Не усидеть на месте игумену Феодосию. Ходит-бегает быстрыми шажками из одной кельи в другую, а то затворится в своей печере и молится. Но и молитва не отвращает его от навязчивых мыслей. Виной всему тот проклятый лекарь. Он подрывает основы здания, возводимого игуменом всю жизнь неукоснительно. Хуже того – он как бы задает игумену вопросы, размышлять над которыми – грех, а не размышлять невозможно. Какие поступки угодны Богу, а какие неугодны, и почему допускает Господь неугодные? Вправе ли человек удлинять самовольный срок своей жизни? В чем он идет против Бога, а в чем выполняет его тайную волю?

"Господи, покарай святотатца! Покажи свою силу и правоту слуги твоего Феодосия! Яви знак, чтобы уразумел я Твою волю!"

В конце концов игумен не выдержал. И как-то, направляясь к Ярославичу во град, приказал вознице ехать через Подолие, хоть имелась другая дорога, покороче. У Кожемяк Феодосий вылез из возка и, взяв в руку узловатую палку, направился к дому Славяты. Тревожное, острое любопытство не давало ему покоя. Излечил ли Мак новгородца, который по всем признакам должен был умереть?

Игумен толкнул дверь в дом кожемяки и увидел беседующих Славяту и Верникрая. Новгородец лежал на постели, его лицо было еще бледным, но без угрожающей синеватой окраски. Он заметил гостя и толкнул своего друга. Славята обернулся, поднялся навстречу вошедшему и указал на Верникрая:

– Видишь? Маков учитель Анисина силен.

Кожемяка говорил это без злобы и без насмешки. Он просто сообщал о своем выводе. Феодосий удивленно и гневно спросил:

– Анисина? Маков учитель – дьявол!

– Нет, Анисина. Он сам имя молвил. Говорит – то и не Бог вовсе, а лечец. Я ж думаю – Бог. И надо ему поклоняться, ибо силен. Гляди, и того покарает, кто поклялся Господним именем, да клятву преступил.

"Вот они – семена клятвопреступления, взошли плодами в умах простой чади", – подумал Феодосий. И от того, что не проклятый лекарь, но и превозносимый монахами князь подрывает основы веры, тоскливая злоба наполнила игумена. Вне себя он крикнул:

– Не Бог у Мака – дьявол!

И снова спокойно ответил игумену Славята:

– Кто спасает, тот и Бог. Без воли Господа и волос с головы не упадет.

Феодосий больше не слушал. Он выбежал из дома и поспешно направился к возку. Ныли натруженные ноги, болела спина. Но пуще всего игумена мучили сомнения. Почему Бог не защищает свое дело? Почему князь рассыпает семена неверия?. .