К тому времени, когда я закончил первый комплекс зубьев для станка, Пурпурный с Шугой завершили первую серию экспериментов с соком дикого домашнего дерева. Пурпурный знал, что ему надо, а Шуга знал, как этого лучше добиться. Нагретый сок обрабатывался определенными волшебными веществами и превращался в вонючую и пачкающую жижу. Ткань погружалась в эту жижу и превращалась в полотно. Но его изоляционные свойства оказались нестойкими и нестабильными, что вовсе не устраивало Пурпурного, и волшебники продолжали эксперименты.

В тот день, когда я начал вырезать третий комплект зубьев, Пурпурный объявил, что он нашел решение проблемы. Он знает, как делать воздухонепроницаемую материю. Вместо того, чтобы окунать готовую ткань в жижу из сока, надо окунать в жижу нити и только потом изготовлять из них ткань.

Пурпурный был в восторге. Если нить окажется достаточно тонкой, а мои костяные зубья оправдают ожидания, то нам, определенно, удастся выткать материю, достаточно легкую и достаточно плотную, чтобы использовать ее для летающей машины.

К тому времени, как я закончил третий комплект, Леста уже выткал для Пурпурного несколько кусков тонкой ткани. Она получилась гладкой и блестящей, а просветы между нитями почти не различались на глаз.

— Разве она не прекрасна, Лэнт! — воскликнул Пурпурный.

Мне пришлось с этим согласиться. Старый Леста сиял от гордости. Пурпурный метался от одного к другому, требовал, чтобы все щупали материю такого качества.

Леста вел себя намного сдержаннее.

— Лэнт, — требовательно напомнил он, — мне необходимо побольше твоих зубьев. Мы собираемся ткать воздушную материю!

— Это будет грандиозно! — кричал Пурпурный. — Спасибо тебе! Я использую все, что ты сможешь сделать!

Леста уставился на него.

— Ты считаешь, это для тебя, мохнатая бородавка? На эту ткань будет спрос на мили вокруг — и нам необходимо к этому приготовиться. Когда спадет вода и откроются торговые пути, к нам, несомненно, придет процветание!

— А-а! — протянул Пурпурный. Лицо его стало красным. — Предатель! — кричал он. — Ты сначала должен выткать достаточно ткани, чтобы построить корабль.

— Чепуха, — пробормотал Леста. — Мы так не договаривались.

— Змеиный корень! Не договаривались! Я обещал показать тебе, как делать хорошую ткань, — рассвирепел Пурпурный. — Ты взамен должен сделать мне достаточно ткани для летающей машины!

— Как же, — зарычал Леста. — Это долг волшебника — постоянно улучшать образ жизни своего племени. Ты просто выполнил свою обязанность, Пурпурный, — к тому же в первый раз за все время, — добавил он.

— Подождите минуту, — крикнул я. — Дайте мне во всем разобраться!

Они посмотрели на меня.

— Это моя обязанность помогать волшебникам в случае необходимости. Сейчас как раз то положение, когда решение зависит от меня.

— Лэнт прав, — сказал Пурпурный. — Давай, Лэнт. Леста прищурился.

— Что ж, послушаем, что ты скажешь, — проворчал он.

— Ну… — сказал я. — Для меня ситуация вполне очевидна. Пурпурный — волшебник, Леста — ткач. Пурпурный показал Лесте, как изготовлять ткань такого качества, какая до сих пор была неизвестна людям. Теперь Пурпурный требует платы за это умение, правильно?

Они оба кивнули.

— Тем не менее Леста утверждает, что он ничего не должен Пурпурному. Пурпурный просто выполнял свой долг деревенского волшебника. Тоже правильно?

Они опять кивнули.

— Ну, тогда все просто, — заявил я. — Совершенно очевидно, что прав… Леста.

— Как? — у Пурпурного отвисла челюсть. Леста просиял.

— Ты прав, Лэнт. Я согласен с твоим решением. Он бросил насмешливый взгляд на Пурпурного.

— Подожди, Лэнт… — начал Пурпурный.

— Ты его слышал, — резко перебил Леста. — И ты обещал согласиться с его решением!

— Нет, не обещал… Я сказал, что выслушаю, что он скажет… — закричал Пурпурный. — Лэнт, что же ты делаешь?

— Да погодите вы немного! — крикнул я снова. — Погодите! Они опять уставились на меня.

— Я еще не закончил! — сказал я. Они притихли.

— Леста прав, — повторил я. — Он ничего не должен Пурпурному. — Тем не менее, — произнес я неторопливо, — он должен мне…

— За что?

— За зубья для станков, — сказал я. — Ты пользуешься зубьями. Их вырезал я, и они принадлежат мне.

— Тебе? — переспросил Леста. — А на что они тебе? Я притворился, будто и сам не знаю.

— Ну, я могу давать их напрокат разным ткачам или могу сам стать ткачом.

— Мы поломаем твои зубья! — зарычал он.

— И навлечете на себя гнев Шуги? — поинтересовался я. — Нет, ничего вы не сломаете. Вместо этого ты заплатишь мне справедливую цену за использование моих зубьев. Как заплатил бы любой ткач.

— Я тебе не любой ткач! — закричал Леста. — Я не обязан платить. Ты был обязан сделать их из чистой благодарности за позволение поселиться в нашем районе.

— У вас бедный район, — ответил я. — Он мне не нравится. Верни мне мои зубья — мне надо поговорить с Хинком Ткачом.

— Э… постой, — поспешил Леста. — Может, нам удастся договориться…

— Уверен, что удастся. Прибыль твоя и так будет невообразимая! Ты не разоришься, если заплатишь за мой труд справедливую цену!

Глаза его сузились.

— И что представляет собой твоя «справедливая цена»? Пурпурный слушал наш разговор с открытым ртом.

Я объяснил:

— Пурпурному — достаточное количество ткани, чтобы он построил летающую машину, плюс пять процентов, сверх этого — мне, для собственного пользования, включая торговлю.

— Грабитель… — выдохнул Леста. Я боялся, что он задохнется и умрет прямо на месте.

— Я даю тебе возможность ткать лучше, чем ты когда-либо это делал! Так хочешь ты пользоваться моими зубьями или нет?

Он ел глазами тонкие костяные пластины, которые я держал в руках. Видно было, как он хочет иметь их… И он знал, что я не постесняюсь обратиться к другому ткачу.

Про нашу новую тонкую ткань знали уже все, не нашлось бы ткача, который не ухватился бы за такой шанс.

— Гм! — выдавил Леста. — Я предлагаю тебе половину…

— Нет. Или все, или ничего.

— Ты просишь слишком много! Я не…

— Думаю, что найду Хинка у реки…

— Подожди! — закричал он. Я продолжал идти.

— Подожди! — он догнал меня и схватил за руку. — Хорошо, Лэнт, хорошо. Ты меня уговорил. Ты победил. Я сделаю ткань для Пурпурного и еще пять процентов для тебя. Я остановился.

— Прекрасно. Но мне нужны гарантии.

— Как? — уставился он на меня. — Разве моего слова недостаточно?

— Нет, — ответил я. — Если бы этого спора не было — другое дело. А так я должен иметь гарантии. Два слога твоего секретного имени.

— Два… два слога? — Он шумно глотнул. — Ты шутишь…

— Я пошел дальше.

Он опять удержал меня за руку.

— Ладно, Лэнт, ладно.

Он покорился. Оглянулся беспомощно и прошептал мне на ухо. Два слога.

— Благодарю, — сказал я. — Надеюсь, ты меня никогда не предашь. А если на это отважишься — секретные слоги больше не будут секретными. И первым, кто о них узнает, станет Шуга.

— Нет, нет, Лэнт, ты можешь быть спокоен.

— Я в этом не сомневаюсь. Благодарю, Леста. Я рад, что мы пришли к такому соглашению. Жду через пару дней первую партию ткани…

— Да, Лэнт, конечно, Лэнт. А?..

— Что?

— Зубья, которые ты держишь?

— Ах, да. Они ведь тебе нужны? И я протянул ему зубья.

Потом ко мне подошел Пурпурный.

— Спасибо, Лэнт!

— За что? Я просто выполнил свои обязанности.

— Да? Хорошо, я благодарю тебя за то, что ты их выполняешь. Я ценю это.

Я пожал плечами.

— Ничего странного. Я не меньше тебя хочу увидеть, как ты улетаешь на своей машине.

Думаю, он понял меня неправильно. Он сказал:

— О, ты прав, там будет на что посмотреть!

— Да, — согласился я. — Жду с нетерпением!