Мальчик прикладывал к каждому десятку по одной своей рыбке и был очень доволен.

- Ну, помолчи теперь. Осталось пять штук всего да один окунь. Я их домой возьму, сварю похлебку, - сказал Ленька.

- Не надо брать. Мы и так совсем провоняли рыбой! Сейчас продадим все! Вот рыба крупная, ядреная, с пыла жара, на копейку пара! - заголосила Динка.

Студент в поношенной шинели, с обросшим и небритым лицом вывернул запачканный табаком карман и, вынув оттуда две копейки, хрипло сказал:

- Купить не могу. Нет покупательной способности. А вот на леденцы тебе тут хватит. На, прочисти себе горлышко! - Он протянул Динке две копейки.

- Даром не берем! - важно сказал Ленька и, собрав оставшуюся рыбу, протянул ее студенту. - Нате вам за леденцы!

Студент вынул газету и, кивнув Леньке, сказал:

- Пожалуй, возьму. Я давно не ел горячего! - Завернув рыбу в газету и сунув ее в карман, студент поблагодарил и ушел.

- Задаром не бери ни от кого! - строго сказал Ленька и, бросив в корзину мешок, взял Динку за руку. - Теперь пошли на карусели!

За катанье на карусели брали недорого, и, посоветовавшись между собой, друзья решили для первого раза сесть вдвоем в санки,

Санки эти были расписные, красивые, с высокой резной спинкой и деревянным сиденьем. Динка подробно рассмотрела карусель, обошла кругом и удивилась:

- Лень, ведь это все вокруг столба крутится! И санки и лошадки! Они привязаны, что ли?

- А вон проволока-то сверху спускается! А эта крышка из парусины сделана, чтоб солнце не пекло!

- А не оборвется проволока?

- Нег, что ты! Здесь и взрослые катаются; это сейчас мало НАРОДУ, одни ребята, а вечером погляди!

Народу действительно было мало. Лошади и санки на карусели ехали пустые, только на одной лошадке сидел малыш в новом картузе и, проезжая мимо отца, махал ему ручонкой.

- Держись, держись, Митейка, упадешь! - кричал отец и бежал вслед за сыном.

В отдалении стояла толпа ребятишек и с завистью глядела на пустых лошадок, на пустые санки, на счастливого малыша.

Когда карусель остановилась, Динка влезла в самые красивые санки, Ленька последовал за ней. Оба гордо возвышались на сиденье и ждали колокольчика, который означал отправление.

- Вот весело! - говорила Динка. - И кто это придумал, Лень, такие карусели?

- А кто придумал? Они, верно, давно уже тут стоят. Колокольчик зазвонил, и санки полетели по кругу.

- Лень, Лень! Мы вокруг света едем! У меня просто сердце проваливается куда-то! Давай так до вечера кататься! Но Ленька не выдержал и четырех кругов.

- Я слезу, - сказал он. - Мне эта крутня не нравится. У меня от нее в животе бурчит!

- У меня тоже бурчит. Ты думаешь, это от карусели? Тогда давай скорее слезем!

Очутившись на земле, они оба зашатались и сели прямо на траву.

- Как пьяные! - засмеялась Динка.

- И кто это придумал только! - с удивлением сказал Ленька. - Вокруг столба человека крутить... Сроду не сяду я больше на эту карусель! Пойдем лучше пошатаемся по базару да купим чего-нибудь поесть.

- Пойдем! - обрадовалась Динка.

Они пошатались по базару, купили крючки, хлеб, баранки, съели мороженого, послушали шарманку и человека, который стоял в черном плаще и, переделив свой рот ребром ладони на две половины, пел то мужским, то женским голосом.

"Приходите, милый мой, выпить чашку чая", - пела одна половина его рта высоким, визгливым фальцетом.

"Нет, красотка, не приду, я сижу скучаю", - отвечала другая половина густым басом.

- Зачем это он так делает? - удивилась Динка. - Пел бы просто!

- Так, верно, больше дают, интереса больше, - пояснил Ленька.

- Вот шоколады, мармелады, яблоки, тянучки! - выкрикивал разносчик с лотком.

Ленька купил две тянучки и дал их Динке.

- Одну съешь сейчас, одну на пароходе, - сказал он. - А мне не надо. Я без них обхожусь и сроду сладкого себе не покупаю.

Они снова пошли через толкучку; там как будто стало еще, больше народу. Ленька положил вырученные деньги себе на грудь и все время прижимал их рукой; Динка держалась за его ремень.

- Скандал в замке графа, невеста оказалась гусаром! - выкрикивал в самой гуще какой-то человек. - Скандал в замке графа, выпуск пять копеек!

- Смотри, Лень, выпуск пять копеек! Это, верно, опять Пинкертон какой-нибудь?

- Бог с ним! - сказал Лелька. - Мне что-то надоел он теперь.

- Ну и хорошо! Раз книга плохая, то нечего ее и читать! Еще и пять копеек платить! - рассудительно сказала Динка.

- Полезные советы для вспыльчивых людей! - грянул над ее головой чей-то голос. - Вот, покупайте полезные советы для вспыльчивых людей! Кто хочет изменить свой характер и избавиться от многих неприятностей, покупайте книжку! Всего три копейки! Три копейки полезные советы для вспыльчивых людей! кричал, размахивая тоненькой книжкой, человек в рваном пиджаке и парусиновых брюках. - За три копейки вы можете изменить свой характер!

- Ой, Лень! Мне обязательно надо изменить свой характер! Купи мне эту книжку! - вцепилась вдруг Динка.

- Зачем это? У тебя хороший характер, - воспротивился Ленька.

- Нет, Лень! Я очень вспыльчивая! Купи! Всего три копейки!

- Покупайте, покупайте полезные советы для вспыльчивых людей!.. выкрикивал человек в парусиновых брюках, подходя ближе и размахивая своей книжонкой над самой головой Динки.

- Дайте, пожалуйста, ваши советы! Лень, заплати! - крикнула Динка, протягивая руку к книжке.

Ленька нехотя отдал три копейки и спрятал книжку в карман.

- На пароходе почитаем, - сказал он.

На пароход они поспели только в четыре часа.

- Ох, Лень! Катя уже, наверное, уехала, а меня нет, и Алина волнуется!

- Ну вот! - недовольно сказал Ленька. - А я думал, раз матери нет, то ты сегодня вечером пойдешь со мной глядеть фейерверк!

- Это на Учительских дачах? Мы были один раз с Катей и с мамой. Так красиво! Но сегодня мне нельзя. Алина одна с нами, она будет волноваться, если я уйду. Да мне все равно нельзя так поздно уходить из дому. Нет, уж иди один!

- Ну, одному какой интерес!

Они уселись на корме, и Ленька вытащил купленную на базаре книжку.

- Читай с самого начала, - сказала Динка, придвигаясь к нему поближе и заглядывая на первую страницу. - Читай вот здесь!

- "Совет первый, - медленно прочел Ленька. - Если вы, охваченный со всех сторон гневом, обидели свою жену, то предложите ей небольшую эффектную прогулку, и отношения ваши уладятся..."

- Что значит "эффектную"? - озабоченно спросила Динка.

- Ну... значит, куда-нибудь подальше... - морща лоб, сообразил Ленька.

- А здесь сказано "небольшую прогулку" - это, значит, поближе, - возразила Динка.

- Ну, так или сяк - одним словом, куда она хочет, туда и веди ее.

- Это совет для взрослых, читай дальше, - сказала Динка.

Медленно, затрудняясь на каждом слове, Ленька прочел дальше.

- "Если вы, охваченный со всех сторон злобой, боитесь оскорбить любимую вами особу, то опустите голову в ведро с водой, и состояние ваше изменится..."

- Еще бы не изменится! - засмеялась Динка. - Вылезешь мокрая как мышь... Но это все-таки мне больше подходит, - серьезно добавила она.

- Чего там "подходит"! Ты смотри! А то сунешь голову в ведро и не вытащишь ее оттуда!

- Ну что ж, я так и буду ходить с ведром на голове, по-твоему?

- По-моему не по-моему, а этот совет не годится. Вот тут еще есть. "Если вы в порыве вашей злобы кого-нибудь обругали бранным словом и хотите это исправить, то заверьте его в своей полной искренности".

- Это что же... непонятное какое-то, - сказала Динка, - Наверное, опять для взрослых. Читай дальше.

- Тут уже идет другое - вон написано: "Советы неудачным женихам".

- Ну, читай, посмотрим, что это такое...

- "Если вам отказала любимая вами особа, то объявляйте всюду, что у нее одна рука короче другой, и когда ее женихи от нее отпадут, то сватайтесь еще раз..." - с трудом? прочитал Ленька и закрыл книжку. - Мошенство все это!

- Нет, не мошенство, а как раз подходит. Не мне, конечно, а Малайке - вот кому! Потому что он никак не может упросить Лину выйти за него замуж, вот!

- Ну ладно! Их дело взрослое, а ты тут ни при чем... На-ко, спрячь свои советы, сейчас сходить будем! - Ленька вынул из-за пазухи тряпку, в которую были завернуты деньги, и весело улыбнулся: - Хорошо поторговали! Мятрич доволен будет!

Пароход, медленно поворачиваясь, подходил к пристани. Из трубы его вместе с черным дымом вырвался протяжный гудок.

- Приехали! - сказал Ленька и бросил боязливый взгляд на свою баржу. Но на ней никого не было.

Глава тридцать шестая

НЕУДАЧНЫЙ ПОДАРОК

Алина встретила сестру взволнованным восклицанием:

- Наконец-то! Где ты была?

Испуганная Динка наспех придумывала оправдание:

- Я очень далеко ходила... и очень ослабела... - Ослабела?

- Ну да... теперь уже все прошло, ты не беспокойся. А разве Катя уже уехала? - с опаской спросила Динка.

- Конечно. Она и так задержалась из-за тебя. Я просила ее не говорить маме, что ты куда-то пропала. Ведь мама будет сидеть в театре как на иголках! - с упреком скачала Алина.

- Ну ничего, Алиночка, ты не сердись, ладно? Я сейчас только поем, а потом буду делать все, что ты хочешь, - заглядывая сестре в глаза, сказала Динка.

- Ой, какая ты! - покачала головой Алина, смягчаясь от покорного вида Динки. - Ну, иди поешь, а потом будем заниматься!

Но Динке захотелось окончательно успокоить сестру и задобрить ее подарком.

- Алииочка, я купила одну книжку, чтобы изменить свой характер... Это полезные советы, они стоят всего три копейки...

Но мне пока только одно ведро здесь подходит. Хочешь, я подарю ее тебе? спросила она, протягивая Алине свернутую в трубочку базарную книжонку.

- Ты купила книжку? - с удивлением спросила Алина. - Про ведро?

- Да нет! - засмеялась Динка. - Почитай лучше сама, тогда все поймешь! А я пойду к Лине, ладно?

Динка побежала на кухню. Алина разгладила измятую книжку и, открыв первую страницу, прочитала несколько строк, потом поглядела на обложку... Автора нигде не значилось Алина открыла наугад другую страницу и с удивлением прочла заглавие третьей главы:

"Семейные советы.

Если вы сильно провинились перед своей женой и не ждете себе скорого прощения, то притворитесь смертельно больным и оглашайте воздух тихими воплями, а также избегайте хорошего аппетита, и вы получите прощение..."

Алина пожала плечами и еще раз осмотрела обложку.

- Выпуск три копейки, - повторила она вслух и побежала искать Динку.

- Дина, Дина! Где ты купила эту книжку? - опросила она сестру, найдя ее за кухонным столом уплетающей свой утренний завтрак и обед. - Где ты купила эту книжку? - повторила Алина.

Динке захотелось повысить в глазах сестры ценность "полезных советов".

- Я купила ее у одного учителя! - с гордостью сказала она.

- У учителя? - Алина снова бросила взгляд на обложку и решительно заявила: - Ты врешь! Никакой учитель не станет продавать такую чепуху. Говори правду!

- Я нашла ее в лесу, - испугавшись дальнейших расспросов, сказала Динка.

- А при чем тут учитель? - строго спросила Алина.

- Да это я просто так, для красного словца, сказала... Я нашла ее на Учительских дачах и думала, что потерял какой-нибудь учитель, потому что тут такие полезные советы... - окончательно завралась Динка.

- Ну, Дина!.. Находить такие книжки да еще приносить их в дом! Этого я от тебя не ожидала...

- Но ведь я же не знала, о чем тут написано! Я же принесла только показать! Брось ее в печку, Алина! Брось скорей!

- Нет, я покажу маме. Пусть мама знает, какие книжки находит ее дочка! угрожающе сказала Алина и, держа злополучные "советы" двумя пальцами, направилась в свою комнату.

Закрыв на крючок дверь и устроившись в уголке постели, она внимательно прочитала все советы, тихонько фыркая в руку, а иногда и смеясь до слез. Некоторые, самые смешные, по ее мнению, она даже переписала для Бебы. Вдвоем они говорили о многом и знали гораздо больше, чем могли предполагать взрослые.

Окончив это занятие, Алина обернула книжку в бумагу, чтобы мама не испачкала рук, и сама тщательно вымыла руки с мылом.

"Это же три коп..." - повторяли они потом с Бебой каждый раз, когда им приходилось встречаться с величайшей глупостью или недостойный их внимания гимназист просил у них на память ленточки из кос.

Глава тридцать седьмая

НА КРЫЛЕЧКЕ

Когда младшие дети оставались на попечении Алины, то в доме наступал образцовый порядок и тишина. Боясь, что Алина рассердится на что-нибудь и разнервничается без мамы, Динка и Мышка изо всех сил старались угодить ей. И теперь, сидя за столом, они усердно занимались. Алина, держа в руках учебник грамматики, прохаживалась по террасе и, подражая настоящей учительнице, медленно диктовала:

- "Румяной зарею покрылся восток..." Повторяю: "Румяной зарею..." Дина, слушай внимательно, как я говорю...

Динка, склонив набок всклокоченную голову, которой не помогал даже железный Ленькин гребень, старательно выписывала слова. В диктовках, которые писала Динка, были всегда два главных недостатка: у тех слов, которые почему-либо казались ей значительнее других, она ставила даже в середине фразы заглавные буквы и, кроме того, очень любила восклицательные знаки.

Но сегодня Динка тщательно следила за собой, и Алина, заглянув к ней в тетрадку, сделала только одно замечание:

- Дина! У тебя написано "руманой зарею". Тебе же ясно слышно: румяной...

- Ой! - воскликнула вдруг Мышка. - Я вышла замуж за линейку!

Все три девочки засмеялись. Мышка редко делала ошибки, но по рассеянности часто переносила слова за линейку.