак своего рода квинтэссенции духовного служения. Дух человека, исполненный любви и мудрости, представлен в меноре в виде елея. Он соединяется с Духом Святым, на присутствие которого указывает горящий огонь. Действительно, Дух Божий в Писании уподобляется огню (Деян. 2, 1–4). Однако, чтобы в светильнике горел огонь, необходим чистый выбитый елей, изготовлявшийся с особым тщанием. Чтобы Дух Святой обитал в сердце, воспламеняя, просвещая и устремляя ввысь наш дух, необходим постоянный труд человека над самим собой – «выбивание» и «очищение» елея…
О елее сказано, что он должен быть זך <зах> – «чистый», «ясный». Только просветленный, очищенный от «примесей» низменных страстей дух человека становится способен общаться с Духом Господним.
И еще одно качество елея упомянуто здесь: כתית <кати́т> – «выбитый», от глагола כתת <ката́т> – «бить», «разбивать». Многими «ударами» – страданиями и испытаниями – подготовляется наш дух к общению с Богом. Этот образ можно рассматривать как параллельный «сокрушенному духу» и «сокрушенному сердцу» (ср. Ис. 57, 15; 66, 2):
Жертва Богу – дух сокрушенный; сердца сокрушенного и смиренного Ты не презришь, Боже. (Пс. 50, 19)
«Дух сокрушенный» подобен елею, очищенному от «бренной оболочки» – кожицы масличных ягод: ведь и он освободился от низменных влияний души и плоти. Поэтому, подобно елею, он приносится «в жертву» Богу «в пламени меноры», т. е. в Духе Святом (Евр. 9, 14).
Из сказанного становится ясен смысл повеления:
И вели сынам Израилевым… чтобы горел светильник во всякое время… (Исх. 27, 20)
В оригинале сказано: להעלת נר תמיד <леґаало́т нер тами́д>, буквально «чтобы возносить свет постоянный», т. е. чтобы человек постоянно «пламенел духом», не позволяя угасать святому воодушевлению.
Особенно важно, чтобы светильник горел «от вечера до утра»:
…В Скинии собрания вне завесы, которая пред ковчегом откровения, будут зажигать его Аарон и сыновья его, от вечера до утра, пред лицом Господним. Это устав вечный для поколений их от сынов Израилевых. (Исх. 27, 21)
«В ночи» – во мраке всемирной истории, во тьме земной жизни Дух Святой горит и светит, напоминая о грядущем Дне Незакатном, когда уже не будет ночи (Откр. 21, 23–25)…
В 26-й главе Книги Исход описано устройство самой Скинии:
Скинию же сделай из десяти покрывал крученого виссона и из голубой, пурпуровой и червленой шерсти, и херувимов сделай на них искусною работою… (Исх. 26, 1)
Ее название, משכן <мишка́н>, как мы уже говорили, происходит от глагола שכן <шаха́н>, «обитать», «жить», и означает священное место обитания Духа Божьего среди Его народа. Говоря о деталях, связанных с устройством Скинии, будем постоянно помнить о ее различных символических значениях: Скиния есть и образ вселенной, и образ народа Божьего, и образ нашего внутреннего человека. Все перечисленные значения взаимосвязаны…
«Покрывало» – по-древнееврейски יריעה <йериа́>. Слово это происходит от глагола ירע <йара́> – «трепетать», «дрожать», «развеваться», родственного глаголу רוע <ру́а> – «греметь», форма будущего времени которого, יריע <йари́а> («возгремит»), напоминает «йериа» («покрывало»). Сходство здесь отнюдь не случайное. Описывая сотворение мира, псалмопевец говорит:
Глас Господень над водами; Бог славы возгремел, Господь над водами многими. (Пс. 28, 3)
Голос Божий в начале творения «возгремел» над первобытными водами, и десятью Его речениями («Да будет.») было сотворено все. Соответственно Скиния, изображающая вселенную, состоит из десяти покрывал – יריעת <йерио́т>, напоминая о десяти «громоподобных речениях» Божьих.
Покрывала были сделаны из четырех видов материалов. Первый из них – виссон крученый, по-древнееврейски שש משזר <шеш машза́р>. Слово «шеш» означает тонкую драгоценную ткань, из которой в древности в Египте и Передней Азии изготовлялись одежды жрецов, царей и вельмож (ср. Быт. 41, 42). В то же время слово שש <шеш> означает «шесть» и намекает на Шесть Дней творения. Виссонные нити символизируют повсеместное присутствие Бога как Царя вселенной и своим белым цветом указывают на слияние в Нем как Начале бытия всех остальных красок.
Второй материал – голубая шерсть. Голубая краска для нее изготовлялась из вещества, содержащегося в раковинах моллюсков определенного вида. Из глубины морской – из глубины сердца своего – должен извлечь человек любовь к Господу, которая и даст ему силу воздвигнуть духовный Храм:
Помыслы в сердце человека – глубокие воды, но человек разумный вычерпывает их. (Прит. 20, 5)