Любил я очи голубые,

Теперь влюбился в черные.

Те были милые такие,

А эти — непокорные.

Глядеть, бывало, не устанут

Те долго, выразительно,

А эти не глядят, а взглянут

Так — словно царь властительный.

На тех порой сверкали слезы,

Любви немые жалобы,

А тут не слезы, а угрозы,

А то и слез не стало бы.

Те укрощали жизни волны,

Светили мирным счастием,

А эти бурных молний полны

И дышат самовластием.

Но увлекательно, как младость,

Их юное могущество.

О! Я б за них дал славу, радость

И все души имущество.

Любил я очи голубые,

Теперь влюбился в черные.

Хоть эти сердцу неродные,

Хоть эти непокорные.[47]