Так как Харлоприллалар панически боялась Говорящего, Несс постарался усилить действие таспа, как только оранжевый силуэт кзина оказывался поблизости. Однако до сих пор и Прилл и сам кукольник избегали компании Говорящего.

Именно поэтому на наблюдательной платформе находились только Луи и Говорящий…

— Начинай! — скомандовал Луи.

Говорящий включил лазер. На стене появился ослепительный блик. Он полз по стене, оставляя за собой кроваво-красный след.

Когда упал первый кусок, здание закачалось. Луи изо всех сил вцепился в ускользающий пол. Через отверстие в стене он увидел улицы города, людей.

Он увидел деревянный алтарь, а на нем модель Небесной Дуги. Люди разбегались.

— Откуда здесь люди? — удивился Говорящий. — В центре разрушенного города, далеко от полей?

— Они приносили дары своим богам и своей богине Харлоприллалар. Благодаря им у нас есть пища. Почему тебя это волнует?

— Они могли погибнуть.

— Слушай, Говорящий, мне показалось, что там, внизу, я видел Тилу.

— Чепуха, Луи… Как ты думаешь, мы можем испытать действие наших двигателей?

Скутер кукольника был почти полностью закрыт полупрозрачным слоем пластика. Несс занял место за пультом. Через окно открывался прекрасный вид на город: порт, стройные башни, буйные джунгли, которые когда-то были городским парком. Все это простиралось в тысяче футов под ними.

Луи зажмурил глаза…

«Чувствуя на себе взгляды верного экипажа, капитан героически оставался на своем посту. Двигатели могли в любой момент взорваться, но это его не тревожило. Необходимо было остановить военные корабли кзинов, пока они не приблизились к Земле, неся смерть и разрушение!»

— Все это бессмысленно, — сказал Луи.

— Почему?

— Летающий замок! Я только сейчас понял, какое это сумасшествие!..

Здание вновь заколыхалось, и Луи оперся о стену: кукольник включил двигатели.

Город начал медленно проплывать за окном. Через некоторое время Несс выключил ускорение. Они летели со скоростью ста миль в час.

— Куда мы летим, Луи? — спросил кукольник. Луи не отвечал.

— Луи! Куда мы летим? И я и Говорящий не в курсе твоих планов.

— Возвращаемся обратно.

— Очень хорошо. Тем самым курсом?

— Да. Прямо за Глаз. Там сделаем разворот на сорок пять градусов в направлении, противоположном вращению Кольца.

— Хочешь вернуться к Небу?

— Да.

— Мы будем там через тридцать часов. А что потом?

— Посмотрим…

— Луи, мне кажется, что пожиратель листьев весьма охотно подчиняется твоим приказам, — заметил Говорящий-со-Зверями.

Неподалеку от них тихо ворчал скутер кукольника. За окном проплывал пейзаж. Сверху равнодушно смотрел Глаз, приближаясь к ним с каждой минутой.

— Он сошел с ума, — ответил Луи. — Надеюсь, что хоть ты остался здравомыслящим?

— Луи, если у тебя есть какая-то цель, я присоединяюсь к тебе. Однако я должен знать, придется нам сражаться или нет, и, вообще, хоть что-то я хочу знать.

— Хорошо сказано. Говорящий ожидал этих слов.

— Мы возвращаемся за нитью, которая соединяла черные прямоугольники, — наконец проговорил Луи. — За той нитью, которую разорвал «Обманщик». Она упала на город, и сейчас там, наверное, лежат тысячи миль этой проволоки.

— Зачем она нам?

— Нужно сначала добыть ее. Если Прилл хорошенько попросит, а Несс применит свой тасп, нам ее отдадут.

— А потом?

— А потом мы постараемся определить, на самом деле я сошел с ума или нет.

Дом продвигался вперед, как громадный летающий теплоход. Не было такого космического корабля, который бы имел столько свободного места. Шесть этажей в их полном распоряжении.

Другое, однако, было похуже. Запасы пищи были ограничены мороженым мясом и фруктами, не считая кирпичиков из скутера кукольника. Правда, Несс заявил, что в его кирпичиках нет питательных веществ, необходимых для Луи или Говорящего. Таким образом, рацион Луи был однообразен: кусок печеного мяса или оранжевые фрукты.

Кроме того, у них не было воды.

И не было кофе.

Луи уговорил Прилл, чтобы она принесла несколько бутылок здешнего алкоголя, и они устроили в рубке крестины корабля. Кзин тактично забился в самый дальний угол, но Прилл все равно села у дверей. Никто не согласился с предложением Луи назвать их новый корабль «Невозможный». Поэтому он получил название на четырех языках — каждый дал свое.

Вино было… в лучшем случае, кислое. Говорящий не сумел проглотить ни глотка, а Несс и не пытался. Но Прилл одолела целую бутылку, а оставшиеся снова спрятала.

Сделали перерыв на обед. Несс ел в одиночестве, чтобы не видеть, как Луи и Прилл едят жареное мясо, а кзин — сырое.

После еды занялись изучением языка. Все занимались с удовольствием, кроме Луи.

— Луи, ведь нам необходимо выучить этот язык! Нам не раз придется вступать в контакт с туземцами.

— Знаю, знаю. Но мне языки всегда давались с трудом… Наступила ночь, и Луи потребовал сделать перерыв.

До Глаза оставалось еще десять часов пути.

Луи дремал, когда пришла Прилл. Он почувствовал ее прикосновение и притянул к себе. Она отстранилась.

— Скажи, ты у них вождь? — спросила она на языке Инженеров.

— Да, — ответил Луи, поскольку сложившаяся ситуация была слишком сложна для объяснений.

— Прикажи двухголовому отдать мне его прибор.

— Какой прибор?

— Его машину, которая делает меня счастливой. Я хочу Ее! Отбери ее у него!

Луи рассмеялся.

— Ты хочешь меня? Тогда дай мне машину! — повторила уже более настойчиво Прилл.

Она не могла оказать на кукольника никакого влияния. Но могла — как ей казалось — оказывать влияние на Луи. Она считала его туземцем, человеком, родившимся после падения городов. Не принимавшим эликсира. Молодым.

— Ты совершенно права, — сказал Луи. Прилл сжала кулаки, услышав в его голосе явную иронию. — В твоих руках любой тридцатилетний парень был бы воском. Но мне несколько больше… — Он снова засмеялся.

— Машина! Где она? Луи подыскивал слова.

— Голова. Внутри…

Прилл зло фыркнула: она поняла, что не получит таспа. Повернулась и без слов вышла.

Луи с трудом удержал себя от того, чтобы не кинуться вслед за ней. До этого он и не представлял, насколько сильно желает ее.

Луи заснул.

Когда через некоторое время он очнулся, над ним наклонилась Прилл, дотрагиваясь кончиками пальцев до каких-то точек на его груди и животе. Она играла на нем, как на инструменте.

— Ты будешь совеем мой, — ее голос дрожал, но это была дрожь не страсти, а бесконечной власти над мужчиной.

Прикосновение ее тела было сладким, как сироп. Она давно узнала один из старейших секретов мира: любая женщина несет в себе тасп, и, если она научится им владеть, для нее не будет ничего невозможного…

И вдруг что-то произошло. Выражение ее лица оставалось прежним, но Луи почувствовал перемену в ее движениях, которые становились все быстрее, резче, пока не достигли кульминации. Луи уже не был безвольным инструментом в ее руках. Теперь они играли дуэтом.

Прилл изменилась, и Луи догадывался, почему.

Утреннее небо было все затянуто тучами. Дождь заливал окно, а ветер свистел за стеной. Глаз был рядом. Луи оделся и вышел из рубки. В холле топтался Несс.

— Эй! — позвал его Луи.

— Да, Луи?

— Что ты сделал с Прилл?

— Луи, ты должен меня благодарить. Она хотела завладеть тобой. Я все слышал.

— Ты применил тасп!

— Да, я дал на три секунды малую мощность. Теперь она будет полностью зависеть от тебя, а не наоборот.

— Ты чудовище! Прилл такой же человек, как я, и не должна ни от кого зависеть!

— А как быть с тобой?

— Мне ничего не грозило. Прилл не смогла бы меня подчинить.

— Луи, не подходи ко мне! Не подходи!

— Ты не имел права! — Луи, конечно, не собирался нападать на кукольника. Но кулаки его были сжаты, и он сделал еще шаг вперед…

И вдруг он оказался в неистовом экстазе, трудном для описания словами.

При этом он прекрасно сознавал, что Несс включил тасп. Обессиленный этим чудесным чувством, он слабо замахнулся и ударил Несса.

Результаты были поразительными. Несс отшатнулся и выключил тасп.

В ту же секунду Луи почувствовал всю печаль мира. Он повернулся и пошел, не зная куда.

Луи спускался по ступенькам лестницы, переполненный отчаянием. Он прекрасно понимал, что Несс сделал с Прилл. Он когда-то видел тех, кто долгое время злоупотреблял действием таспа.

В эту ночь Прилл предприняла последнюю попытку вырваться из-под действия чудесных и в то же время ужасных чар таспа.

А сейчас Луи понял силу того, с чем пыталась бороться Прилл…

Когда Луи оказался на платформе, на него налетел ветер вперемешку с тугими струями дождя. Он понемногу приходил в себя и начал выбираться из бездонной ямы отчаяния, в которой он оказался после отключения таспа.

— Я обязан ее спасти, — решил он. — Но как? Пока не видно никаких признаков депрессии… Но как быть уверенным в том, что она в любой момент не шагнет за окно? Как спасти ее?

Зависимость от таспа была в подсознании. Если бы Прилл приняла порцию эликсира, то память о таспе исчезла бы. Но это сейчас невозможно — она нужна им, ее знание машин «Невозможного». Никто не сможет заменить ее.

Нужно заставить Несса прекратить использование таспа.

И вдруг до сознания Луи дошло то, что он уже давно наблюдал…

Машина, напоминающая небольшую стрелу, с узкими щелями окон, находилась футов на двадцать ниже платформы. Она боролась с бешеным ветром, захваченная электромагнитным полем, которое никто не потрудился выключить.

Луи помчался вверх по лестнице, громко призывая Прилл.

Увидев ее, Луи потащил Прилл за собой, так как не находил слов, чтобы описать происходящее. Заметив машину, Прилл кивнула и поспешно направилась в рубку.

Через минуту стрела причалила к краю платформы. Первый пассажир выполз на четвереньках, борясь с порывами бешеного ветра.

Это была Тила Браун. Луи даже не удивился. Второй пассажир выглядел так, как будто сошел со страниц комикса. Луи не выдержал и расхохотался. На лице Тилы появилось выражение удивления и обиды.

Они пролетали Глаз. Ветер врывался через лестничную клетку и гулял по коридорам.

Все собрались в рубке. Друг Тилы беседовал в углу с Прилл, которая, однако, старалась не выпускать из поля своего зрения Говорящего. Остальные собрались возле Тилы, слушая ее рассказ.

Когда скутер Тилы попал в сферу действия электромагнитного поля, все приборы отказали. Тилу спасло то, что скутер был окружен силовым полем, действие которого продлилось еще несколько секунд. За это время скорость скутера упала ниже запрещенной, и поле выпустило его. Двигатель остался неповрежденным.

Но Тила больше не хотела рисковать. Она снизилась, высматривая место для посадки. Вскоре она увидела улицы, залитые светом, падающим из овальных окон. Скутер приземлился, и Тила вышла из него. И именно в этот момент скутер взлетел. Тила упала, брошенная на землю ударной волной взлетающей машины, а когда она посмотрела вверх, скутер уже исчез.

Это было выше ее сил. Тила села и заплакала.

Как долго это длилось, она не знает. Она боялась уйти, ибо знала, что ее будут искать. А потом… пришел ОН (Тила кивнула на своего товарища). Он был удивлен. Задал какой-то вопрос, но она не поняла. Потом попытался ее утешить. Она была счастлива, что есть кто-то, желающий помочь ей.

Луи кивнул. Он понимал, что Тила может довериться первому встречному, и с ней ничего не случится.

Следовало признать, что спутник Тилы производил сильное впечатление.

Это был герой. Не было нужды представлять себе, как он сражается с драконами. Достаточно было увидеть его фигуру, оплетенную змеями мышц, короткий меч и, будто высеченные, черты мужественного лица.

Он был старательно выбрит. В нем должна была течь кровь Инженеров.

Вся его одежда состояла из короткой юбки и шкуры какого-то зверя.

— Он накормил меня, — продолжала Тила, — и защищал меня. Вчера на нас напали четверо, и он расправился со всеми! И он учит международный язык…

— На самом деле?

— Ему очень легко даются языки.

— Ну, это удар ниже пояса, — обиженно заметил Луи.

— Что?

— Ничего, ничего. Продолжай рассказ.

— Он уже стар, Луи. Когда-то принял большую дозу чего-то, вроде нашего восстановителя. Он помнит рассказы деда о падении цивилизации. Знаешь, чем он занимается? — спросила она. — Путешествует. Много лет назад он поклялся дойти до основания Небесной Дуги. Вот этим он и занимается.

— До основания Дуги? Ты, маленькая дурочка, почему не скажешь ему, что не существует никакой Дуги?

Тила улыбнулась, и в ее глазах была любовь и нежность.

— Если ты ему скажешь, я возненавижу тебя. Ведь это цель его жизни! И он учит людей!

— Странно. Он не выглядит слишком умным.

— А он действительно не слишком умен.

Судя по всему, это не имело для нее никакого значения.

— И если бы я шла с ним, то тоже смогла бы учить людей.

— Я знал, что это когда-нибудь наступит, — проговорил Луи. Однако ему было больно.

Понимала ли это Тила? Она старалась не смотреть в его сторону.

— Мы сидели с ним на улице целый день. Он рассказал мне о богине, которая захватывает в плен все, что движется, и мы отправились к ней. Мы пришли к алтарю, но в это время здание вдруг начало разрушаться, а потом оставшаяся часть улетела. Тогда Странник…

— Странник?

— Так его зовут. Если кто-то спрашивает о его имени, он рассказывает о своем путешествии к основанию Дуги, о приключениях на этом пути… Понимаешь?

— Да.

— Потом Странник начал включать разные машины. И мы нашли одну исправную и полетели за вами. И тут нас схватило полицейское поле.

Странник закончил беседу с Прилл и теперь рассматривал кзина. Тот тоже смотрел на него. Луи показалось, что оба размышляют, как бы мог пройти поединок между ними.

За окном бушевал ветер. Он стал еще сильнее.

— Надеюсь, здание достаточно прочное, — нахмурившись, сказала Тила.

Луи онемел от изумления: как же она изменилась! Тила обратилась к Луи:

— Мне необходима твоя помощь, — сказала она. — Я хочу уйти со Странником.

— Ну а я тут при чем?

— У него какие-то странные понятия. Когда я рассказала ему о себе, он перестал со мной спать. Считает, что я принадлежу тебе. Скажи, что это не так.

Луи почувствовал, как что-то сжало его горло.

— Проще продать тебя ему. Конечно, если ты этого хочешь.

— Ты прав, Луи. Я хочу этого. Хочу путешествовать с ним по Кольцу. Я люблю его.

— Разумеется. Ведь вы созданы друг для друга. Миллиарды других мужчин не идут в счет, поскольку они не были предметом эксперимента кукольников.

Наступила тишина. Все смотрели на Луи. Даже Странник посмотрел в его сторону.

Но Луи видел только Тилу Браун.

— Мы потерпели крушение на Кольце только потому, что здешний мир как бы создан для тебя, — продолжил Луи. — Ты смогла здесь научиться тому, чему не могла научиться на Земле. Ты уже научилась!

— Научилась? Чему?

— Страху. Чувству боли. Неуверенности. Ты стала совершенно иной, чем была на Земле. Ты хотя бы когда-нибудь ушибла палец?

— Не знаю… Наверное, нет.

— А обжигала подошвы?

Тила с удивлением посмотрела на него.

— «Обманщик» разбился, потому что ты должна была оказаться на Кольце. Затем мы пролетели несколько тысяч миль, чтобы ты могла встретиться со Странником. Твой скутер привел тебя к нему, потому что именно он был человеком, которого ты должна была полюбить…

Тила улыбнулась. Луи оставался серьезным.

— Нужно было время, чтобы вы познакомились, и из-за этого я с Говорящим провисел вниз головой двадцать часов…

— Луи!

— Но это еще не все. Ты полюбила меня потому, что благодаря этому могла прилететь на Кольцо. Сейчас ты уже не любишь, потому что не нуждаешься во мне. Я же любил тебя, поскольку счастье Тилы Браун сделало из меня безвольную марионетку. Но настоящей марионеткой являешься ты. До конца жизни ты будешь танцевать на ниточках своего счастья. А если когда-нибудь и освободишься, то не будешь знать, что делать с этой свободой.

Тила стояла без движения, с лицом белее снега. Если не плакала, то только потому, что сдерживалась изо всех сил. Раньше этого она не умела.

Странник по-прежнему стоял у стены, поглядывая на них. Он видел, что Тила обижена, но понимал, что девушка принадлежит Луи…

Луи повернулся к кукольнику. Тот уже свернулся в шар. Луи схватил его за задние ноги и перевернул на спину. Несс был страшно испуган, он трясся мелкой дрожью.

— И это все из-за тебя, — проговорил Луи. — Как можно быть одновременно таким могущественным и таким глупым. Хоть сейчас-то ты понимаешь, что все, буквально все, что с нами случилось, является побочным эффектом действия счастья Тилы Браун?!

Теплый, мягкий шар свернулся еще плотнее. Заинтересовавшийся происходящим Странник внимательно следил за этой сценой.

— Возвращайся на планету кукольников и скажи своим руководителям, что опыты по селекции людей могут плохо закончиться. Несколько подобных Тил — и теория вероятности станет бесполезной. А ведь даже основные законы физики это не что иное, как теория вероятности на атомном уровне. Скажи им, что вселенная слишком опасная игрушка для таких осторожных и деликатных существ, как вы… Скажи им все это, когда вернешься домой. А теперь разворачивайся, и побыстрее! Мне нужна нить, которая соединяет черные прямоугольники, и ты должен найти ее! Ну, чего ждешь?!

Кукольник развернулся и встал на ноги.

— Луи, мне очень стыдно… — начал он.

— И ты еще смеешь говорить мне это сейчас? Кукольник умолк. Он повернулся к окну и стал рассматривать оставшийся позади Глаз.