— Кто это сделал? — прошептал Дестри. — Уоррен? Ну конечно!

— Уходите, не стойте тут! — взмолился Вилли. — Со мной все в порядке! Он просто хотел оглушить меня, чтобы я не смог вас предупредить, но ударил не очень сильно, поэтому я не потерял сознания. Уходите, мистер Дестри. Они уже близко!

— Ты сделал это ради меня, — ошеломленно прошептал Дестри. — Будь я проклят, если забуду это, даже если доживу до ста лет!

— Погодите, я хотел предупредить… папа только притворялся, что давно вас знает… Ему бы не следовало…

— Все в порядке! — перебил его Дестри. — Он твой отец, малыш. И это самое главное. Ну а теперь, Вилли, будь здоров. Как-нибудь приеду навестить тебя. Уверен, мы с тобой подружимся!

Он вскочил в седло. А мальчишке, провожающему его восторженным взглядом, показалось, что ни одна птица, которая взмывает в небо и парит, лишь чуть заметно шевеля крыльями, не смогла бы сделать это так быстро и легко, как Дестри. Высокая гнедая кобыла рванулась с места легким галопом, повернула за угол и через мгновение скрылась из виду, растворившись в темноте. В то же мгновение у дверей конюшни послышались разъяренные крики. Это прибежавшие натолкнулись на бездыханное тело Уоррена. Вопль отчаяния и бессильной ярости вырвался из нескольких глоток, когда они принесли фонарь и обнаружили, кто лежит перед ними.

Ну, уж теперь-то они вряд ли задержатся, решил про себя Вилли и оказался прав.

Через пару минут привели лошадей, которых до этого, скорее всего, привязали неподалеку в густых зарослях.

Наконец мальчишка, укрывшийся за конюшней, остался один. Он продолжал всматриваться в темноту в том направлении, куда ускакал великий Дестри. Прошло немного времени, и Вилли услышал другие голоса. В конюшню вошли мать с отцом, дрожащий свет старой лампы, которую кто-то из них захватил с собой, упал на стены.

— Ну и трус же ты! — произнес женский голос. — Это ж надо такое вообразить — дать человеку приют, а потом натравить на него убийц!

— А что я мог поделать?! Ты же видела, сколько их, — оправдывался мужчина. — К тому же он преступник. И находится вне закона!

— Что за ерунда! И слышать не хочу! Да ни один мустанг, которому удалось вырваться на волю, в жизни больше не допустит, чтобы на него накинули аркан! Вот так и Дестри! Он уже получил урок на всю жизнь. А эти мерзавцы, если хочешь знать, не имеют никакого отношения к закону! И не закон они защищали, а этого самого Уоррена, который так трясся за свою никчемную жизнь. Посмотри, к чему это привело! Вот он лежит, полюбуйся на него! А ведь он был не один! Их было восемь, а Дестри все-таки прикончил его и спасся сам! Вот если бы я…

Больше Вилли ничего не слышал. В ушах у него зазвенело. Ведь в это было даже трудно поверить! Он видел необыкновенного человека собственными глазами! Ему выпало счастье стать свидетелем того, как он расправился со своими врагами, и, что совсем уж невероятно, великий Дестри даже снизошел до того, что положил руки ему на голову!

Чувствуя себя принцем, которого только что короновали, Вилли махнул рукой на все свои недавние горести и помчался в лес, чтобы вволю помечтать.

Динг Слейтер шел через сад, направляясь к калитке, а голова у него гудела, словно котел, от тех новостей, что сыпались со всех сторон. Под мышкой шерифа торчала кипа телеграмм вперемешку со служебными рапортами, а сам он старался переварить все то, что выслушал днем в офисе. Его занимали не только события, произошедшие ночью на перевале Камбер, и смерть Уоррена. Было еще кое-что, не дававшее ему покоя.

— Эй, Динг! — окликнула его из окна жена.

Он промолчал, будто не слышал. Но, захлопнув за собой калитку, остановился, поглядывая по сторонам.

— Эй, Динг, ты меня слышишь? Что с тобой?

— Да ничего, просто опасаюсь, как бы вся эта толпа, что сейчас гудит возле моей конторы, не явилась сюда и не нарушила наш покой!

— А что случилось?

— Да с час назад какой-то джентльмен в маске вошел в магазинчик Фитцджеральда, стукнул по голове сына хозяина и удрал, прихватив с собой все деньги, что были в кассе. Правда, там было не много, всего сотни три. Старый Фитцджеральд схватил винтовку, помчался за ним, но когда он выбежал на задний двор, там уже никого не было. Грабитель успел скрыться за углом. Скорее всего, незаметно стащил с лица маску и смешался с толпой. Вот это самообладание! Фитцджеральд, само собой, кинулся всех расспрашивать, но никто ничего не заметил. Все эти болваны на улице, оказывается, собрались поглазеть на новую пару великолепных серых, что купил себе молодой Бент — он как раз проезжал по улице. Вот как бывает! Средь бела дня! И никто ничего не видел!

— Не переживай, все образуется! — сказала его жена. — А теперь возвращайся. К тебе тут кое-кто пришел. Хочет тебя видеть.

— А я сейчас никого не хочу видеть! — пробурчал шериф. — Слушай, выпроводи его, хорошо?

— Это не он, а она, — уточнила жена. — И прикуси язык, потому что девушка стоит рядом со мной и слышит все, что ты говоришь!

— Неужели? — буркнул Слейтер, но уже еле слышно.

Он неохотно повернулся, взбежал на крыльцо и распахнул дверь.

— Привет, Чарли! Откуда ты взялась?

— Как поживаешь, дядюшка Динг?

— Все ничего, только проклятый ревматизм замучил, — пожаловался он, — да и печень житья не дает. Ну а в остальном для моих пятидесяти пяти я еще ого-го!

— Тебе нужен помощник, — объявила девушка. — Это же просто возмутительно: ты и начальник, и подчиненный. Вся работа на тебе! Не может же одна лошадь тянуть всю упряжку!

Шериф швырнул шляпу в угол.

— И кого же ты предлагаешь? — в сердцах проворчал он. — Все эти годы я чуть с ума не сошел, подыскивая себе хоть мало-мальски толкового помощника. И что же ты думаешь? Кого только ни пробовал — все оказались как на подбор. Сначала дома надраивали значки так, что ими можно было пускать солнечных зайчиков, а пегом до ночи таскались по городу, хвастаясь ими перед такими же оболтусами, своими приятелями! Господи, да что за времена такие! Не парни, а какие-то девчонки, ей-богу! Только и забот, что о нарядах! Ладно, Чарли, садись. На самом деле я чертовски рад тебя видеть. Давай забудем об этом хоть на какое-то время. Так что с твоим Дестри? Говорят, он стал совсем другим человеком?

— Он уже больше не мой, — сообщила она с печальной улыбкой. — Но я пришла к тебе как раз из-за него, дядюшка Динг. По-моему, из Дестри получится замечательный помощник шерифа!

— Из него?! Из Дестри?! — вытаращил глаза Слейтер.

— Конечно из Дестри, — кивнула она.

— Ну, дорогая моя! Не может быть, чтобы ты это говорила серьезно! Дестри! Подумать только!

— Зря ты так, — возразила Чарли. — Лучше подумай об этом, особенно когда тебя снова скрутит ревматизм. В конце концов, он именно тот человек, который способен так же туго натянуть вожжи, как и ты!

— Да ему-то это зачем? Что для такого человека должность помощника шерифа, не понимаю! — фыркнул Динг.

— Неужели? А между прочим, все эти люди, которые сейчас готовы растерзать его, дважды подумают, когда он станет твоим помощником! Одно дело, когда связываешься с обычным человеком, и совсем другое — с офицером полиции!

— Знаешь, я как-то этого не учел, — признался шериф. — Похоже, ты права. Но, увы, это совсем не то, что ему нужно. Мне почему-то кажется, такая работа его будет изрядно стеснять. Ну вот сама посмотри, ведь ему придется решать за других, командовать людьми и все такое, а они будут из-за угла дожидаться момента, чтобы подставить ему подножку.

— Может, он так тоже считал, но только до сегодняшнего дня, — решительно возразила Чарли. — Ты же знаешь, они гнались за ним по пятам, были готовы на все, лишь бы затравить Дестри как дикого зверя. Все говорят, что ему до сих пор просто везло. Вот я и решила — наверняка Дестри и сам не прочь немного передохнуть.

— Еще бы! — кивнул Слейтер. — Мне тоже кажется, что парню нужна передышка. Да вот беда, он и не подумал оставить мне адреса, когда уезжал. Уж не хочешь ли ты, чтобы я влез вслед за ним на вершину горы, где он сидит как коршун, поджидая добычу?

— Скорее всего, он сейчас отлеживается в доме Честера Бента, — невозмутимо предположила девушка.

— С чего это ты взяла?

— Потому что те, за кем он охотится, прячутся неподалеку от Уома. Значит, ему придется сюда вернуться. А если так, то он, скорее всего, отправится прямиком к Чету.

Не сказав ни слова, шериф встал и с кряхтением поднял шляпу, которая так и валялась в углу. Но прежде чем уйти, взял маленькую ручку Шарлотты и шепнул ей на ухо:

— И как долго, дорогая, ты ломала себе голову, чтобы придумать такое?

— Целую ночь, — быстро отреагировала она и торжествующе улыбнулась.

— Ух ты! — присвистнул шериф. — Ну ладно. Пока, Чарли! Похоже, ты подала мне неплохую мысль.

Он вышел из дому и неторопливо зашагал по улице. Дойдя до угла, обернулся. У ворот Шарлотта прощалась с миссис Слейтер. Динг усмехнулся: он понял — хитрая девчонка прибегала к ним с одной-единственной целью.

Шериф пошел дальше и вскоре поравнялся с высоким забором, окружавшим дом Честера Бента. Отворив калитку, он оставил ее открытой, а сам направился к крыльцу.

Дверь ему открыл сам Дестри! Он стоял на пороге, засунув руки в карманы, и, улыбнувшись, сообщил:

— Видел, как вы вошли. Вот и решил сэкономить вам время! Вы ко мне?

Слейтер еще не пришел в себя от неожиданного появления Гарри, поэтому только и смог, что в изумлении развести руками. Наконец отдышавшись, ответил:

— Послушай, я здесь вовсе не из-за Уоррена. Уж если кто попробовал убивать, ни один закон не помешает ему самому нарваться на пулю. Уоррен мертв, это правда. Но, если хочешь знать, я давно этого ждал. У него это было просто на лбу написано. А сейчас, Гарри, я пришел к тебе по делу. Так что давай-ка присядем. Мне нужно с тобой потолковать.

Они прошли в гостиную. Она все еще была погружена в полумрак, только в узкую щелку между тяжелыми портьерами проник тоненький, горячий луч жаркого полуденного солнца. Света было как раз достаточно, чтобы собеседники различали друг друга.

— Гарри, — начал шериф, — послушай меня. Я человек немолодой и знаю, что иной раз мальчишка играет на заднем дворе просто потому, что даже не подозревает о том, сколько всего интересного перед домом. Может быть, так и с тобой?

— Может быть, — кивнул Дестри. — Я бы мог даже согласиться с вами, шериф, если бы знал, куда вы клоните.

— Ты был не в ладах с законом с тех самых пор, как научился ходить. Теперь, насколько я знаю, играешь честно, но жизнь твоя по-прежнему под угрозой. А что бы ты сказал, Гарри, если бы я предложил тебе сотрудничать со мной?

От удивления брови Дестри поползли вверх.

— Я хочу сказать, — заторопился шериф, — что мне давно нужна помощь. А тебе, если не ошибаюсь — крыша над головой, которая прикроет, когда кому-то вздумается швырнуть в тебя камнем. Так что, если ты прицепишь на грудь значок и станешь, ну хотя бы на некоторое время, моим помощником? Официальным помощником шерифа, понимаешь?

Дестри молча скрестил руки на груди. Подумав, поинтересовался:

— Похоже, у вас неприятности из-за этого дельца с ограблением Фитцджеральда? Или я ошибаюсь?

— Похоже на то, — кивнул Слейтер.

— Ну что ж, все равно пару дней я свободен, — заявил Дестри, словно разговаривая сам с собой. — Мне играть будет проще, а им — тяжелее. Ладно, Динг, по рукам! Я и сам знаю, что не имею права отказать вам, хотя и уверен, что платить вы будете сущие гроши!