Я обнаружил Шугу, пристально разглядывающим небо и бормочущим себе под нос:

— Козлиная почка, лягушачья икра, муравьиные перья… ну почему все несчастья случаются во время светлого сезона?

— Шуга, — поинтересовался я, — в чем дело? — В небе, идиот, в небе.

— Я не идиот. Я теперь Глава.

— Можно быть Главой и оставаться идиотом, — резко ответил он. Его глаза покраснели и слезились от длительного разглядывания небес. — Если бы только не это проклятое богами небо!

— С небом что-то случилось?

— Я не вижу лун. — Шуга встал и всплеснул руками. — О, Элкин! Как я могу надеяться обеспечить защиту своих людей, если я не знаю конфигурации лун?

— Это плохо, — согласился я. — Один Вирнс знает, как сумел удержаться и заставить себя говорить спокойно. — Но, быть может, это хорошо!

— Хорошо? — Шуга резко повернулся ко мне. — Что здесь может быть хорошего? Как я могу планировать дуэль, если все предзнаменования скрыты?

— Может быть, это знак, — осторожно предположил я. — Знак, что не стоит объявлять дуэли.

— Не стоит?.. Да ты с ума сошел! Лэнт! Глава! — произнес он, не скрывая иронии. — Один ты знаешь, как истолковать предзнаменование!

— Я не собираюсь толковать предзнаменования, — твердо сказал я. — Я хочу сказать, что тебе не всегда следует полагаться на свою магию, как на самое легкое решение. Не забывай, что бы ты ни сделал — от побочных эффектов нам не спастись, пока вода не спадет.

— Ты собираешься учить меня магии?

Шуга пристально смотрел на меня сузившимися глазами.

— Я? Никогда! Я — твой верный сторонник… Но ты должен признать, Шуга, что ты порой берешься за магию в ситуациях, когда немного дипломатии принесет больше пользы. Ты слишком поспешно разбрасываешь заклинания, не успев выяснить, как они подействуют.

— А как мне еще узнать, как они подействуют? — спросил он. Я решил игнорировать вопрос.

— Ты должен признать, Шуга, что мое словесное мастерство выше твоего.

— Да, — согласился он. — Ты им чаще пользуешься. Поэтому у тебя лучше и получается.

— Тогда пусть все остается так, как есть. Если ты не знаешь, как расположены луны, если не можешь использовать никаких зависящих от лун заклинаний, то тебе придется положиться на меня, как на Главу, чтобы я постарался избегать ситуаций, при которых может потребоваться твоя магия.

— Слишком поздно, Лэнт. Мы уже оказались в ситуации, в которой требуется магия. Я обязан защитить нас от Пурпурного. А он, несомненно, постарается убить и меня… и тебя… и всех остальных жителей деревни!

Он помахал в воздухе трофеем, который подобрал во время уничтожения черного яйца: кварцевыми линзами Пурпурного. Их черная костяная оправа блестела в голубом свете.

— Чепуха, — резко возразил я, сам удивляясь собственной дерзости. Я уже начинал ощущать себя Главой. — Очевидно, ты хуже меня знаешь Пурпурного. А я не помню, чтобы он хоть раз применил насилие или хотя бы попытался применить против тебя заклинание. Пурпурный даже не ответил ни на одну из твоих атак.

— Тем более надо быть осторожнее. Мы сейчас в его деревне и, когда он ответит, то луны посыплются, Лэнт!

— Огромное спасибо, что ты намерен нас защищать, но это не значит, что ты должен нападать на Пурпурного именно сейчас…

— Нападение — самая хорошая защита!

— И луны будут падать с неба нам на голову? Почему ты не хочешь подождать и выяснить, что он замышляет? Ты забыл, что у тебя есть над ним власть, Шуга, — его линзы. Он захочет их вернуть. Ради них он на все пойдет, только бы получить их назад. Возможно, он даже согласится принести клятву перемирия.

— Перемирие??!! — взорвался Шуга. — Лэнт, у тебя рассудок блохи! Между волшебниками перемирий не бывает. Пора бы знать!

— А у тебя характер осла! — раздраженно ответил я. — Если бы не я, ты бы давно себя угробил, пытаясь швыряться огненными шарами в Элкина!

Это на мгновение остановило его. Он молча уставился на меня. Потом сказал на удивление спокойно:

— Лэнт, ты меня удивляешь. Я и не представлял, что ты такой агрессивный!

— Путешествие было долгим и трудным. Я устал. И больше всего устал из-за твоего скверного характера. А теперь попытайся хоть раз воспользоваться своим разумом… или, если его у тебя нет, позволь мне воспользоваться своим.

— Что ты предлагаешь? — выдохнул он.

— Ждать — ничего больше. Ждать. Принести клятву перемирия, если потребуется. Слишком рано сейчас для дуэли с Пурпурным, слишком рано. Подожди, пока не окажешься в равных условиях.

Шуга ничего не ответил. Он задумчиво разглядывал свои ногти и почесывал мех.

— Ну? — спросил я.

Шуга молчал и продолжал почесываться.

— И еще об одном ты забыл, Шуга. Пурпурный всегда утверждал, что его магия не зависит ни от богов, ни от конфигурации лун. Допустим, он говорил правду. Тогда непрекращающийся солнечный свет ему не помешает.

Шуга не ответил, но, по крайней мере, перестал чесаться.

— Ну? Ты согласен подождать? Или хотя бы ничего не предпринимать, пока не посоветуешься со мной?

Он посмотрел на меня.

— Я поставлю тебя в известность, прежде чем начну что-либо делать.

— Прекрасно!

Когда я его покидал, он все еще продолжал проклинать небо — но уже начал понемногу складывать свои колдовские принадлежности.