Четыре скутера взмыли в небо в наступающей темноте. Блестящая рана в теле Кольца быстро исчезла из виду.

Несс заранее проинструктировал всех, как включается автопилот, и теперь все четыре скутера двигались, повторяя маневры скутера Луи. Удобно расположившись в своем кресле, он уверенно вел скутер легким движением двух педалей и рычага управления.

Над пультом с небольших экранов на него смотрели четыре головки: одна из них принадлежала черноволосой сирене, другая — грозному, быстроглазому тигру, а еще две — не слишком умно выглядевшим одноглазым питонам. Интерком действовал безупречно.

Когда скутеры взлетали, Луи наблюдал за реакцией своих товарищей.

Тила отреагировала первой. Ее глаза скользнули по окрестностям, стали вдруг большие и круглые, и лицо вспыхнуло, как солнечные лучи, проходящие сквозь тучи.

— Ох, Луи!

— Что за громадная гора! — заметил кзин.

Несс не произнес ни слова. Его головы нервно озирались вокруг.

Темнота наступила очень быстро. Она внезапно поглотила высокую гору. Солнце было только в тоненькой полосе, граничащей с бездонной чернотой. Что-то возникло в темнеющем небе…

Громадная дуга.

Она становилась все яснее. Когда же наступила полная темнота, она показалась во всей красе.

Громадная голубая дуга, разделенная полосками черноты, в основании своем была очень широкой, затем сужалась, а в зените была перерезана невидимым отсюда кольцом черных прямоугольников.

Скутеры быстро уносились в высоту в полной тишине. Звуконепроницаемое поле не пропускало даже шума рассекаемого воздуха. Тем сильнее было удивление Луи, когда в его уши ударили громкие звуки музыки.

Впечатление было такое, как будто бы вдруг взорвался паровой орган. Они были ужасающе громкими, и Луи был вынужден заткнуть уши. Только через некоторое время он сообразил, в чем дело, и нажал на кнопку интеркома. Изображение голов кукольника исчезло. Ужасная какофония сразу стала намного тише.

— Что он делает? — с удивлением спросила Тила.

— Его ужаснул этот пейзаж. Пройдет немного времени, и он привыкнет.

— К чему он привыкнет?

— Беру руководство на себя, — проинформировал кзин. — Кукольник не в состоянии принимать решения. С этого момента наша экспедиция является военной, и я ее командир.

Некоторое время Луи размышлял над единственной альтернативой, которая у него оставалась: самому назначить себя командиром или согласиться с кзином. Но ему совершенно не хотелось вступать с ним в спор. Собственно говоря, тот был лучше подготовлен к роли руководителя.

Не было ничего удивительного в том, что Несс не выдержал огромного мира, построенного живыми существами. Эта конструкция была намного больше всех десяти планет, которые составили империю кукольников. Это было ошеломляюще.

— Мне кажется, что видны боковые стены, — проговорил кзин.

Луи с усилием посмотрел налево и направо, и сердце его сжалось от холодного ужаса.

Край левой стены Кольца можно было заметить как еле видимую темно-гранатовую полоску на таком фоне. Когда он начал усиленно всматриваться, то она исчезла совсем. Эта полоса находилась там, где должен был находиться горизонт. Таким образом, это мог быть край, а могло быть что-либо совершенно другое.

С правой стороны картина была такая же. Та же высота и та же тенденция к исчезновению.

Все указывало на то, что «Обманщик» упал недалеко от середины Кольца. А это означало, что от каждой стороны его отделяло не менее миллиона миль.

Луи с трудом перевел взгляд, а затем спросил:

— Говорящий, что ты об этом думаешь?

— Мне кажется, что левая стена ближе.

— О'кей. — Луи свернул влево.

Остальные скутеры, подключенные автоматикой, послушно повторили его маневр. Луи включил интерком, чтобы посмотреть, как себя чувствует Несс. Кукольник сжался в кресле и, спрятав голову под брюхо, громко стонал.

— Говорящий, ты уверен, что левая сторона ближе? — спросила Тила.

— Разумеется, — ответил кзин. — Она явно выше.

Луи усмехнулся про себя. Он никогда не изучал военное дело, он знал кое-что о войне. Во время пребывания на Вундерлпиде он неожиданно оказался в самом сердце революции и три месяца сражался в рядах партизан.

Он прекрасно помнил, что хороший офицер должен уметь принимать быстрые решения. И если они при этом были правильные, то это уже просто чудесно…

Они летели над темной поверхностью Кольца. Голубой лук светил намного сильнее земной Луны, однако это не слишком им помогало.

Скутеры все время увеличивали скорость, пока не достигли своей полетной скорости — 1.

Луи подумал, что ему придется провести по меньшей мере месяц в кресле пилота и уселся поудобнее. Спать он не мог, так как вел все четыре скутера на автопилоте, и поэтому решил поближе познакомиться со своей машиной.

Санитарные приспособления были простыми, но требовали отбросить все мысли о достоинстве человека или о чем-нибудь в этом роде.

Луи попробовал ладонью проникнуть через защитное поле. Это был род силового поля с векторами, установленными так, чтобы струи воздуха окружали скутер. Луи показалось, что его ладонь попала под ураганный ветер. Сам же он находился в идеально спокойном глазу циклоне.

Он потянул из пружинистой трубки — дистиллированная вода. Отворил камеру питания: там находился темно-коричневый кирпичик. Луи заказал шесть таких кирпичиков, каждый попробовал, а остатки выкинул. Каждый из кирпичиков имел свой вкус и был вполне пригоден для питания.

Вероятно, еда им не наскучит.

Однако если они не найдут растений и воды, чтобы пополнить запасы «сырья», то генератор перестанет выдавать им кирпичики.

Он заказал седьмой кирпичик и съел его целиком.

Над головой сиял гигантский лук. В три миллиона раз больше площади, чем на всей Земле, — места вполне достаточно, чтобы заблудиться.

По телу Несса пробежала легкая дрожь, затем поднялись обе его головы. Кукольник включил звук и спросил:

— Луи, мы можем с тобой поговорить?

Миниатюрные лица кзина и Тилы говорили о том, что их хозяева пребывали в легкой дремоте. Луи заблокировал их интеркомы и сказал:

— Говори.

— Что случилось? — спросил Несс.

— Ты ничего не слышал?

— Органы слуха у меня находятся у губ. А поскольку головы были спрятаны, то я ничего не слышал.

— Как ты себя чувствуешь?

— Боюсь, что снова впаду в кататонию. Чувствую себя как бы… потерянным.

— Я тоже. За последние три часа мы пролетели две тысячи миль. Было бы лучше, если бы у нас были трансферовые диски или кабины.

— Наши инженеры не смогли перенести сюда трансферовые диски. — Головы кукольника посмотрели друг на друга.

Луи уже несколько раз обращал внимание на этот жест. У него мелькнула мысль — может, это что-то вроде смеха кукольников? Может, безумный кукольник приобрел чувство юмора?

— Мы повернули налево, — продолжал Луи. — Говорящий решил, что до левой стены ближе. Что до меня, то, по-моему, они на одинаковом расстоянии. Но Говорящий — теперь шеф. Он принял руководство, когда ты впал в кататонию.

— Это плохо. Его скутер находится вне поля действия моего таспа. Я должен…

— Подожди! Почему ты не хочешь, чтобы он был руководителем?

— Но… но…

— Подумай, — не уступал Луи. — При надобности ты сможешь в любой момент применить тасп. Кроме того, он на самом деле неплохой руководитель.

— Что ж, это нам не повредит, — пропел через некоторое время кукольник. — Мое руководство не даст нам лишних шансов на спасение.

— Вот именно. Вызови его и скажи, что теперь он является Лучше-Всех-Спрятанным.

Луи включился в интерком кзина, чтобы услышать интересный разговор, но был разочарован — кзин и кукольник обменялись несколькими словами на языке Богатырей, после чего кзин отключился.

— Я должен перед вами извиниться, — сказал кукольник. — Моя глупость привела к тому, что мы попали в опасное положение.

— Не волнуйся, — утешил его Луи. — Просто ты сейчас в депрессивной фазе цикла.

— Я разумное существо и умею смотреть правде в лицо. Я сделал страшную ошибку, приглашая Тилу Браун в нашу экспедицию.

— Действительно, но это не твоя вина.

— Моя, Луи. Я должен был понять, почему я не могу найти других кандидатов.

— Что?

— У них было больше счастья.

Луи беззвучно присвистнул. Кукольник выдал еще одну теорию.

— И это счастье не позволило им принять участие в нашей экспедиции. Лотерея Жизни привела к возникновению новой наследственной черты: счастья. Но оно мне не сопутствует. Пытаясь вступить в контакт с потомками тех, кто выигрывал в Лотерее Жизни, я наткнулся на Тилу Браун.

— Послушай…

— Другие мне не встретились, потому что им сопутствовало счастье. Я же нашел Тилу, чтобы предложить ей участие в экспедиции, потому что она не унаследовала гены счастья. Мне очень жаль, Луи.

— Лучше поспи, а?

— Я должен извиниться перед Тилой.

— Нет. Это уже моя вина — ведь я мог удержать ее.

— В самом деле?

— Не знаю… Может быть… Иди спать.

— Не могу.

— В таком случае веди скутеры, а я отдохну.

Так они и сделали. В последнюю минуту перед тем, как заснуть, Луи удивился ровному ходу скутера. Кукольник был отличным пилотом.

Луи проснулся, когда было уже светло. Он не привык спать при нормальной силе тяжести, и к тому же сидя. Луи зевнул и попробовал потянуться. Он громко застонал, протер глаза и осмотрелся.

Свет и тени были не такие, как обычно. Он посмотрел вверх прямо на солнце. На левой стороне была темнота, усиливающаяся с расстоянием. Место, где должен был находиться горизонт, был мешаниной ночи и дня, из которой выстреливался вверх невероятный лук Кольца. А на первой стороне уже был день.

Пустыня кончалась. За их плечами огромная гора все еще заслоняла часть неба. Впереди блестели реки и озера, разделенные бежевыми и зелеными поверхностями суши. Скутеры неслись вперед. Они напоминали серебряных жуков: Луи впереди, по сторонам кзин и кукольник, Тила сзади.

— Ты уже проснулся?

— Доброе утро, Несс. Ты все еще ведешь скутеры?

— Нет, я передал управление Говорящему. Мы пролетели уже шесть тысяч миль. Атмосферное давление увеличилось.

Луи оторвал глаза от того места, где должен был находиться горизонт.

— Посмотри на указатель давления. Мы приземлились где-то на две мили выше, чем находимся сейчас.

Луи заказал на завтрак кирпичик.

— А что, это так важно?

— В чужом окружении нужно обращать внимание на все. Заранее неизвестно, что будет важным. Например, та гора, у которой мы приземлились: она выше, чем нам казалось. Или вот тот серебристый шарик впереди…

— Какой шарик?

— Почти по линии горизонта.

Луи наконец заметил: ясный, зеркальный блик.

— Отражение солнечного света… Что же это такое? Стеклянный город?

— Не может быть.

— Мягко сказано… Величина его очень большая. Громадное поле, покрытое зеркалами. Может, это огромный зеркальный телескоп?

— Если это так, то он уже давно не используется.

— Почему ты так думаешь?

— Мы уже предполагали, что цивилизация Кольца деградировала до эпохи варварства. В противном случае жители Кольца не позволили бы, чтобы такие огромные пространства заняли пустыни.

Еще недавно Луи не стал бы возражать против этого аргумента, но сейчас…

— Не знаю, может, ты слишком упрощаешь проблему. Кольцо очень велико. Я думаю, что здесь достаточно места и для высоко развившейся цивилизации, и для варваров. И для целой массы народов промежуточного развития.

— Каждая развивающаяся цивилизация имеет экспансионистские устремления.

— Ты прав, но…

Так или иначе, они смогут скоро все выяснить. Блестящая точка находилась прямо перед ними…

Луи закончил завтрак, когда заметил на пульте два зеленых огонька. Несколько секунд ушло, пока он вспоминал, что вчера отключил интеркомы Тилы и кзина. Он нажал кнопки.

— Добрый день, Луи, — проговорил кзин. — Видел рассвет? Хочется быть художником!

— Видел. Привет, Тила! Девушка не отвечала.

Луи внимательно посмотрел на экран.

— Несс, ты не применял таспа на моей женщине?

— Нет. Зачем бы я стал это делать?

— Как давно она находится в таком состоянии?

— Каком состоянии? — заинтересовался Говорящий-со-Зверями. — Последнее время она молчит, если ты это имеешь в виду.

— Проклятие! Посмотрите на ее лицо!

Небольшая головка Тилы на экране глядела в бесконечность невидящими глазами.

— Она кажется совершенно спокойной, — сказал кзин. — Ей, вероятно, очень удобно.

— Посади нас, Говорящий! Тила находится в трансе!

— Не понимаю…

Они начали спуск. Желудок Луи почувствовал себя весьма неуверенно в свободном падении, предложенном им кзином. Луи все время наблюдал за лицом Тилы: ни на мгновение она не изменила выражение.

Мысли Луи крутились на высоких оборотах. Он старался припомнить все, что ему было известно о гипнозе.

— Найди долину, — обратился он к кзину. — Надо убрать с ее глаз этот проклятый горизонт.

— Порядок. Переходите на ручное управление. А Тилу я приземлю сам.

Квадрат распался. Говорящий направил скутер к ручейку, который он заметил ранее. Луи и Несс свернули за ним.

Снижаясь, они пролетели над ручьем, вернее, небольшой речкой. Говорящий снова повернул и теперь летел вдоль речки, выискивая место для посадки.

— Растительность очень похожа на земную, — заметил Луи. Кзин и кукольник согласились.

Скутеры повернули, следуя изгибу речки.

В воде стояли туземцы, растягивая поперек сеть. Увидев скутеры, они подняли головы и стояли некоторое время без движения, забыв про свою сеть.

Луи, Говорящий и Несс среагировали на это одинаково: резко взмыли вверх. Туземцы моментально превратились в крохотные точки, речка — во вьющуюся голубую нитку. Буйный, дремучий лес скрыл все.

— Переключайте управление на автопилот, — приказал кзин. — Приземлимся в другом месте.

Тила не реагировала.

— Что вы скажете? — спросил Луи.

— Это были люди, — ответил кукольник.

— Ты тоже это заметил? А я уж думал, что у меня галлюцинация. Откуда здесь могли взяться люди?

Никто не пытался ответить на этот вопрос.