...

…В школе раньше проводилось сексуальное воспитание. И проводилось оно в сортире: пацаны заходили в сортир, и там им показывали фотографии голых баб и проч. Так вот «Мальчишник», они взяли и вынесли эту культуру из сортира на сцену.

Шнур

Самокритика

Но никто не поругает «Мальчишник» лучше, чем они это сделают сами! Честь и хвала.

С распадом группы ребята повзрослели, о чем свидетельствует высокий градус самокритики. На том самом эфире «Акул Пера» они заявляли буквально следующее:

– Мы, можно сказать, срали всем в уши.

Я стараюсь не называть это работой. Мне нравится, что я просто хорошо провожу время: ковыряюсь на студии, сочиняю стихи, делаю оформление для своих пластинок. Это тяжело, да, иногда невыносимо, но это не работа – это удовольствие [53] .

…Секс в моде. Просто с ним все проблемы уже решены, и остается только оттачивать мастерство. На самом деле сейчас было бы смешно, если б я скакал в коротеньких штанишках на сцене. Я взрослею и, что логично, меняюсь, – делится Дельфин.

– Здоровые мужики скачут по сцене, поют там о письках-сиськах, это уже смешно. Когда мы были подростками, это еще как-то воспринималось нормально, а сейчас-то уже все… – подтверждает Дэн.

– Я всегда себя чувствую немножко неловко, когда слышу, что очень часто говорят люди знакомые и незнакомые. Особенно после концерта или выступления, когда подходят и говорят: «Вы знаете, вот мое детство… или там я в детстве, тайком от мамы… а вот Вы знаете, когда я была молода…». Или подходит такой дедок и говорит: «Вот я в молодости…» – думаешь, ни хрена себе, вот это я диплодок!

А организовывать что-то – это не мое дело. Я не продюсер, не администратор. А еще я хочу объявить конкурс на самый грязный матерный рэп и обещаю, что те тексты, которые мне понравятся, будут записаны, аранжированы и даже (возможно, в редакции) появятся в радиоэфире. А приз – виниловый диск, на котором нарисованы кости и череп.

Меня радует, что публику больше не шокируют наши старые вещи. Теперь для нее это просто веселые песни о сиськах и письках. Мы никогда не хотели быть рупором сексуальной революции, а просто сочиняли тексты, которые соответствовали нашему тогдашнему настроению и мироощущению. Сами мы никогда не воспринимали эти песни всерьез, хотя старались, чтобы продукт был качественным. Видимо, поэтому наша музыка до сих пор актуальна, – высказывается Мутабор.

Как-то в интервью Мутабора спросили: «Но ведь возраст все же. Каково вам сейчас о сиськах и письках читать?» – Пока у самих стоит, и читать не зазорно. К тому же на наших выступлениях есть ощутимый налет ностальгии, приятно почувствовать себя на двадцать лет моложе [54] .