Уолтер, не веря своим ушам, удивленно посмотрел на Берчарда:

— А что, вы думали, нам нужно? — хрипло закричал Винсент.

— Твоя очередь говорить, — обратился Берчард к Уилсону.

— Если вы хотите, чтобы вас наверняка покусали, — начал не самый важный член этого триумвирата, — разве не лучший для этого путь взять с улицы собаку с хорошими острыми зубами и отколотить ее?

— Первая здравая мысль за сегодняшний вечер! -обрадовался Такер Винсент.

— Ну, хорошо, хорошо, — согласился Берчард. — Все вы очень строги ко мне! А не хотите ли взглянуть на дело с моей стороны?

— Хотим, и вам это известно, — как всегда, с раздражением подтвердил Винсент.

— Нет, нет! — возразил Берчард. — Я вовсе не хочу, -чтобы вся ответственность легла на мои плечи. Увы, я старею, возраст делает меня слабее. Мои ноги больше не удерживают мой вес, друзья! — Он повернулся к Дэвону: — Хотите заключить со мной мирный договор, молодой человек?

— Ценою моей жизни?

— Да, ценой вашей жизни!

— Отдать вам мое ранчо?

— Вот именно. И больше того, обещайте убраться отсюда, забрать с собой стариков Гарри и Джима. И больше никогда здесь не появляться!

— Лэс, — вмешался Грегори Уилсон, — неужели вы настолько глупы, что поверите его обещанию, если он его даст?

Берчард, с выражением неодобрения, сделал решительный жест рукой:

— Грег, я попрошу вас помнить, что мы имеем дело с джентльменом…

— Азартным карточным игроком, — поправил Уилсон.

— Ну да! — подхватил Берчард. — С человеком, который знает, что такое проигрывать и что такое выигрывать.

— Тогда откройте ваши карты! — потребовал Дэвон.

— Если вы не примете наших условий, то уже этой ночью будете мертвы, — очень просто оповестил его Берчард.

— Понятно, — спокойно отреагировал Уолтер.

— А жить лучше, чем умереть, разве не так?

Дэвон кивнул.

— И что плохого, если вы заключите с нами сделку? Вам уже предлагали двадцать пять тысяч за ранчо. Ну, сэр, почему бы вам не взять их сейчас? Это живые деньги, в карманы вам, старым чудакам Гарри и Джиму, которым я желаю самого лучшего. — Лицо и голос Лэса Берчарда при этом выражали доброту и любовь ко всем людям на свете.

— Бога ради, Лэс! — запротестовал Такер. — Вы что, хотите вот так просто выкинуть двадцать пять тысяч долларов?

— Я плачу из моего кармана, — заявил Берчард. — Вам-то что? Хочу после всего этого спать спокойно. — Он подошел к Дэвону. — Вот, посмотрите. Вы давно не живете на старом ранчо. Чего оно стоит? Десять долларов за акр? Только и всего! И никогда не стоило бы больше, не найди Чарли Уэй золота в том иле, за резервуаром! Но это он нашел золото, а не вы. И он принес нам эту новость. Так каким же образом ему и нам отнять у вас эту землю? Мы попытались купить ее, честно и открыто, предлагали вам цену в два с половиной раза выше рыночной…

Дэвон кивнул, чуть улыбнувшись.

— А теперь, постарайтесь забыть о том, что в том месте есть золото и что вам про это известно! Вы получаете двадцать пять тысяч. Как честный джентльмен, дайте по пять тысяч Гарри и Джиму. И вместо того, чтобы сегодня ночью умереть, приобретете пятнадцать тысяч долларов, не считая того, что сможете на них выиграть в Уэст-Лондоне. Потом уедете на Восток. Больше мы никогда не увидимся. И все счастливы, как в конце хорошей книжки!

— Все, кроме мертвого!

Берчард посмотрел ему прямо в глаза.

— Кроме мертвого, — согласился он.

— А не скажете ли вы, что будет иметь каждый из нас от всего этого? — поинтересовался Грегори Уилсон. — Пока только ясно, что достанется ему.

— Скажу, получите Дэвона со всеми его потрохами.

— И что же с ним делать? Перерезать ему глотку?

— Можете, но советую посмотреть с другой стороны. Как говорится, убийцу все равно найдут.

— Дурацкий разговор! — возмутился Такер Винсент.

— Так и есть! — дружелюбно кивнул Берчард. — Одного убийцу порой нелегко найти, но когда их полдюжины — это совсем другое дело! Ну допустим, мы выберем место для убийства, оставим вокруг тела наши следы, а две старые ищейки бросятся за нами по пятам. Допустим, Дэвон исчезнет, но старики Гарри и Джим перевернут все вверх дном, чтобы узнать хоть что-нибудь о нем, у них и так есть подозрения относительно некоторых из нас! Убийство всегда производит много шума, но особенно когда убирают заметного человека. Разве не так?

Такер Винсент промолчал, а Грегори Уилсон невольно кивнул.

— Только добавит уважения к этому Дэвону, — признал он.

— У него и без того хорошая репутация, — напомнил Берчард.

У пленника появилась слабая надежда остаться живым. Он собрался с мыслями и внезапно сказал:

— Там наверху еще двое — Счастливчик Джек и девушка, которую вы никогда не видели, Уилсон!

— А что вам до них? — удивился Берчард.

— Хочу, чтобы их освободили, прежде чем я что-либо подпишу.

— Хотите; чтобы мы отпустили вас троих? — уточнил Уилсон. — Отпустили за честное слово? Слишком много чести!

— Вы же видите, как всё получается, — попытался объяснить Дэвон, — Уберете меня, люди докопаются до этого, начнут охотиться за вами. По крайней мере, возникнут слухи, которые омрачат вам жизнь и покроют позором ваши имена.

— Мы сумеем отвести от себя все подозрения! -ухмыльнулся Такер Винсент.

— Конечно сумеем, — поддержал его Уилсон.

— Я приехал сюда со Счастливчиком Джеком, — продолжал Дэвон. — И не могу представить, как я уеду без него и без его сестры.

— Счастливчик Джек — один из тех, кто играет со случайностями, такими, как эта, — высказался Берчард. — А что касается девчонки, черт ее побери, я пытался сбить ее с пути и не дать ей взять след. Наконец, мы захватили ее и упрятали сюда, к Уилсону. Но она оказалась достаточно проворной. Все ездила вокруг. Вообще ездить верхом по ночам было ее любимым занятием.

— Но ездила не по вашему приказу, верно? — все же уточнил Дэвон.

Берчард фыркнул:

— О Боже, парень! Не такие мы дураки, чтобы связываться с женщинами! Зачем они нам? Для чего?

Входная дверь затрещала и дрогнула. Все четверо мужчин в комнате насторожились, но вскоре еще один сильный порыв ветра просвистел над крышей дома, и они успокоились.

Берчард снова повернулся к Дэвону.

— Это все из-за вас, — пояснил он; — Она не хотела впутывать вас во все это. А как могла это сделать? Постараться держать вас в неведении о золоте! Маленький чертенок! Случайно узнала, что против вас что-то затевается. Услышала это здесь, в доме Уилсона, и осталась, чтобы разнюхать все, что сможет, и таким образом вас защитить! Ведь если бы вы узнали о золоте на вашем ранчо, то непременно остались бы там, а это значит — умерли вот таким молодым! Девушка приехала сюда, чтобы заставить брата прекратить его дурацкую жизнь, вернуться домой, для чего и объявила всем его настоящее имя. Но, занимаясь этим, она обратила внимание на вас, Уолтер Дэвон. И вот результат. Сегодня ночью она умрет, и это ей хорошо известно!

Дэвон не сразу обрел дар речи.

— И вы считаете, что такую девушку я брошу тут, не сделав попытки ее освободить? — проговорил наконец хриплым голосом.

Берчард просто взорвался:

— Черт побери, мальчик! Я же для вас стараюсь, хочу спасти вам жизнь. Вы мне нравитесь. Но не можем же мы отпустить на волю целых три языка! Один из них наверняка проболтается, а всего какой-то десяток слов означают веревку палача для всех нас! О чем вы просите?

Дэвон прикрыл глаза. Зов жизни в его молодой крови был похож на рев сильного ветра, но ветра, наполненного музыкой и красотой. И всего-то надо было сделать один решительный шаг вперед и повернуться спиной ко всему прошлому… Но кровь его предков, гордость за свое имя, все человеческое, что в нем было, горячо воспротивились этому.

— Даже ценой моей жизни не могу отказаться от них!

— Тогда вы — мертвый человек, и к тому же дурак, что еще хуже! — прорычал Берчард. Он сделал знак большим пальцем громадному Грегори Уилсону. — И чем скорее это произойдет, тем лучше для всех нас, включая и его самого.

— Хорошо, — отозвался Уилсон. — Только я догадываюсь, что вы не захотите, чтобы я испортил пол в моей самой лучшей комнате!

Он поднялся с грубым смехом и сделал шаг к Дэвону, держа двустволку на сгибе левой руки.

— Ну вот, теперь я могу сказать, что мы наконец-то сделали разумный шаг, — произнес Такер Винсент. — Лэс, а я было начал думать, что ваше сердце сделано из какой-то каши!

— Мне нравится этот парень, — отозвался Берчард с горечью в голосе. — Чертовски нравится. Он честный. Он выстоял, когда мы применили против него все, что могли. А кто был с ним, если не считать этих двух трясущихся, наполовину бесполезных стариков? Но он справился со всем, что ему устраивали, и победил, пригнув нас до самой земли. Даже пожар не мог помочь нам сбить их со следа, и все мы попали в трудное положение, как вам известно. Он как раз такой джентльмен, какого я хотел бы иметь на моей стороне. Мне хотелось бы, чтобы у меня был такой сын, а вместо этого он должен погаснуть, как дымящая свеча.

И тут раздался странный вздох, но он сошел не с губ Берчарда. Огонь очага внезапно сбился в сторону. Лампа вспыхнула и чуть не погасла. А все это случилось потому, что дверь распахнулась, из тьмы появились строгие лица и заблистало оружие!