Все еще потрясенная разговором с отцом Джо в палате своего маленького пациента, Дана Скалли вошла в уютную темноту своего кабинета, закрыла за собой дверь и привалилась к ней, стараясь собраться с мыслями.

Наконец она подошла к столу, включила настольную лампу и села за компьютер. Ввела одной рукой пароль, другой протирая глаза, и стала ждать, пока оживет экран.

Рассеянной рукой она взяла стопку сделанных раньше распечаток, сложенных как попало, и стала их разбирать. Случайно она уронила сколотую пачку листов, наклонилась и положила сверху уложенных теперь по порядку распечаток. Тут ее взгляд привлек заголовок, набранный полужирными прописными буквами:

РУССКАЯ СХЕМА ТЕРАПИИ СТВОЛОВЫМИ КЛЕТКАМИ ПРИ ТРАНСПЛАНТАЦИЯХ

Под заголовком была фотография врача с собакой.

Скалли наморщила лоб, глядя на страницу, потом пролистала папку и остановилась, найдя новую фотографию, резко привлекающую внимание. Там тоже были сняты врач с собакой, но собака была не обычная.

Из шеи торчала голова другой собаки.

На миг Скалли застыла, таращась на это фото, потом вылетела из кресла, будто подброшенная пружиной, роясь рукой в кармане халата в поисках сотового телефона, и бросилась прочь из кабинета, нажав на ходу кнопку быстрого набора.

Идя по коридору с телефоном возле уха, она услышала голос Малдера:

— Как видите, я занят. Оставьте мне сообщение.

— Черт! — выругалась она, отключила бесконечную инструкцию, произносимую механическим женским голосом, и сказала: — Малдер! У меня к тебе разговор, очень срочный, Малдер! Позвони, как только сможешь. Хочешь верь, хочешь не верь, но та женщина из ФБР — живая. По крайней мере частично.