Старый Лис пустился в путь утром, узнать, что нового в лесу и что поделывают звери. Утро было зимнее, морозное и ветреное.

Бежал он по тропе, что ведёт к реке, и пел новую песенку. Скоро повстречался ему двоюродный братец Енот.

Он шёл с реки, а на плече у него — большущая связка раков.

— С добрым утром, братец, — сказал Лис. — Где же это добыл ты такую отличную связку раков?

Енот ответил:

— С добрым утром, Лис. Никак ты пел новую песенку? Говорят, песни петь хорошо после завтрака, натощак они принесут неудачу. А раков — их я поймал в реке, там, внизу. Уж чего проще! Тебе и вовсе легко ловить раков; погляди, какой у тебя пышный, красивый хвост.

— Ну, что там — хвост! — сказал Лис. — Ты мне лучше скажи, как поймал раков.

— Это дело нехитрое. Спустись по течению; недалеко, там, где река огибает холм, ты увидишь проруби в гладком и чистом льду. Как выберешь дыру получше, сунь в неё хвост, только и всего. Если хочешь наловить побольше раков, сиди подольше и жди, пока их не наберётся много, пока они не уцепятся клешнями за твой хвост. Да смотри, не спеши. А почувствуешь, что хвост стал совсем тяжёл, — прыгай вверх что есть силы. Раки и разлетятся по льду. Собирай их поживей, пока не доберутся до воды, — уж и завтрак у тебя будет!

— А скажи, братец Енот, — спросил Лис, — и ты так их ловишь?

— Конечно! Ступай и попробуй. А я пойду. Заболтались мы тут с тобой, я продрог на холодном ветру.

Старый Лис поверил Еноту: он не знал ещё, как тот хитёр и лукав. Побежал он вниз по реке и скоро увидел проруби.

На беду, сильный ветер дул с севера и прохватывал до костей. Потоптался Лис, потоптался и выбрал самую лучшую дыру, поближе к берегу. Присев над прорубью, он опустил в воду хвост, как только мог глубоко, а сам всё раздумывал, какую славную наловит связку раков. Ветер лютый, совсем невтерпёж, а тут ещё стало потягивать да покалывать хвост, потому что он накрепко стал примерзать ко льду. Лис-то думал, что это рачьи клешни его теребят.

— Вот уж спасибо братцу, — говорил он, — что надоумил меня, как ловить их! Наловлю я раков кучу! Уж я потерплю. Братцу Еноту и невдомёк, как я терпелив. Побольше твоего наловлю, братец Енот!

Совсем окоченел старый Лис на ветру. И хвост его стал тяжёлым-претяжёлым. Енот научил Лиса прыгнуть кверху изо всех сил. Вот он и прыгнул. Да как упадёт! И хвост-то едва цел остался.

— Что-то неладно, — сказал Лис, и прыгнул снова, и снова упал.

Пришло ему на ум, не сыграл ли с ним братец Енот худую шутку. Разозлился же Лис! Да и было отчего — сиди теперь с хвостом, примёрзшим ко льду.

— Погоди, — проворчал он, — поквитаюсь с тобой, старый бродяга!

Сидит Лис, раздумывает и прикидывает, как тут выбраться из беды; вдруг видит — у берега из большой пробоины поднялась голова и два круглых блестящих глаза уставились на него. Лис тотчас узнал Бобра и крикнул:

— Дядюшка Бобр, не спасёшь ли меня? Это мой двоюродный братец Енот подшутил надо мной. Видишь, бедный мой хвост совсем вмёрз в лед. Выручи меня как-нибудь, дядюшка Бобр!

Старый Бобр всё смотрел на старого Лиса, будто хотел рассмеяться. Но смеяться не стал, а ответил так:

— Погляжу, погляжу, что тут можно сделать.

Он нырнул под лёд, прямо к тому месту, где сидел старый Лис. Кое-как ему удалось освободить хвост из замёрзшей дыры. И он высунул голову и сказал Лису, чтоб тот поскорей вытаскивал свою удочку.

— А вперёд, если станет тебя твой двоюродный братец учить рыболовству, не спеши приниматься за дело, — промолвил дядюшка Бобр.

Вот сказал Лис дядюшке своему спасибо, набрал на льду мягкого светлого снега и потёр им осторожно вокруг носа Бобра, чтобы шерсть посветлела. С тех пор и доныне у Бобра на морде светлая шерсть — памятка от старого Лиса за услугу.

Злей, чем всегда, голодней, чем всегда, старый Лис побрёл прочь и всё клялся отплатить Еноту сторицей.

В тот же день случилось, что пришёл к Еноту гонец с приглашением на праздник и на пляску. А Енот был отменный певец и рассказчик не из последних. Никогда не пропускал он праздников и плясок, потому что уверен был, что без него никак не обойтись. К тому же Енот не прочь был убраться на время подальше от старого Лиса — не придёт же тот на праздник с обмороженным хвостом!

Вот Енот явился на праздник и встретил там многих друзей. Скоро все хватились, что нет старого Лиса и нет Черепахи. Кто-то спросил у Енота, не знает ли он, как они поживают. Он ответил, что Лис не совсем здоров, и рассказал всю историю с раками. Тут уж никто не стал удивляться, что Лис не явился на праздник.

Через два или три денька кончился праздник, и Енот отправился домой, один, сам по себе. То и дело принимался он петь песенку или болтал сам с собою дорогой. Веселее так было идти.

Вот проходит он мимо озерка и видит — у берега стая отличных жирных гусей.

— Яру-тазэ! — воскликнул он. — Яру-тазэ, приятели! Поворачивай сюда! У меня для вас новости есть, я ведь прямо с праздника и новую песенку вам спою! Поворачивай к берегу, я спою вам и научу вас новому танцу!

Гуси выплыли на берег и зашлёпали вперевалку к Еноту. Енот отвязал от пояса маленький свой барабан и давай барабанить.

— Сперва я немножко побарабаню, — сказал он, — а вы все станьте вокруг меня в кружок. Как начну я петь, закрывайте глаза и пляшите!

Он показал им, как этот танец пляшут, и прибавил:

— Как я перестану петь и опять ударю в барабан, открывайте глаза. Но чуть я запою снова — опять закрывайте и пляшите — вот так и вот так.

Стали гуси в кружок вокруг Енота и слушают, как он бьёт в барабан. Потом он запел:

И гуси крепко зажмурили глаза, приплясывая и притоптывая вокруг него. А он прыгнул вперёд, свернул шею самому жирному и быстрёхонько упрятал его в сторонке. Перестал петь и колотить в барабан. Гуси перестали плясать и открыли глаза.

Тут, не успели они оглянуться, он снова запел:

И опять они зажмурили глаза и пустились танцевать. Он свернул шею ещё одному и сделал всё как прежде.

Но только схватил он третьего гуся, одна хитрая гусыня чуть-чуть приоткрыла глазок, потому что ей не терпелось глянуть, насколько лучше других она пляшет. Она громко вскрикнула, увидавши, что делает Енот.

— Назонмэн-сэ! Назонмэн-сэ! Он убивает нас! — крикнула она.

И все гуси открыли глаза и улетели прочь.

Енот ухмыльнулся и сказал:

— Охотник я удалой; славно закушу, как вернусь домой!

Он привязал к поясу свой барабанчик, перекинул трёх жирных гусей через плечо и пустился в путь.

Скоро повстречалась ему Черепаха.

— Эй, тётушка, — окликнул он её, — почему не пришла ты на праздник? Все горевали, что не слышно твоих умных речей.

Старая Черепаха ответила:

— Я собралась было на праздник, да тут прибежала жена старого Лиса и просила меня навестить его, потому что старый Лис совсем захворал. Я, конечно, пошла проведать беднягу, но никак не могла взять в толк, что с ним приключилось. Вот почему не привелось мне попасть на праздник.

Старый Енот усмехнулся и сказал:

— Не беда, он оправится скоро, — и побрёл домой.

Вот пришёл он домой, а дом его стоял на скалистом склоне, высоко на холме. Набрал кучу хвороста и развёл огонь, чтобы жарить гусей. А дом старого Лиса был внизу, у поворота реки; Лис и увидел огонь у Енота.

— Стало быть, старик вернулся, — сказал себе Лис. — Хотел бы я знать, зачем он разжёг такой большущий костер. Неспроста это. Пойду-ка я посмотрю.

Между тем у Енота костёр догорел, осталась только славная кучка красного жару и горячей золы. Гуси давно были ощипаны. Взял Енот палку, сгрёб уголья. Потом положил всех трёх гусей в ряд, лапками кверху, и завалил их сперва жаром, а потом золой. Только три пары лапок торчали кверху из-под золы.

Когда всё было готово, Енот потянулся и пробормотал:

— Устал я, однако, много сегодня ходил. Сосну, пока жарятся гуси. Никто не станет тревожить меня: старый Лис сидит дома, ему нездоровится. Да он и не знает ничего о гусях. Самое время теперь — соснуть.

Выбрал он ровное местечко неподалёку от костра и стал укладываться; повертелся, как водится, и ткнулся носом в собственный хвост.

— Слышишь, ты! — сказал он хвосту. — Пока я буду спать, ты будь начеку. Если кто подойдёт, хлестни меня по боку и разбуди.

И едва он закрыл глаза, над головой у него заскрипели ветки, потому что их шевельнул ветер. Енот крикнул им:

— Друзья мои, вы громко скрипите. Разбудите ж меня, если что случится.

Теперь уж он мог спать спокойно, потому что у него были сторожа. Он и заснул, да так, что не разбудишь.

Скоро камешек скатился по тропке, что вела с верхушки холма к Енотову дому. Но Енот не проснулся. Тогда узкая мордочка с двумя блестящими глазами выглянула из-за скалы. Это старый Лис глядел вниз — пристально и спокойно, как подобает старому Лису. Он сказал себе:

— Братец мой спит крепко, он не проснётся. Дай-ка спущусь, погляжу, чего он добыл.

И спустился вниз по скалам к Енотову дому, осторожно осмотрелся и направился к куче горячей золы.

Три пары лапок торчали из-под золы, все в ряд.

— Эге, — прошептал старый Лис, — то-то я почуял, что пахнет вкусным! Вот зачем он распаливал такой костер! Бедняжка! Видно, он так устал, что ему в мысль не пришло позвать меня отужинать с ним вместе. Уж я не стану его тревожить, закушу и сам. Жареная гусятинка — да ведь это объедение!

Лис отгрёб горячую золу палкой, вытащил одного гуся и принялся за него. Мясо ужарилось так, что лучше нельзя. Обглодавши первого гуся, Лис подумал:

«Чересчур возиться с костями не стоит, хватит тут и чистого мяса».

Он взялся за другого гуся. Скоро осталась от гусей только кучка наспех обобранных косточек.

— В горло больше не лезет, ни кусочка мне больше не съесть, — сказал старый Лис.

Он обернулся и глянул на ветви, что тёрлись друг о дружку и знай поскрипывали у него над головой.

— Эй, вы, друзья мои! — сказал им Лис. — Полно скрипеть, помолчите. Всё равно не получите ни крошки!

И подумал Лис:

«Как бы мой двоюродный братец не огорчился, когда проснётся? Сгребу-ка я кости и засыплю золой».

Он прибрал старательно кости, а сверху в золу воткнул три пары лапок. Всё теперь выглядело точно так же, как прежде. А Лис сказал себе:

— Как бы мне дать знать моему братцу, что я приходил к нему в гости?

Подумал, подумал и придумал. Взял две-три горсти остывшей золы, разбросал по земле и ну танцевать!

— Двоюродный братец увидит мои следы на золе, — сказал Лис и хихикнул от удовольствия. А потом пошёл домой.

Ветки тёрлись и скрипели очень долго, и в конце концов Енот все-таки проснулся. Он вскочил, встряхнулся и сказал:

— Славно же я вздремнул! И ужин небось как раз поспел!

Он подошёл к костру и увидел три пары лапок, что торчали все в ряд из золы.

«С какого же мне начать?» — подумал Енот и решил начать с того гуся, который был к нему ближе. Привстал над костром, дотянулся, ухватил сразу две лапки и дёрнул. Но лапки выдернулись слишком легко, и Енот кувыркнулся на спину. Он встал и подумал:

«Никак пережарился гусь? Попробую-ка другого».

Схватился за другую пару лапок — опять покатился кубарем.

Енот никак не мог понять, в чём тут дело, пока не разворошил палкой золу и не увидел обглоданные кости.

Ну и зол же он был!

Стал шарить вокруг — не увидит ли следов вора, и тотчас же наткнулся на отпечатки, что старый Лис оставил на золе.

Енот едва не сбесился с досады. Он напустился на свой хвост:

— Что ж ты не разбудил меня, бездельник, как я приказал тебе? Получишь ты у меня за это!

Он выломал толстый прут орешника и ну колотить свой хвост, приговаривая:

— Вот тебе, негодный, вот тебе, вот тебе!

И всё нахлестывал его, пока самого пот не прошиб.

Тогда он вернулся к костру посмотреть, не осталось ли чего-нибудь от ужина. И впрямь, кости были обглоданы наспех, кое-как, на них немножко осталось мяса. Енот подобрал эти кости бережно, и грыз их, и высасывал мозг. И всё время сам не свой был от злости.

А ветви над ним всё скрипели. Он обернулся да как крикнет на них:

— Почему вы не разбудили меня? Нечего скрипеть теперь! Замолчите!

Но ветви, конечно, никакого внимания не обратили на него, скрипят и скрипят.

А Енот снова:

— Дайте срок, разделаюсь с этими костями, примусь за вас. Покажу вам, как скрипеть безо времени!

А ветви знай скрипят и скрипят.

Не стало у Енота терпения. Вскарабкался он на дерево, чтобы проучить их как следует. Да, на беду, поскользнулся, и лапа у него ущемилась между двух суков. Никак нельзя было вырвать лапу. Так и провисел Енот на верхушке дерева до утра.

Случилось мимо идти Медведю. Услыхал он жалобные стоны Енота, глянул кверху и говорит:

— Эй, племянник! Ты что, качели устроил?

Но Енот взмолился:

— Дядюшка, выручи меня как-нибудь! Мне прищемило лапу, я никак не слажу с этим толстым суком!

Ну, Медведь влез на дерево и сломил этот сук. А Енот, как ступил на землю, принялся бранить старого Лиса.

— Это всё он виноват, — уж и отплачу я ему за это! И за гусей отплачу, и за хвост отплачу, и за лапу!

Услыхал эти слова старый Скунс. Побежал и шепнул Лису на ушко:

— Мой двоюродный братец Енот обещает задать тебе трёпку, как только ты попадёшься ему на глаза.

Старый Лис, конечно, не очень обрадован был этой вестью. Несколько дней прошли тихо, потому что они не встречались. Как-то вечером Енот наловил много раков на берегу — большущую связку. На этот раз он не стал дожидаться, пока старый Лис полакомится его ужином. Хорошенько покушав, Енот отправился по реке в далёкую прогулку, потому что ему наскучило сидеть дома.

Тут он притомился, и стало его клонить ко сну. Он решил выбрать местечко и вздремнуть. Выбрал кривое дерево, склонившееся над рекой.

— Тебя-то я и ищу, — сказал Енот, вскарабкался на дерево, прополз по ветвям и нашёл среди сучьев местечко, которое пришлось ему как раз по вкусу.

Глянул он сверху на реку и увидел в лунном свете своё отражение на тихой воде. И сказал себе:

— Ни дать ни взять, это я сам там, внизу, караулю раков.

И совсем уж было заснул Енот, как вдруг слышит, кто-то идёт по тропинке. Слышит, старый Лис бормочет:

— Вот мой двоюродный братец в воде. Прыгну-ка я на него, задам ему трёпку.

Прыгнул Лис в воду на то самое место, где только что видел Енота. Он нырнул глубоко и давай кусать камни, потому что думал, что это его двоюродный братец. Потом выплыл наверх и уселся на бережку.

Смотрит — опять в воде Енот.

«Как же он улизнул от меня?» — подумал старый Лис.

И снова кинулся в воду и ну кусать камни! Выбрался на берег, а в зубах у него только камни. Опять улизнул двоюродный братец!

Поглядел старый Лис на воду, а круги на воде улеглись, и Енот снова тут как тут!

В третий раз прыгнул в реку Лис, а братца снова нет как нет! Тут с досадой Лис поднял морду кверху и заскулил. А как поднял морду, увидел на дереве Енота.

Енот, конечно, рад был случаю потешиться над старым Лисом и сказал:

— Братец, видно, сильно доняли тебя блохи, что ты вздумал купаться в такую пору! Недаром Черепаха говаривала, что ты всегда прыгаешь сломя голову куда ни попадя! Смотри не простудись, братец. Шуба у тебя — хоть выжми! Если хочешь, я спущусь вниз и угощу тебя табаком — хорошо закурить, когда промокнешь до самых костей!

Так всегда они ссорились, старый Лис и Енот, пока не решили жить в мире. Енот подарил старому Лису двух жирных индюков, чтобы тот позабыл все обиды. И они стали снова друзьями, какими были когда-то.

Вот и вся сказка про Енота и про старого Лиса.