Майор вызвал конвойного и велел задержанного увести. Режиссер сложил руки за спиной и не оборачиваясь вышел из кабинета. Только после этого майор поднял глаза на Стогова. Тот совсем ему не нравился. Ну, просто ни капельки не нравился.

— Все-таки странно, что такого типа, как ты, до сих пор не поперли со службы.

Стогов вытащил из кармана куртки сигареты и закурил. Несмотря на то, что вообще-то курить в их кабинете было запрещено.

— Не любите гуманитариев?

— Да как же вас не любить? Вы ведь такие милые ребята. Иногда даже бываете трезвые.

Майор двумя руками взял шпагу и немного ее порассматривал.

— Где ты это взял?

— В куртке пропавшего актера вместе с бабками лежали квитанции. Целый ворох квитанций, которые вы, товарищ майор, поленились даже прочитать. Судя по этим квитанциям, наша исчезнувшая звезда уже месяц сдавала в ломбард какие-то вещи. Утром я туда заехал и посмотрел, что это за вещи. Большую часть работники ломбарда успели сплавить, но вот шпагу я успел конфисковать.

— Ты просто пришел и забрал эту штуку из ломбарда?

— Ну, да. Оставил им расписку и забрал.

— А что еще он туда сдавал?

— Ломбардщики темнят. Но судя по ордерам, сплошь какие-то удивительные предметы. Старинные украшения. Ордена. Пуговицы с камзола трехсотлетней давности.

— Пуговицы?

— Ага.

— И где по-твоему он все это добро раздобыл?

— Понятия не имею.

— Прямо трехсотлетней давности говоришь?

— Трехсотлетнее не бывает.

Майор вернулся к себе за стол.

— Все равно непонятно. Разжился где-то целой кучей антиквариата. Вместо того, чтобы продать ее на аукционе и потом всю жизнь загорать в Гоа, за копейки сдал в ближайший ломбард. А полученные бабки кинул в лицо этому Режиссеру и через мгновение пропал. Фигня какая-то.

Стогов только пожал плечами. Он продолжал выпускать дым, самодовольно улыбаться и пахнуть всем тем, чем полагалось пахнуть такому противному типу, как он.

— Чего ты молчишь?

— Расследовать преступления, товарищ майор, это не моя работа. Я ведь не милиционер. Всего лишь консультант по вопросам истории и искусствоведения. Но как профессиональный историк хотел обратить ваше внимание на одну деталь. Видите, на эфесе изображен герб владельца? Вот тут. Толстый мужчина в монашеской сутане, два скрещенных клинка и латинский девиз.

— И что?

— Да, в общем-то, ничего. Просто это герб старинного прусского баронского рода фон Мюнхгаузенов. А девиз принадлежит довольно известному отпрыску этого рода, Карлу-Фридриху Иерониму, барон фон Мюнхгаузену.

Он посмотрел майору прямо в глаза и усмехнулся:

— Слышали о таком?