В отличие, скажем, от Международного валютного фонда или Всемирного банка, в ВТО действует принцип; когда каждый член организации обладает одним голосом. Но это не значит, что ВТО — демократическое учреждение. Так, 29 беднейших стран не имеют постоянного представительства в штаб-квартире ВТО в Женеве. Однако на многочисленных заседаниях каждый отсутствующий голос автоматически считается голосом «за». Кроме того, на многие важные встречи, во время которых никогда не ведется протокол, приглашают далёко не все страны. Но, конечно, ЕС и США представлены при любых обстоятельствах;

Немало развивающихся стран просто-напросто не могут позволить себе присутствовать на важных переговорах; Поэтому в решениях ВТО доминируют интересы промышленно развитых стран, К тому же голоса развивающихся стран часто покупаются обещаниями кредитов, в основном связанными с далёко идущими планами усиления либерализации, -

Детали регламентирующих установок ВТО разрабатываются в ходе тайных переговоров никем не избираемыми должностными лицами в Женеве. Общественность не может наблюдать за разработкой соглашений и комментировать ее. Только в конце переговоров национальные парламенты получают возможность ратифицировать объемистый сводный пакет документов.

ВСЕОБЩЕЕ СОГЛАШЕНИЕ ПО СФЕРЕ УСЛУГ (GATS)

GATS призвано либерализовать сферу услуг, то есть подчинить ее законам конкуренции свободного рынка. Это касается не только банков, парикмахеров, женских консультаций и т.д., но и общественных служб, ответственных за обеспечение населения самым необходимым. Страны, подписавшие соглашение, можно заставить либерализовать школы, университеты, больницы, питьевую воду, общественный транспорт, почту, энергоснабжение и многое другое. Это открывает путь к продаже всего этого частным концернам, которые могут получить огромные прибыли. Просто не подписать соглашение для бедных стран (в первую очередь, но не только для них) означает масштабные торговые убытки и необходимость считаться с потерей международной финансовой помощи, GATS вступило в силу одновременно с основанием ВТО и единым пакетом было одобрено национальными парламентами. Но конкретные детали обговариваются только сейчас — при закрытых дверях и без какого-либо демократического контроля.

Тем не менее, некоторые из этих секретных бумаг все же попали б руки критически настроенных организаций, таких как АТТАС и профсоюзы. Вопреки официальным обещаниям, НС требует от 72 стран либерализации водоснабжения. Для бедных стран это фактически означает, что все свои системы обеспечения питьевой водой они будут вынуждены отдать за бесценок таким концернам, как «Bechtel», «Suez» или «Vivendi Universal», поскольку государственные структуры этих стран никогда не смогут конкурировать с финансовой мощью концернов. Какие последствия ожидают при этом население, видно на примере волнений, произошедших в боливийском городе Кочабамба. После либерализации и продажи американскому концерну «Bechtel» цены, на воду здесь в 2000 году выросли вдвое. Дошло до всеобщей забастовки, против возмущенного населения были брошены войска, но, в конце концов, городские власти снова национализировали водоснабжение. Тогда «Bechtel» во Всемирном банке предъявил Боливии иск о возмещении ущерба в размере 25 миллионов долларов.

Если бы GATS к тому времени уже вступило в силу, то для такой страны, как Боливия, невозможно было бы отменить эту приватизацию.

ОТМЕНА ЛИБЕРАЛИЗАЦИЙ ДЕ-ФАКТО НЕВОЗМОЖНА

Подобные катастрофические либерализации случались и задолго до вступления в силу GATS. Вся разница в том, что теперь приватизацию фактически нельзя отменить.: Страна должна либо предоставить концернам равноценную по выгоде область народного хозяйства, либо заплатить ВТО высокую штрафную пошлину.

В рамках GATS многие общественные меры регулирования, например, в сфере защиты окружающей среды, социальных стандартов или критериев качества, могут быть расценены как препятствие для торговли и опротестованы. В этом случае соответствующая регламентирующая установка подвергается «тесту на необходимость». Если она будет признана «хоть в чем-то препятствующей торговле», ВТО имеет право принудить страну отменить ее. Таким образом, ВТО оказывается более высокой инстанцией не только по сравнению с демократически избранными парламентами, но и с Советом Европы. В 10 из И спорных случаев, имевших место до сих пор, законы об охране окружающей среды и здравоохранении пришлось отменить.Открытая общественная дискуссия о GATS началась только после широкомасштабных протестов таких неправительственных организаций, как АТТАС.

МНОГОСТОРОННЕЕ СОГЛАШЕНИЕ ОБ ИНВЕСТИЦИЯХ (MAI)

Сейчас в ВТО циркулирует совсем уже далеко идущий проект под названием «Многостороннее соглашение об инвестициях», призванный еще увеличить права международных инвесторов в целевых странах. Организации по вопросам развития изо всех сил предостерегают от этого соглашения, потому что прямые инвестиции в развивающиеся страны идут на пользу лишь некоторым экспортным зонам, a MAI только облегчит приток прибылей в многонациональные концерны. Целые страны могут тогда превратиться в производственные зоны для отдельных предприятий и во многих отношениях утратить свой суверенитет. Если, к примеру, некое государство поднимает свои, экологические или социальные стандарты и, вследствие этого, инвестирующему концерну приходится платить хоть на йоту больше, то на эту страну можно подать жалобу в суд ВТО. Представим себе, что Нигерия решает принять закон, предписывающий постройку водоочистных сооружений и проведение мероприятий по защите здоровья в нефтеперерабатывающей промышленности, как это в обязательном порядке делается в Европе вот уже многие десятилетия. Нефтяная-компания «Shell» в этом случае может подать жалобу на нигерийское правительство, поскольку из-за инвестиций в подобные оздоровительные мероприятия ее прибыль несколько снизится. Или некая европейская страна попробует ввести экологический налог — тогда инвесторы PI3 энергетического или автомобильного сектора обвинят ее в государственном рекете. Все это означает, что никакая страна впредь не сможет позволить себе принимать законы, содержащие более жесткие экологические и социальные требования.

СОГЛАШЕНИЕ ОБ АСПЕКТАХ ПРАВА ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНОЙ СОБСТВЕННОСТИ, ЗАТРАГИВАЮЩИХ ТОРГОВЛЮ (TRIPS)

Соглашение TRIPS вступило в силу в 1995 году. Здесь решающим было влияние индустриальных государств, потому что важные рабочие совещания и переговоры проходили без участия развивающихся стран. Соглашение TRIPS отрегулировало различные инструменты для защиты интеллектуальной собственности (авторские права, торговые марки, патенты и т.д,).

Для развивающихся стран непреклонная и твердая защита технических ноу-хау означает, что новые технологии уже нельзя будет копировать с выгодой в цене. Например, патентованные лекарства стоят в 30 раз дороже, чем так называемая Generika, с помощью которой такие болезни, как СПИД, можно лечить за приемлемую плату (см. главу «Медикаменты»). Патентование растений и посевного материала не позволяет крестьянам хранить семена из собственного урожая, сеять их или вести дальнейшую селекцию, если они хоть раз воспользовались патентованным семенным материалом. Таким образом, патенты ; укрепляют главенствующие позиции мультинациональных агрохимических концернов, вроде «Monsanto» или «Bayer», которые все больше монополизируют сельскохозяйственный рынок. Патентование генетических ресурсов в рамках TRIPS проходит без проблем. Использование «технологии Терминатора», по которой производятся стерилизованные растения, также служит целям монополизации.

Поэтому неудивительно, что международная критика соглашения TRIPS звучит все громче. Так, подкомиссия ООН по обеспечению и защите прав человека установила, что TRIPS противоречит основным правам человека, таким как право на здоровье, питание и получение выгоды от научного прогресса. Кроме того, TRIPS находится в конфликте с международной Конвенцией; по сохранению; многообразия видов. Патентное право позволяет присваивать и монополизировать право получения доходов от генетических ресурсов как природного происхождения, так и подученных путем традиционной селекции. Когда некий концерн патентует традиционные медицинские знания некоего народа и поэтому вынуждает любого, кто пользуется; этими знаниями, платить за это лицензионные пошлины, то это называется биологическим пиратством.

ВТО КАК ВСЕМИРНАЯ ТОРГОВАЯ ДИКТАТУРА

Американский экономист Майкл Чоссудовски считает сам «процесс создания ВТО… явно противозаконным» (26). ВТО учредили как «тоталитарное надправительственное учреждение», уполномоченное через международные законы «приводить в соответствие» экономическую и социальную политику отдельных стран, игнорируя при этом суверенные права национальных правительств. Более того, статьи устава ВТО противоречат не только существующим национальным и международным законам, но и Всеобщей декларации прав человека. В рамках Программы развития Объединенных Наций (UNDP) было проведено одно весьма своевременное исследование (27), авторы которого также не выявили ничего общего между либерализацией торговли и планами долговременного роста и развития и предостерегают против распространения мандата ВТО на новые области.

За деятельностью ВТО стоят, в первую очередь, высшие руководители крупнейших банков и концернов мира. На закрытых заседаниях и бесчисленных международных мероприятиях они регулярно встречаются с политиками, принимающими ключевые решения, людьми из Международного валютного фонда, Всемирного банка и руководством ВТО. Вот названия наиболее важных форумов и промышленных лобби: Международная торговая палата (International Chamber of Commerce, ICC), Трансатлантический бизнес-диалог (Trans Atlantic Business Dialogue, TABD), Совет Соединенных Штатов по международному бизнесу (United States Council for International Business, USCIB), Всемирный Экономический Форум (World Economic Forum, WEF) и Институт международных финансов (Institute for International Finance).

Национальные промышленные лобби, такие как Германский торгово-промышленный парламент (der Deutsche Industrie und Handelstag (DIHT) или австрийское Объединение промышленников (Industriellenvereinigung) тоже пытаются влиять на политику в интересах концернов. Так, весной 2003 года стало известно, что Объединение промышленников выделило 175 тысяч евро на поддержание интернет-сайта австрийского министра финансов Карла-Хайнца Трассера, где тот в целях самовыражения помещал фотографии своих детей. В ответ объединение, естественно, ожидает политики, благоприятной для промышленности — и получает ее, тогда как населению, у которого нет мощного богатого лобби, придется раскошелиться.

ВЛАСТЬ И ПРОИЗВОЛ ЧЕРЕЗ МЕЖДУНАРОДНЫЕ ЛОББИ

Ниже мы приводим подборку влиятельных международных промышленных лобби, во многом определяющих политику национальных правительств, Совета Европы и таких международных финансовых институтов, как ВТО и Международный валютный фонд (28).

Что же в этом плохого? Ведь природоохранные и правозащитные организации также пытаются влиять на свои правительства.

Нельзя ничего возразить против того, что группы с различными интересами стремятся обозначить свою причастность к политике. Но если неправительственные организации пытаются добиться своих целей с помощью мобилизации общественности, то подавляющее число сделок концернов и их лобби происходит за закрытыми дверями — причём чаще всего здесь замешаны большие деньги. Речь необязательно идет о подкупе политических: деятелей. Последние принимают целые горы законов, о которых не имеют никакого понятия, принимают легко и просто — ведь стопки дел, которые необходимо ежедневно обрабатывать, такие огромные… До чего же это практично и удобно, когда серьезные учреждения с тысячами служащих представляют совершенно готовые документы, подкрепленные ими лее самими оплаченными «научными» исследованиями, которые остается только подписать. К тому лее, если эти учреждения — естественно, тоже при большом вливании денег — инсценируют кампанию поддержки в СМИ, чтобы подавить в обществе сопротивление принятию законодательства, благоприятствующего концернам…

Отсюда следует, что методы, которыми действуют многие из этих лобби, резко противоречат общественным интересам. В числе этих методов — финансирование предвыборных кампаний нужных партий и открытые угрозы уничтожить рабочие места, если какое-то правительство не желает поступать по их усмотрению. Политиков же, имеющих достаточно мужества противопоставить себя всесильной власти промышленных лобби, можно пересчитать по пальцам.

ACC — AMERICAN CHAMBER OF COMMERCE (AMCHAM)

Комитет Американской Торговой Палаты при ЕС представляет европейские филиалы крупнейших концернов США и ставит своей целью максимальное дерегулирование. Как следствие, «AmCham» ущемляет любые формы социального и экологического законодательства, налагающие на концерны хоть малейшую ответственность. Немецкий отделение «AmCham Germany» требует от Федерального правительства и Совета министров ЕС «уже на стадии законопроектов активнее сотрудничать с США, особенно в таких областях, как биотехнология, сертификация, защита окружающей среды и данных» (29). Что это значит — совершенно ясно: больше генной инженерии, меньше экологии.

В числе членов Палаты: «Chiquita», «CocaCola», «DaimlerChrystar», «Disney», «ExxonMobil», «Ford», «General Motors», «Kraft», «Levi’s», «McDonalds», «Nike», «Procter & Camble» и др.

http://www.mcham.de

BRT — US BUSINES ROUND TABLE

В Деловой круглый стол США входит более 200 крупных концернов, Их цели: вместо законов и налогов, связывающих бизнесу руки, в промышленности должны действовать только добровольные соглашения. Любое государственное вмешательство члены Круглого стола не признают. BRT форсирует заключение соглашения о защите инвестиций MIA в WTO и стоит за американскими соглашениями о свободной торговле NAFTA (Североамериканская зона свободной торговли) и FTAA (Соглашение о свободной торговле для Америки).