Убрав со стола и загрузив тарелки в посудомоечную машину, Сиенна вернулась к Нику.

— Мне нужно вернуть Адриану обручальное кольцо.

И чем раньше я это сделаю, тем лучше.

— Отправь его с курьером, — безучастно пожал плечами Ник, провожая взглядом проплывающее над их головой облако.

— Думаю, будет лучше, если я отдам его лично. Хочу сказать Адриану пару слов на прощание.

— Не стоит, — покачал головой Ник. — Ты зря надеешься на его раскаяние.

— Почему?

— Потому что сейчас он думает, что нашел любовь всей своей жизни, а воспоминания о тебе уже отправлены в папку под названием «Сопутствующий ущерб».

Сиенна недовольно поморщилась, признавая циничную правоту его слов.

— Но то, что он отменил помолвку по электронной почте, не значит, что я должна поступать так же грубо и трусливо. Кольцо я верну лично.

Ник тихо фыркнул, наблюдая за ней из-под полуопущенных ресниц.

— Лучше отдай его мне. Я прослежу, чтобы твой идиот-жених его получил.

— Нет, я должна сделать это сама, чтобы раз и навсегда покончить с этими отношениями, — покачала головой Сиенна, не желая, чтобы Ник общался с Адрианом.

— Что ж, ладно. Тогда давай подумаем, что мы скажем нашим голубкам.

— В каком смысле?

— Нужна романтическая история о том, как мы влюбились друг в друга, и будет лучше, если наши рассказы совпадут, — с лукавой улыбкой пояснил Ник.

Сиенна почувствовала, что ее щеки горят, и поспешно отвернулась, притворившись, что любуется видом.

— Если кто-то спросит, я скажу, что мы встретились в Лондоне, это оживило дремавшие в нас чувства, и сейчас я безумно влюблена в тебя.

— Неужели? — иронично усмехнулся Ник. — Уже планируешь свадьбу?

— Нет! — воскликнула Сиенна.

— Такая реакция вызовет резонные сомнения у тех, кто считает, что мы безумно влюблены друг в друга, — иронично усмехнулся Ник. — Может быть, будет лучше, если ты смущенно улыбнешься и скажешь, что еще слишком рано строить далеко идущие планы.

— Но…

— Не беспокойся, — рассмеялся Ник, которого явно забавлял этот разговор. — Уверен, по пути мы придумаем какую-нибудь романтическую историю.

— Мы? — ужаснулась Сиенна. — Ник, не нужно ехать со мной.

— Во-первых, я должен быть рядом, ведь мы без ума друг от друга, следовательно, хотим все время быть вместе. Во-вторых, у тебя нет машины, а значит, тебе понадобится не меньше пары часов, чтобы добраться до дома родителей на общественном транспорте.

— Но ты ведь не станешь заходить в дом? — с надеждой спросила она.

— Только если ты сама меня об этом попросишь.

— Ну уж нет. — Сиенна убрала упавшие на лоб кудри и тяжело вздохнула. — Вчера мне казалось, что мои планы на ближайшее будущее просты и понятны: вернуться домой, успокоить Джемму, отдать Адриану кольцо, добавив к этому пару фраз, характеризующих его не с лучшей стороны, найти хорошую работу и новую квартиру… Почему в реальности все так сложно?

— Такое происходит, когда начинаешь плести паутину интриг, — усмехнулся он. — И чем больше людей вовлечено в твою паутину, тем больших сложностей ты должна ожидать.

— Но это же не моя интрига и даже не моя идея! — возмущенно воскликнула Сиенна, но Ник не обратил на ее слова никакого внимания.

— А ведь в ходе подобной интриги ты можешь привлечь к себе особое внимание, — промурлыкал он, вставая из-за стола и подходя к Сиенне, которая замерла, зачарованно глядя на него, словно кролик на удава. — Даже соблазнить… — прошептал он, почти касаясь губами ее губ.

Одного прикосновения Ника оказалось достаточно для того, чтобы тело Сиенны вспыхнуло желанием. Не в силах сдерживаться, она оплела руками его шею и притянула его к себе, первой впившись поцелуем в соблазнительно приоткрытые губы.

Ник едва слышно застонал. Ответный поцелуй был настолько жарким и страстным, что на мгновение Сиенна забыла обо всем на свете, отдавшись во власть его рук и губ.

Но когда горячие ладони Ника скользнули под ткань ее рубашки, Сиенна замерла, вспомнив об их планах на сегодняшний день.

— Не сейчас, — выдохнула она, когда Ник на мгновение оторвался от ее губ. — Джемма и Адриан…

Губы Ника скользнули на шею Сиенны, сводя ее с ума.

— Ник, пожалуйста, это плохая идея. Чтобы пережить сегодняшний день, я должна быть способна думать, а это не так-то просто с затуманенным страстью мозгом.

— Затуманенным страстью, — промурлыкал Ник, смакуя эти слова.

Похоже, для него не составило труда обуздать свое желание, чего Сиенна не могла сказать о себе.

Так как Ник не сделал попытки отстраниться, Сиенна встала и отошла к окну, притворяясь, что любуется океаном. Ей были необходимы эти несколько ярдов, разделяющие их. Так она сможет сдержаться и не наделать глупостей — например, не накинется на него с поцелуями, требуя продолжить начатое.

— Мне очень нравится, как это звучит, — продолжил Ник, застегивая пуговицы на рубашке.

Сиенна не помнила, когда успела их расстегнуть, но кончики ее пальцев все еще горели от прикосновений к гладкой горячей коже Ника.

— Правда, если бы мы продолжили, мне бы понравилось еще больше.

— Я лишь хочу избавиться от груза проблем, которые скопились за последнюю неделю. Быстрый и точный надрез болит меньше и быстрее заживает.

— Понимаю, — кивнул Ник, вновь превращаясь в спокойного, бесстрастного бизнесмена. — Поехали.

Да, Джемма определенно была дома. Все окна родительского дома были распахнуты навстречу теплому ветру, а из спальни сестры лилась музыка.

Припарковав машину на подъездной дорожке, Ник вышел и открыл дверцу для Сиенны. Под пристальным взглядом его зеленых глаз она невольно расправила плечи и вздернула подбородок, стараясь казаться выше и увереннее.

— Ты в порядке?

— В полном, — ответила она, сглотнув вставший в горле комок.

Ник одним движением привлек Сиенну к себе и, прежде чем она успела начать протестовать, запечатал ее губы долгим поцелуем, от которого у нее едва не подкосились ноги.

— На случай, если кто-нибудь наблюдает за нами из окна, — с едва заметной усмешкой объяснил он в ответ на ее изумленный взгляд.

— Понятно, — кивнула она. — За углом есть неплохое кафе, можешь подождать меня там.

— Спасибо, я останусь здесь, — сказал он и уселся на край багажника, всем своим видом показывая, что сдвинуть его отсюда можно будет только с привлечением специальной техники.

— Это совершенно не обязательно, — запротестовала Сиенна.

— Просто собери вещи и возвращайся.

Пожав плечами, она поднялась по деревянным ступенькам веранды и нажала на кнопку звонка. Через мгновение на пороге появилась Джемма — в коротеньких шортах, яркой футболке и с золотистыми волосами, волной падающими на плечи. К сожалению, импульсивной сестре хватило одного взгляда на Сиенну, чтобы разрыдаться.

— Ой, Джем, не надо! — страдальчески воскликнула Сиенна, которая, хорошо зная сестру, конечно, ожидала реки слез, но надеялась, что они начнутся не с самого порога.

За время, которое ушло на то, чтобы Джемма перестала всхлипывать, Сиенна успела упаковать практически все свои вещи. Но она зря радовалась, потому что раскаяние сестры моментально сменилось жгучим любопытством.

— Так, значит, теперь ты с Ником? С нашим Ником?

— Да, — кивнула Сиенна. — Открой секрет, как тебе удается после получаса рыданий выглядеть все так же восхитительно?

— На самом деле я почти не удивлена, — продолжила Джемма, сочтя ее вопрос риторическим. — Я всегда знала, что ты неравнодушна к нему. Так что произошло? Когда ты поняла, что он тот самый?

— Когда случайно встретила его в лондонском ресторане под ручку с шикарной блондинкой, — вымученно улыбнулась Сиенна.

Почему она не бросилась бежать, едва увидев его? Разве тогда она не понимала, что эта встреча перевернет всю ее маленькую вселенную?

— И ты уверена в том, что он твой единственный?

— Конечно, — кивнула Сиенна, постаравшись вложить в голос побольше уверенности.

Джемма немного расслабилась, хотя выглядела по-прежнему растерянной. Наверное, пыталась понять, как Ник мог влюбиться в такую, как она.

— А где он сейчас?

— Наверное, ждет в машине, — ответила Сиенна, но, выглянув в окно, поняла, что ошиблась. — Нет, идет сюда. С Адрианом.

Сцена перед домом была больше похожа на отрывок из французской комедии абсурда. Двое мужчин с явственной неприязнью оглядели друг друга, и, не став пожимать руки, с подчеркнутой вежливостью обменялись приветствиями. Затем они одновременно направились к входу, причем Адриан явно старался держаться на расстоянии от соперника. Когда они встали рядом, стало заметно, насколько Ник крупнее ее бывшего жениха, на симпатичном лице которого сейчас читался страх.

К счастью, новой сцены удалось избежать. Не говоря ни слова, Сиенна отдала застывшему восковой статуей Адриану бархатную коробочку с кольцом, на которую он посмотрел как на свернувшуюся гадюку, попрощалась со снова начавшей всхлипывать сестрой и, подхватив под локоть Ника, почти выбежала за дверь. Только когда машина отъехала от дома, она смогла перевести дух.

Следующие десять минут Сиенна молча сидела рядом с Ником, глядя в окно на проносящиеся мимо здания, и пыталась привести мысли в порядок. Пока не заметила, что они движутся в противоположную от его дома сторону.

— Куда мы едем? — удивленно спросила она.

— В порт. Хочу посмотреть, на какой стадии находится переоборудование моей яхты.

— Не знала, что у тебя есть яхта.

— Наверное, потому, что она не в твоем вкусе, — усмехнулся Ник.

— Не парусная? — догадалась Сиенна, приятно удивленная тем, что он до сих пор помнит о ее юношеских пристрастиях.

— Да. Пока ты общалась с Джеммой, мне позвонил друг. Он решил провести неделю в Австралии и хочет взять мою яхту в аренду, чтобы осмотреть северное побережье, так что мне нужно поговорить с капитаном и выяснить, закончен ли ремонт.

— Это один из тех друзей, которые предпочитают путешествовать на частных самолетах?

— Да, а что?

— Просто у меня такое ощущение, что я упала в кроличью нору и оказалась в Стране чудес. Сколько времени тебе потребовалось, чтобы привыкнуть ко всей этой роскоши: частным самолетам, яхтам, отелям?

— Яхту я купил для матери. А самолет нужен лишь для того, чтобы я мог с максимальной скоростью и комфортом попасть в любую точку мира. И я не в восторге от необходимости постоянно жить в отелях, но другого выхода нет. Не буду говорить, что мне не нравится быть богатым — деньги дают свободу и независимость, но они не могут сделать счастливым. И я никогда не забываю о том, что человека делают его поступки, а не богатство.

Хотя Ник и не стал напрямую отвечать на ее вопрос, Сиенна почувствовала, что узнала его чуть лучше. За внешним фасадом спокойного, уверенного в себе бизнесмена скрывалась сложная, многогранная личность. Лишь изредка броня, которой окружил себя Ник, давала брешь, сквозь которую Сиенне удавалось разглядеть его истинные чувства.

Яхта Ника была пришвартована в городской бухте. Они поднялись на палубу, где их уже ждал капитан. Ник представил ему Сиенну и почувствовал острый укол ревности, увидев интерес в глазах мужчины.

— Нам с Филом нужно обсудить дела, но это ненадолго, — сказал он Сиенне и кивнул на ряд стоящих на палубе шезлонгов. — Отдохни, возьми в баре чего-нибудь выпить, а когда мы закончим, я покажу тебе яхту.

Он знал, что логичнее было бы попросить одного из членов команды устроить Сиенне экскурсию, но предпочел оставить это право за собой.

Когда Ник вернулся, Сиенна о чем-то весело болтала с помощницей капитана.

— Мы с Либби учились в одной школе, — объяснила она в ответ на его удивленный взгляд.

Она посмотрела на бывшую старосту грамматического класса и уже привычно отметила ее покрасневшие щеки, глуповатую улыбку и блестящие глаза. Такова была естественная реакция на Ника любой женщины от шестнадцати и до шестидесяти. Сиенна почувствовала укол ревности, но тут же осадила себя — у нее нет права на собственничество, ведь их с Ником не связывает ничего, кроме двух случайных ночей, проведенных вместе.

Либби попрощалась и ушла, а Сиенна вспомнила о забытом на столике бокале шампанского и сделала большой глоток, стараясь успокоиться.

— Тебе здесь нравится? — спросил Ник.

— Да. Кто бы смог остаться равнодушным ко всему этому морскому гламуру?

— Не стоит притворяться. Я помню твои весьма резкие высказывания по поводу моторных яхт, — иронично усмехнулся он, и Сиенна почувствовала, что краснеет. — О том, что мореплавание невозможно без парусов, а все остальное — просто катание на лодочке.

— Это говорила не я, а бушующие гормоны переходного возраста. И мне действительно нравится эта яхта — она элегантная, но чувствуется, что при необходимости выдержит любой шторм.

— Так и есть, — кивнул Ник. — Знаю, хождение под парусом куда сексуальнее, но эту яхту я покупал для матери и в первую очередь думал о ее комфорте.

— Потому ты назвал ее «Лаура Лейн». В честь матери?

— Да. Она родилась и выросла на торговом судне, курсировавшем между островами, разбросанными по Тихому океану, и больше всего на свете любила море. К сожалению, к тому моменту, когда у меня появились деньги, чтобы купить яхту, у нее развился ревматоидный артрит. Она с трудом удерживала в руке даже ту бутылку шампанского, которую надо было разбить о борт корабля. Но даже в таком состоянии она наслаждалась возможностью исследовать побережье Австралии и Новой Зеландии.

— Я хорошо помню твою мать, — улыбнулась Сиенна. — Она мне очень нравилась. Уверена, что твой подарок был для нее очень важен.

— И?..

— Что «и»?

— О чем еще ты думаешь?

— Ни о чем важном, — смущенно пробормотала Сиенна. — «Лаура Лейн», конечно, прекрасная яхта, и все же мне кажется, что на моторном судне теряется то ощущение, которое испытываешь, когда идешь под парусом.

— Мама бы с тобой не согласилась, — покачал головой Ник. — Ее отец был капитаном одной из последних торговых яхт, и она обожала свою кочевую жизнь.

— Наверное, ей было очень непросто перебраться жить на сушу.

Что-то темное и мрачное мелькнуло во взгляде Ника, но через мгновение его глаза снова были спокойны.

— Да, — кивнул он, вставая. — Давай я покажу тебе яхту.

Здесь, как и в лондонском доме Ника, чувствовалась рука профессионального дизайнера, но в то же время встречались детали, отражавшие личность владельца судна.

— Мне здесь нравится, — заявила Сиенна, когда они вошли в его каюту. — Одновременно комфортно и практично — идеальное сочетание для яхты.

Большую часть каюты занимала огромная кровать, стен не было видно из-за книжных шкафов, а под иллюминатором примостились золотисто-песочный диван и кофейный столик.

— Возможно, ты захочешь воспользоваться ванной? — Ник кивнул на соседнюю дверь. — Я пока обговорю еще пару вопросов с капитаном. Увидимся на палубе.

Стены ванной комнаты были выложены зеркальной плиткой. Оглядев свое отражение, Сиенна недовольно поморщилась. О, как бы она хотела, чтобы ее волосы были послушными. Она смочила руки и несколько раз провела по волосам, пытаясь пригладить торчащие во все стороны кудри.

Множество отражений Сиенны синхронно вздохнули. Ее манипуляции, как обычно, не произвели желаемого эффекта.

Внешность всегда была для Сиенны поводом для расстройств. Ее великолепные бедра и грудь смотрелись бы куда гармоничнее, если бы ее рост был хоть немного выше пяти футов. Один из первых парней, ухаживавших за ней, называл Сиенну карманной Венерой. Это даже льстило ей, но лишь до тех пор, пока он не увидел Джемму и не получил гораздо более совершенный объект для восхищения.

— Странно, что у меня до сих пор нет комплекса неполноценности, — покачала она головой. — Хотя зачатки шизофрении налицо, иначе почему я беседую сама с собой?

Лучше бы она поговорила с Ником о том, что происходит между ними. Заметив у своего отражения глупую улыбку, появившуюся при мысли о Нике, Сиенна недовольно поморщилась. Она была сама не своя с тех самых пор, как он предложил ей притвориться любовниками. С одной стороны, Сиенне нравилась эта новая роль, а поцелуи Ника давали ей возможность представить, что их связывает настоящее чувство, с другой стороны, пустые надежды лишь усугубят боль расставания.

По пути домой Ник не проронил ни слова.

— Мне нужно поработать, — сказал он, едва они вошли в дом. — Чем бы ты хотела заняться? Может, поплавать?

— Да, было бы здорово, — улыбнулась Сиенна, глядя на манящую гладь бассейна. — Ой нет…

— В чем дело?

— У меня нет купальника, — расстроенно объяснила она. — Я знала, что в Англии мне негде будет поплавать, а сейчас, когда заезжала домой, так переживала из-за Джеммы, что тоже не вспомнила о нем.

— Так плавай в чем тебе удобно, — пожал плечами Ник. — Все равно из-за забора тебя никто не увидит.

Сиенна растерянно посмотрела ему вслед. В присутствии Ника ее постоянно одолевали будоражащие воспоминания о ночи, проведенной в Гонконге, заставляя ее тело пылать от желания. В таком состоянии купание было лучшим способом остудить голову, а также все части тела, расположенные ниже.

Бассейн, со всех сторон обрамленный цветущими тропическими растениями, выглядел невероятно привлекательно — голубая вода поблескивала на солнце, обещая прохладу и успокоение. Шезлонги, стоящие у бассейна, были достаточно широкими, чтобы на них можно было с комфортом вздремнуть или… заняться любовью. Интересно, часто ли Ник приводил сюда своих женщин?

Нет! Сиенна определенно не хотела знать ответ на этот вопрос. Это совершенно не ее дело.

К сожалению, даже прохладная вода бассейна не смогла смыть из ее головы мысли о Нике. Плавать в нижнем белье оказалось не слишком удобно, но это было гораздо лучше, чем продолжать изнывать от жары и перебирать в голове вопросы, которые она никогда не осмелится задать. Гораздо проще было сейчас довести себя до крайней степени усталости, чтобы у тела не осталось сил на неуместные желания, лишающие ее способности мыслить рационально.

Но попытки сконцентрироваться только на правильном дыхании и ритмичных взмахах руками, как когда-то учил ее тренер по плаванию, были тщетны — Сиенна продолжала мучить себя вопросами. Чего на самом деле хочет Ник? Почему он предложил ей притвориться любовниками? Какими будут их дальнейшие отношения?

И еще один вопрос, который терзал ее долгие пять лет: почему он с такой нежностью и страстью занимался с ней любовью, а потом исчез? Ему не понравилась ее неопытность? Или он испугался, что эта связь испортит его отношения с ее отцом?

Что помешало ей задать этот вопрос, когда они встретились вновь? Стыд? Злость? Нет, это был страх. Каким бы ни был ответ, скорее всего он ранит ее чувства.

Поморщившись и обозвав себя одержимой, Сиенна усилием воли заставила себя сосредоточиться на дыхании. Она ушла с головой в свои невеселые мысли и не сразу заметила, что уже не одна в бассейне.

От неожиданности она с головой ушла под воду и захлебнулась.

Через секунду сильная мужская рука обхватила ее за талию, вытаскивая на поверхность.

— Ты в порядке? — обеспокоенно спросил Ник, дождавшись, когда она откашляется. — Какого черта ты делала?

— Пряталась, — ответила Сиенна, чувствуя, что краснеет.

— Зачем?

— Не ожидала тебя увидеть.

— Я здесь живу, помнишь? — усмехнулся он. — И не говори, что ты меня боишься. Все равно не поверю.

Конечно, Сиенна не боялась его. Она боялась своих желаний, рядом с ним становившихся почти непреодолимыми.

— Неужели прошел уже целый час? — спросила она, не позволяя своему взгляду опуститься ниже лица Ника.

— Я закончил с делами быстрее, чем ожидал. И, если ты не заметила, я весьма благородно и прикладывая немалые волевые усилия, не смотрю на тебя. Ну, не считая одного короткого взгляда на твою грудь, чтобы убедиться, что ты все еще дышишь, — с ироничной улыбкой заметил он. — Хотя теоретически ты вообще не должна беспокоиться об этом. Я ведь не только видел, но и целовал каждый дюйм твоего прекрасного тела, и, помнится мне, на тот момент тебя это совершенно не смущало.