- Ты так хочешь?

-Да.

Он поймал такси и помог ей усесться.

- Следующие несколько дней я буду порядком занят, - сказал он. Позвоню, как только освобожусь. Ты сможешь со мной как-нибудь пообедать? Давно не видел тебя в вечернем платье.

- Хорошо. Я найду время, - пообещала она. - Найджел меня не связывает.

- Слишком связывает, на мой взгляд. Тебе надо кончать эту комедию и...

- Не сейчас, - отозвалась она поспешно, бросая взгляд на шофера. - Мы поговорим об этом в другой раз.

- Как желаешь. - Он отступил. - Не забывай обо мне, Джулия. Я люблю тебя, и ты будешь моей женой.

Существование Мэри Энсли стало связующим звеном между Найджелом и Джулией. В тот же вечер за обедом он спросил ее, понравилось ли мисс Энсли в Экстоне. За этим вопросом последовало еще несколько, и Джулия заметила, что подробно рассказывает ему о няне и своем детстве в Ламмертоне.

Это был первый из нескольких вечеров, которые они провели вместе до начала судебных слушаний, и она с беспокойством ждала, не скажет ли он ей, что нашел дополнительные факты, которые искал. Но неделя подошла к концу, и девушка не могла больше сдержать свое любопытство. В пятницу вечером после обеда она спросила у него, как обстоят дела.

- Суд начнется через несколько дней, - сказал он. - Почти вся эта неделя ушла на представление документов.

- Это значит, ты нашел необходимые доказательства?

Он покачал головой:

- Ты путаешь две вещи, Джулия. Кажется, я уже говорил тебе, что дело, над которым я сейчас работаю, прямо не связано с этим... человеком и Мэри Энсли. Но в свете того, что мисс Энсли сказала мне, когда я ее расспрашивал, возникло это новое... - он поколебался, - я не могу сказать: новое дело, потому что дела, как такового, пока нет. Есть только предчувствие, что, вполне вероятно, оно может стать самым крупным делом в моей жизни.

- Но ты по-прежнему не узнал ничего нового. - Она не смогла спрятать своего разочарования, и он чуть улыбнулся и снова покачал головой.

- Мы же не в сказке, Джулия, а в мире реальных фактов. Я пытаюсь раскопать нечто, что тщательно скрывалось многие годы. На это требуется больше чем несколько дней.

- Но в начале недели ты был так оптимистичен!

- Я не должен был себе этого позволять. Просто если я смогу доказать, что этот человек виновен, то...

- Почему это для тебя так важно? - спросила она.

Черты его лица словно окаменели, и на нем появилось жесткое, непримиримое выражение, к которому она привыкла.

- У меня личные причины. Не надо меня расспрашивать. Когда мне будет что сказать, я скажу.

На следующей неделе начались собственно слушания, и по вечерам Фарнхэм возвращался домой усталый и молчаливый, поспешно обедал и уходил в библиотеку готовиться к завтрашнему дню. В десять часов Джулия приносила ему какое-нибудь горячее питье, предпочитая сама приготовить его, а не поручать Хильде. Даже эта маленькая услуга, которую она могла ему оказать, была для нее источником удовольствия.

Поначалу он старался не обсуждать заседания, опасаясь, что для нее они связаны с тяжелыми воспоминаниями, а сама Джулия не задавала вопросов, чтобы он не подумал, что она ищет повода покритиковать его. Этот же страх не позволял ей попросить у него пропуск в зал суда, чтобы услышать, как он выступает, и ей пришлось довольствоваться тем, что можно было прочесть в газетах. Все они писали, что Найджел блестяще ведет обвинение. Нигде не упоминалось о некоей личности, стоящей за обвиняемым, и она пришла к заключению, что Найджел выжидает, чтобы вызвать Мэри Энсли на следующей неделе; тогда он раскроет то, что журналисты, несомненно, назовут "сенсационным продолжением дела".

К концу пятого дня Найджел был предельно измучен. Он все воскресенье работал у себя в конторе и возвратился домой почти в семь. К своему глубокому удивлению, он застал Джулию сервирующей стол к обеду и, пройдя через холл, остановился на пороге, глядя на нее.

- Здравствуй, Найджел. - Она улыбнулась, заметив его. Увидев его усталое лицо, она с трудом сдержалась, чтобы не подбежать к нему и не поцеловать. - Ты вечером дома? - спросила она как бы между прочим и быстро добавила: - Я имею в виду обед.

- Да, я обедаю дома и здесь же проведу вечер. А ты?

- Тоже. У Хильды сегодня выходной, поэтому я помогаю мисс Хамфри.

- Ясно. А что случилось с Уинстером? Обычно в этот день ты обедаешь с ним.

- Его нет в городе.

- Мне показалось или ты в последнее время реже с ним встречаешься?

Она проигнорировала вызов, сказав невозмутимо:

- Я увижу его в понедельник.

- Ну что ж, я должен его поблагодарить за то, что он отпустил тебя на выходные!

Ее обуревало желание сделать подобное уничижительное замечание по поводу их встреч с Сильвией, но решение не ссориться с ним помогло ей сдержаться. Нервы Найджела были на пределе, и ей следовало это учитывать.

В его поведении чувствовалось беспокойство: он то брал в руки безделушки и ставил их обратно на каминную доску, то переставлял бутылки на буфете.

- Ты уверен, что ничего не случилось? - спросила наконец Джулия.

Он резко обернулся и посмотрел на нее, как будто мысли его были где-то очень далеко.

- Случилось? А почему должно что-то случиться?

- Потому что ты мечешься, как тигр в клетке. Тебя тревожит ход слушаний?

- Я о них даже и не думаю. Да и вообще все решено: Мэри Энсли будет давать показания завтра.

- Уже? Почему ты мне не сказал?

- Не хотел тебя тревожить. Я договорился, что мой клерк встретит ее на станции и приведет прямо в зал заседаний.

- Если ты не беспокоишься о Мэри Энсли, то что же случилось? Ты все время в напряжении.

Он немного помолчал, как будто взвешивая ее слова, прежде чем ответить.

- Если хочешь знать, я думал о нас.

Сердце Джулии заколотилось. Здравый смысл подсказывал ей, что надо сейчас же закончить этот разговор, но любовь к Найджелу не давала ей произнести роковые слова, которые его остановят. Что бы ни случилось, она должна услышать, что он хочет сказать...

- Ты, наверное, знаешь, о чем я думаю, - говорил он тем временем, - и если ты считаешь, что есть...

Его прервал резкий звонок телефона. Нетерпеливо вскрикнув, он поспешно вышел, чтобы взять трубку. Джулия откинулась в кресле и сжала руки. Они дрожали в такт нервным ударам ее сердца. Из холла явственно доносился голос Найджела, его слова звучали резко и тревожно.

- Что вы сказали? Когда?.. Да, конечно. Понимаю. Нет, я больше ничего не могу сделать... Сообщите мне, если будут какие-нибудь новости. Не допустите, чтобы эта история попала в газеты. Я буду ждать вашего звонка. Да... Спасибо. До свидания.

Джулия услышала, как он повесил трубку. Когда он вернулся в комнату, выражение его лица так изменилось, что она поняла: произошло нечто непоправимое.

- Мэри Энсли, да?

- Да.

Он кинул на нее взгляд, полный такого отвращения, что она отпрянула.

- Что с ней?

- Ее увезли в сумасшедший дом.

- Но почему? Она не была больна!

- Она в шоке. - Он подошел к камину и встал перед ним, засунув руки в карманы. По выражению его лица Джулия поняла, что разговор еще не закончен.

- Что еще, Найджел? Ты не сказал мне всего, да?

- Не сказал. - Он остановился и взмахнул кулаком. - Если бы я мог добраться до этого...

- Найджел, что произошло? Бога ради, скажи мне!

- Что можно сказать? Все кончено. Кончено, слышишь? Для меня все кончено! Человек, от которого я прятал мисс Энсли, сумел до нее добраться.

- О нет!

- О да! Одному Господу известно, что он ей сказал, но это повергло ее в ужас. Видимо, твоя няня вышла куда-то, а когда вернулась ближе к вечеру, то нашла мисс Энсли в истерике. Она вызвала врача, и тому удалось ее успокоить, но в конце концов бедную женщину пришлось отправить в больницу.

Джулия почувствовала, что у нее волосы на голове зашевелились от ужаса.

- Он... он пытался ее убить? Этот человек?

- Не знаю. По крайней мере, напугал до смерти. Единственные более или менее внятные слова, которые удалось от нее добиться, - это то, что она не будет давать показания, иначе умрет.

- Не могу этому поверить! Неужели кто-то настолько безумен, что пойдет на убийство?

- Ее жизнь - против его свободы, - сказал Найджел.

- Даже и так. И ведь он ее не убил. - Джулия нахмурилась. - Если подумать: это самое странное. Разве он не понимал, что она первым делом позвонит тебе?

- Он рассчитывал на то, что она будет слишком испугана, чтобы что-то предпринять, - чуть слышно ответил Найджел. - И не ошибся. У нее произошел нервный срыв. Минуту назад я говорил с врачом из больницы, и он сказал, что пройдут месяцы, прежде чем она сможет выступить в качестве свидетеля.

Последние слова мужа усилили недоумение Джулии. Она знала, что Найджел рассчитывал на показания Мэри Энсли, надеясь, что сможет использовать их не только в текущем деле, но и для того, чтобы дать полиции достаточно оснований для ареста еще одного подозреваемого. Несомненно, он разочарован, что в последнюю минуту его планы нарушились, но она не могла понять, почему отсрочка так озаботила его.

- Это важно, что придется подождать пару месяцев? - спросила она.

- Важно? - отозвался он яростно. - Да, черт побери, это важно! Ты что, не понимаешь, что у полиции нет никаких данных о преступной деятельности этого человека? Без достаточных улик они не могут арестовать его и помешать ему уехать из страны! Раз Мэри Энсли выведена из игры, у него будет возможность все уладить и выйти сухим из воды.

- Это кажется невозможным. Я уверена, что полиция его остановит.

- К сожалению, сама полиция не разделяет твоей уверенности.

Джулия встала и подошла к нему, но когда она коснулась его руки, он оттолкнул ее так резко, что она пошатнулась.

- Что случилось, Найджел? Почему ты так на меня смотришь? Я не виновата в том, что Мэри Энсли нашли.

- Только три человека знали, где она, - сказал Найджел с уничтожающей ясностью. - Твоя няня, ты и я сам. Судя по твоим рассказам, няня абсолютно надежна. И я знаю, что ни одному человеку не сказал, где мисс Энсли.

На мгновение Джулия просто окаменела от потрясения. Слова Найджела не оставляли сомнений в том, что он имел в виду.

- Не можешь же ты думать... Зачем мне нужно было, чтобы Мэри Энсли нашли?

Он не ответил, и ее внезапно осенило.

- Ты считаешь, что я настолько мстительна, что могла бы так навредить тебе? Что я позволила бы запугать старушку только для того, чтобы удовлетворить мое... - Она замолчала, не в силах продолжать.

- Не знаю, чему верить, - негромко сказал Найджел. - В последние несколько недель твое поведение по отношению ко мне стало другим, но я по-прежнему не знаю, что на самом деле у тебя на уме. Знаю только то, что ты сказала мне в тот вечер, когда... когда я умолял тебя забыть прошлое и подумать о нас и нашем будущем.

Джулии казалось, что его слова доносятся откуда-то издалека. Она не сразу смогла настолько овладеть собой, чтобы ответить.

- Я не думала, что ты не сможешь отделить мои эмоции от моей этики, сказала она наконец.

- А их можно так четко разделить?

- Да. Ты знаешь, почему я вышла за тебя замуж, - нет смысла повторять это, но это не значит, что я могу хладнокровно сломать твою карьеру и к тому же рискнуть жизнью ни в чем не повинной старушки.

Он не ответил, и она сделала шаг вперед.

- Найджел, посмотри на меня. Ты ведь не думаешь, что я способна на такой дурной поступок?

- Я больше не знаю, что думать. Твои мотивы, когда ты вышла за меня... твое поведение в последние недели... даже твоя дружба с Уинстером... За всем этим я не вижу нормального человека. У тебя столько разных обличий, столько граней характера, Джулия!

- Но ты считаешь, что есть одно обличье, в котором я могла бы захотеть сломать жизнь тебе или Мэри Энсли?

Он снова не ответил, и ее недоверчивое изумление внезапно сменилось горьким гневом.

- Где твое чувство справедливости, Найджел? Что дает тебе право считать меня виновной? Если ты так сомневаешься во мне, почему не сомневаешься в своих суждениях? Как ты смеешь обвинять меня в предательстве! - Она уже почти кричала. - И кому же я донесла? Может, поместила заметку в "Таймс", где сообщила о месте пребывания Мэри Энсли? Может, человек, которого ты ищешь, позвонил мне и предложил денег? - Она развела руки. - Ну, конечно! Именно так ты и думаешь! Что я продала тебя так же, как мой отец продал свое доброе имя и честь!

- Не говори так! - Казалось, слова вырвались у него помимо его воли, и она замолчала, ожидая, что он извинится. Но видимо, он передумал. Когда он заговорил снова, голос его звучал так же непримиримо: - Только три человека знали, где она, и все же он нашел ее.

- Потому что ему сказала я? Ты ведь так считаешь?

- Если принять во внимание твое поведение по отношению ко мне, монотонно проговорил Найджел, - это именно то, что могло произойти.

- Когда-нибудь ты пожалеешь о том, что сказал это, - медленно произнесла Джулия. - Я уже говорила тебе, что сожалею о мыслях, которые заставили меня выйти за тебя замуж. И, зная это, ты все же считаешь, что я способна совершить низость. - Она подошла к двери и, взявшись за ручку, снова повернулась к нему лицом. - Мне нет нужды ломать твою карьеру, Найджел, ты это сделаешь сам. Человек, связанный с правосудием, должен понимать людей. Но если ты до сих пор можешь так плохо обо мне думать, я не верю, что ты когда-нибудь научишься в них разбираться. И уже поэтому из твоей карьеры ничего не выйдет.

Она тихо открыла дверь, вышла и прикрыла ее за собой, одновременно закрывая дверь, которая вела в ее будущее.

Глава 9

Всю ночь Джулия пыталась разобраться в происшедшем. Бледное лицо Мэри Энсли так ясно стояло перед нею, что заснуть было невозможно.