Меган молча сидела в такси. Дорога в аэропорт, казалось, никогда не кончится, потому что, несмотря на ранний час, трасса была забита автомобилями. Вот и сейчас они стояли в очередной пробке.

Водитель на ломаном английском извинился за задержку и вновь пообещал, что доставит Меган в аэропорт как раз к вылету ее самолета.

Неправильно истолковав напряжение своей пассажирки, он без остановки выдавал один за другим факты статистики, которые припас как раз для подобных случаев: путешествие самолетом является самым безопасным среди всех видов транспорта.

В обычный день Меган попыталась бы ответить ему по-испански. Ей казалось, что попытка говорить на родном для местных жителей языке всегда приятна для них. Но на этот раз она не сделала этого. Меган казалось: если она откроет рот, то тут же начнет плакать. Конечно, бьющаяся в истерике женщина не является угрозой безопасности аэропорта, но ей уж точно не хотелось рисковать и быть снятой с рейса.

Поэтому Меган просто улыбнулась и кивнула ему, вновь задаваясь вопросом: что сделает Эмилио, когда проснется и увидит — ее нет?

Прослушал ли он сообщение своего отца?

Она закрыла глаза. В голове все еще звучал язвительный монолог, записанный на автоответчик.

Его первая половина звучала на испанском, но когда Меган вернулась из кухни со стаканом воды в руке, говорящий неосознанно перешел на английский. Этим языком он владел так же хорошо — по крайней мере, если дело касалось оскорблений, которыми его речь была здорово приправлена.

Меган изо всех сил пыталась не слушать. Она даже начала напевать что-то себе под нос, когда поспешила пересечь комнату. Меган хотела заглушить голос, который узнала — голос Луи Риоса. Отец Эмилио был в ярости.

Затем она вдруг услышала знакомое имя и остановилась.

— Чарлз Армстронг звонил мне полчаса назад. Оказалось, он получает эти чертовы британские газетенки раньше! Там написали и про ваше знакомство и даже намекнули на возможную свадьбу. Чарлз просто счастлив по этому поводу! Этот простак купился, но мы не будем обижать его по этому поводу. Он может быть полезен тебе — в определенных кругах у него есть влияние.

Но скажи на милость, о чем ты вообще думал? Ты поцеловал эту девчонку в аэропорту на глазах у огромного количества людей, у которых, между прочим, есть мобильные телефоны! Естественно, ты оказался на первых полосах всех газет. Я не сомневаюсь: скоро ваши фотографии заполонят и Интернет. Я надеюсь, больше ничего изобличающего там нет?

Мой сын — и дочка какой-то уборщицы! Мой бог, о чем ты только думал? Если ты захотел увлечься какой-нибудь из девчонок Армстронга, то почему выбрал эту? Она же внебрачный ребенок! У других есть хотя бы намек на приличную родословную. Что я тебе говорил? Нам в роду не нужны бастарды! В общем, я настаиваю, чтобы ты сейчас же с этим покончил! В противном случае я лишу тебя наследства, причем без всяких угрызений совести.

Монолог еще продолжался, но Меган и так услышала уже больше чем достаточно. Она быстро оделась, последний раз взглянула на спящего Эмилио и ушла.

Поймав на улице такси, она велела водителю ехать в аэропорт.

Эмилио разозлится или в глубине души вздохнет с облегчением, когда обнаружит, что она уехала, оставив ему записку?

Ответ на этот вопрос появился в ее голове раньше, чем ей того бы хотелось.

Заплатив водителю, Меган быстро пошла к терминалу, когда вдруг какая-то тень преградила ей дорогу. Машинально повернув голову, Меган увидела мотоциклиста в черной кожаной куртке, который как раз снимал шлем.

— Нельзя нам продолжать встречаться каждый раз вот таким образом, моя милая.

Меган словно ударила молния, когда она услышала этот знакомый голос с легким акцентом. Ошеломленная, она застыла, безучастно глядя на высокого мужчину, который, как всегда, излучал необузданную энергию, и думала: «Это не может быть он».

По всем законам логики он не мог быть здесь. Она оставила Эмилио спящим в его квартире. Это галлюцинация или она просто сошла с ума?

Эмилио провел рукой по своим взъерошенным волосам и улыбнулся. Затем его взгляд стал злым и холодным. Широко расставив ноги, он встал на ее пути. Его пронзительный взгляд словно пригвоздил Меган к тому месту, где она стояла.

Люди начали оглядываться на них. Не потому, что он делал что-нибудь не так, нет! Он просто стоял, но это был сам Эмилио Риос!

— Ты… здесь… я не… Как? — заикалась Меган, едва различая свой голос, который заглушал ее бешено бьющееся сердце. — Записка… Моя записка, она… — Совершенно отчаявшись построить хоть одно предложение, несчастная Меган покорилась и замолчала.

Эмилио вопросительно поднял бровь, взял Меган за руку и снял сумку с ее плеча:

— Я всегда говорил: если найду женщину, которая путешествует налегке, ни за что не отпущу ее.

Она внимательно посмотрела на него и обреченно вздохнула:

— У тебя есть мотоцикл?

— Он более маневренный, чем машина.

Меган подняла руку к закружившейся голове:

— Что-то мне нехорошо…

Эмилио внимательно посмотрел на нее, и вся его злость испарилась. Меган выглядела такой хрупкой, что ему захотелось защитить ее. Румянец на нежной коже щек только усиливал ее бледность.

— Ты не упадешь в обморок.

Его обычная холодность вызвала в ней негодование.

— Вот упаду мертвой к твоим ногам, поделом тебе будет!

— Да уж, похоже на то, — согласился он, поддерживая ее за локоть.

Меган, все еще в шоке, бездумно отреагировала на его прикосновение.

Прошло какое-то время, прежде чем она поняла: они идут не в том направлении. Она взволнованно посмотрела на его суровое лицо:

— Мой рейс, он… — (Эмилио не останавливался.) — Эмилио!

Меган встала как вкопанная. Не будет же он ее тащить, в конце концов! Ему придется прислушаться к ней.

Эмилио нетерпеливо посмотрел на нее, а потом вновь продолжил сканировать взглядом парковку в поисках машины.

Меган оглядела его. Только сейчас она заметила некоторые детали, которые раньше упустила: непривычная бледность его оливкового цвета кожи и напряжение, сковывающее рот.

Она гнала подальше все беспокойные мысли, убеждая себя: эти странности могут быть всего лишь причиной недосыпания — ничего страшного. Но мозг тут же напомнил ей, из-за кого Эмилио спал так мало прошлой ночью…

Щеки ее вспыхнули, и она отвела глаза.

И вообще, лучше думать о себе. Кто-кто, а Эмилио сможет сам о себе позаботиться.

— Машина должна быть здесь, — объявил Эмилио, посмотрев на свои часы.

Меган не стала выяснять, о какой машине он говорит.

— Послушай, Эмилио, я не знаю, почему ты оказался здесь и как это тебе удалось, но я оставила записку. Я должна уже проходить регистрацию на рейс и…

— Я знаю, что ты оставила записку. — Он стиснул зубы. — У тебя восхитительные манеры и превосходный почерк, однако ни то ни другое не является причиной того, что я провел в постели с тобой последние двадцать четыре часа. — Это простое признание вызвало бурю желания в Меган. Пряча глаза в бесполезной попытке скрыть свою реакцию, она услышала: — И я намерен провести следующие двадцать четыре часа точно так же!

Теперь скрывать чувства было уже бессмысленно.

— О господи, Эмилио! — простонала она тихо, ее золотистые глаза были полны страсти. — Ты не можешь говорить мне такие вещи.

— Почему вдруг? — Он поднял одну бровь и саркастически улыбнулся ей. — Это правда. Или ты пытаешься мне сказать, что не хочешь в постель ко мне?

Меган покраснела до корней волос и украдкой оглянулась. Эмилио даже и не пытался говорить хоть немного тише, и их разговор стал привлекать внимание прохожих.

— Тебя могут услышать, — прошипела она.

«А особо предприимчивые еще и сфотографировать», — подумала она.

— Жалко, что ты не можешь услышать меня… — печально произнес Эмилио.

Он сказал это вслух?

Эмилио почувствовал, как его накрывает волна гнева.

Он раскрыл перед Меган душу, нарушил свои жизненные принципы, убрал привычную защиту с сердца, а ведь это сделало его очень уязвимым.

Меган нарушила все его планы. Он хотел официально признаться ей в любви — пусть это всего лишь формальность, как ему казалось. Но уставшая Меган просто уснула у него на руках после очередного сексуального марафона.

Когда же он сам проснулся, то обнаружил, что Меган пропала. И это было самым разочаровывающим окончанием полного эмоций дня.

Рассерженный, он быстро оделся и поспешил к выходу, но тут зазвонил телефон. Эмилио услышал недовольный голос отца на автоответчике: «Ты не ответил на мое сообщение».

То, что он услышал, вполне объясняло, почему Меган ушла. Но куда?

Когда Эмилио начинали одолевать сомнения, он предпочитал следовать своим первым инстинктам. Сейчас он поспешил в аэропорт. Эмилио был уверен: его мотоцикл и отличное знание города помогут ему быстро добраться до аэропорта. Вот только успеет ли он догнать Меган?

Слава богу, Эмилио прибыл на пять минут раньше ее. Волна облегчения сменилась новой волной — слепой ярости. Как она могла только подумать, что угрозы отца что-то значат для него?!

* * *

— Я должен тебе все разжевывать? — прорычал Эмилио. — Пойдем, — решительно добавил он, вновь беря ее под локоть, на этот раз крепко сжав.

— Но мой рейс…

Он проигнорировал ее.

Меган пыталась достучаться до его разума и логики:

— Эмилио, ты не можешь похищать меня средь бела дня!

— Похищение подразумевает принуждение. А ты хочешь пойти со мной, — уверенно заявил он.

Она прикусила дрожащую губу и нервно сглотнула — в горле застрял комок жалости к самой себе. Неужели судьбой ей уготовано стать одной из тех, кто, будучи обиженными, делает больно другим?

Она вскинула подбородок:

— Человек не всегда может иметь то, что он хочет.

По сравнению с другими у нее и так было многое: здоровье, друзья, хорошая работа. Но у нее не было Эмилио… И при этом важном обстоятельстве довольно сложно чувствовать благодарность за то, что она имела.

Неожиданно Эмилио резко остановился, не обращая внимания на людей на переполненном тротуаре. Он взял ее лицо в свои ладони и заставил посмотреть ему в глаза:

— Но ты хочешь остаться со мной?

Готовая ложь застряла в ее горле. И против воли Меган кивнула. Ее взгляд затуманился, и она уже не увидела триумфа, загоревшегося после этого в глазах Эмилио.

— У тебя было мило…

— Мило?! — Определенно не первое, но и не последнее слово, которое приходило Эмилио на ум, когда он думал о последних двадцати четырех часах.

— Мне все понравилось, но работа не ждет. Мне нужно возвращаться. Может, я смогла бы навестить тебя как-нибудь?

«Боже, что я несу?»

— М-м-м, дружба с преимуществами? — Эмилио рассмеялся. — Что, сверим наши ежедневники? — Насмешка в его голосе была довольно откровенна. Он покачал головой. — Я так не думаю, дорогая.

— Я не это имела в виду. Я имела в виду… — Меган закрыла лицо руками и призналась: — Не знаю, что я имела в виду… Зачем ты приехал? — захныкала она, уже не заботясь о том, что может привлечь чье-то внимание. — Почему бы тебе просто не отпустить меня?

— Однажды я уже допустил такую ошибку.

Меган только собралась спросить его об этом загадочном утверждении, когда Эмилио, наконец, заметил то, что искал, и сменил направление.

— Пойдем! — Он увлек ее за собой.

У Меган даже не было времени сопротивляться его повелительному тону. Теперь она лишь пыталась успеть за его быстрыми шагами.

К тому моменту, как они подошли к длинному, низкому лимузину, она спросила, задыхаясь:

— Это твой?

Он кивнул.

— А что не так с мотоциклом?

— Сложно разговаривать, когда на тебе надет шлем, — сказал Эмилио и кинул этот предмет на заднее сиденье машины.

Затем он заговорил с водителем, который вышел из лимузина, как только они приблизились. Обменявшись с Эмилио несколькими словами на испанском, водитель вежливо кивнул Меган и открыл перед ней заднюю дверцу.

Меган никак не отреагировала на молчаливое приглашение. Вместо этого она повернулась к Эмилио, который просто не знал, куда себя деть от нетерпения.

— Я не хочу разговаривать с тобой!

— Все равно. Говорить буду я, а ты слушай.

Меган совершенно не ожидала такого подхода к ситуации. И когда он сгреб ее в охапку и лично усадил на заднее сиденье, она негромко вскрикнула, протестуя:

— Я не соглашалась!

Но ее довольно громкие выкрики протеста были проигнорированы обоими мужчинами.

Сидя в лимузине, Меган разгладила юбку и повернулась, чтобы устремить яростный взгляд на невозмутимого Эмилио:

— Это нелепо! Чего ты хочешь добиться, похищая меня?

— Мы уже выяснили, что это не похищение. А чего я хочу добиться? Ну, по крайней мере, намека на здравый смысл. — Эмилио посмотрел на ее лицо, вздохнул и признался: — Пройдет немало времени, прежде чем я снова упущу тебя из виду. — Теперь он будет бояться даже закрыть глаза, опасаясь, что Меган снова может исчезнуть.

— Очень смешно!

— Я не собираюсь развлекать тебя.

— А тебе не приходило в голову, что кто-то мог заснять всю эту сцену? — спросила Меган, кивнув назад, в сторону толпы.

Эмилио откинулся на сиденье. Пользуясь огромным пространством в салоне роскошного автомобиля, он вытянул длинные ноги и расстегнул кожаную куртку.

— Ты имеешь в виду, как вчерашним утром?

Меган напряглась, его бледное лицо покраснело от стыда. Он знал, что она прослушала сообщение Луи Риоса. Сам Эмилио был в ярости оттого, что отец влез в его дела.

— Это произошло случайно. Я не хотела слушать это сообщение, — честно призналась она. — Я просто пошла попить воды, когда включился автоответчик, и уже возвращалась в кровать, но услышала имя твоего отца. Я подумала, может, дома какие-то проблемы?

Вместо этого Меган узнала, что сама является проблемой.

— Какое облегчение! А я-то уж подумал, что на мою голову свалилась одна из тех девушек, которые проверяют почту и сообщения своих парней.

— Я бы не… Я… — возмутилась она, но тут посмотрела ему в глаза и остановилась: — Ты это несерьезно…

Конечно, он и был несерьезным. Он же назвал себя «ее парень».

Эмилио хитро улыбнулся:

— Ты так считаешь?

Она опустила глаза:

— Ты говорил со своим отцом? Он все еще злится?

— Возможно. — Эмилио равнодушно пожал плечами. — Моему отцу всегда что-то не нравится.

Поняв, что он пытается сгладить ситуацию, лишь бы не задеть ее чувств, Меган накрыла его руку своей.

— Все в порядке, Эмилио, — честно призналась она и сдержанно улыбнулась, подтверждая это. — Ничего такого, чего бы я уже не слышала.

И тут же тяжело вздохнула, когда он взял ее руку и зажал между своими ладонями.

— Это то, чего ты больше никогда не услышишь, — жестко произнес он.

Румянец залил ее щеки, она рассмеялась и попыталась выдернуть свою руку.

— Да он прав! Я внебра…

Эмилио перебил ее гневно:

— Не говори этого!

Меган вздрогнула от его рокочущего голоса.

— Хорошо, — кивнула она. — Но ты должен помнить, что вы с отцом — представители разных поколений. Такие вещи имеют для него большое значение…

— Дело не в возрасте, а в невежестве. Не надо искать для него оправданий.

— Хорошо, — согласилась Меган. — Отпусти мою руку.

— Нет.

Сейчас у него было такое задумчивое выражение лица, которое только усиливало его образ падшего ангела. Ее чувствительное сердце пропустило несколько ударов.

— Ты не будешь обращать внимание на то, что он сказал, — мрачно наставлял ее Эмилио. Черты его лица словно окаменели. — Да как он вообще посмел?!

Меган стало ясно: дело было не в ней, в отношениях Эмилио с отцом. Она не могла понять одного: как пожилой человек не может осознать, что его наставление действовали на Эмилио, как красная тряпка на быка.

Эмилио Риос был из тех людей, которые не уступали ни в чем, особенно когда на него давили, пусть даже это шло вразрез с его интересами. Он был слишком упрямым.

— Я знала, что ты отреагируешь именно так. Поэтому я ушла.

Он вопросительно поднял брови:

— В смысле?

Эмилио не имел ни малейшего понятия о том, что творилось у нее в голове, но сомневался, что Меган собиралась сказать: «Ты был слеп ко всему, кроме необходимости найти меня и привязать к себе».

Так и получилось.

— Признайся, Эмилио: если бы ты так не стремился доказать отцу, что он не может указывать тебе, что делать, ты бы не поспешил за мной? Но ты доказал. Может, теперь отвезешь меня обратно в аэропорт?

Эмилио резко рассмеялся и взъерошил свои волосы.

— То, как работает твой мозг, будет всегда поражать меня, — сказал он, а сам подумал: «Не говоря уже о том, что еще и разочаровывать». — То есть, следуя твоей логике, если бы мой отец велел мне жениться на тебе, я бы тут же указал тебе на дверь?

— Я не говорю, что ты зашел бы так далеко, но… — Она осеклась, в горле пересохло.

Эмилио наклонился к ней. Его взгляд был прикован к ее губам, и он сказал тихо:

— Вскоре ты узнаешь, насколько далеко я готов зайти, чтобы защитить то, что принадлежит мне.

— Ты думаешь, твой отец на самом деле лишит тебя наследства? Он решится на это?

Эмилио откинулся на спинку сиденья, присвистнув. Было видно, что ему неприятна эта тема и что он смотрит на все происходящее со скептицизмом.

— Да дело не в деньгах! Угрозы моего отца ничего не значат для меня. Он говорил, что лишит меня наследства, когда я разводился. Мой ответ сейчас будет таким же, как и тогда: «Отлично, вперед!»

— Ты разгадал, что он блефует?

«Рисковые меры, но, с другой стороны, Эмилио рожден рисковать».

— Шантаж работает, только если тебя волнует вещь, которой угрожают, — пожал плечами Эмилио. — Мне нравится то, чем я занимаюсь. И я вроде неплохо справляюсь, но если так случится, что завтра мне придется начать все сначала, меня это не особо побеспокоит. А вот у моего отца, который наслаждается своим заслуженным отдыхом на пенсии, очень дорогие хобби. Я зарабатываю много денег, а он много тратит.

— То есть он не будет лишать тебя наследства? — Меган вздохнула. — Ну и слава богу! Но если нужно, я могу поговорить с ним сама и объяснить, что для нас нет… ну, нет возможности осквернить гены семьи Риос. — Зная, что ее смех прозвучал лживо и неубедительно, Меган попыталась соврать более правдоподобно: — Ну, что это был просто… Ну, ты знаешь…

— Нет, я не знаю. Может, ты мне расскажешь, что это было?

— Просто секс, легкомысленный, случайный секс. — Меган увидела, как его глаза загорелись гневом. Она вызывающе вскинула подбородок. — Ну что? Что я опять сказала не так?

Воцарилась напряженная тишина.

Эмилио попытался заговорить, несмотря на комок гнева в своей груди:

— «Просто секс» был у меня. До встречи с тобой. У тебя — нет.

— Ну, тогда у меня был «великолепный секс», — признала она тихо.

Он стиснул зубы:

— Мы занимались любовью, Меган.

Она почувствовала, как он начал сжимать ее руку — все сильнее и сильнее, пока не стало больно. Но Меган едва чувствовала боль. Она не могла отвезти глаз от его лица. В его взгляде она видела нечто невероятное…

— Я мечтал об этом два года.

У Меган свело живот. Она уставилась на Эмилио, ее голова кружилась. Ее трясло, как будто в лихорадке, из-за этих удивительных слов.

Все еще смотря ей в глаза, он поднял ее руку и поднес к губам:

— Но реальность оказалась намного лучше мечты.

Это хриплое признание заставило ее вздрогнуть.

— Эмилио… Я не понимаю…

«Похоже, я сплю, и мне это снится», — подумала Меган, не позволяя себе поверить в то, что его нежный и любящий взгляд значит как раз то, о чем она мечтает.

— Ты думаешь, я не знаю этого? — спросил Эмилио. — Ты самая недогадливая женщина. И угораздило же меня влюбиться именно в тебя! — Он смотрел на ее лицо. — Честно говоря, ты единственная женщина, которую я когда-либо любил.

Она помотала головой. Это было неправдой, она знала, что это было неправдой!

— Но ты любил… Все еще любишь… Ту женщину, которая…

— Ты все еще не поняла? — Эмилио взял ее лицо в свои ладони. — Я влюбился в тебя, Меган. Ты и есть та женщина!

Сказав эти слова, Эмилио почувствовал облегчение. По прошествии двух лет он наконец-то признался ей в своем чувстве.

Едва различимое гудение в ее голове превратилось в громкий гул. Меган, боясь пошевелиться, осторожно посмотрела ему в глаза. Эмилио был абсолютно спокоен. На лице не дрогнул ни один мускул, хотя он был мертвенно бледен.

— Я? — недоумевала Меган. «Что это? Шутка? Если так, это самая жестокая шутка в мире», — думала она. — Но ты же бросил свою жену, ты… — Она замолкла. Кровь медленно отхлынула от ее лица. — Это была… я?!

— Была и есть ты, — сиплым голосом поправил он. — Почему тебе так сложно в это поверить?

Он смахнул большим пальцем слезу, катившуюся по ее щеке. Его любящая улыбка вызвала еще больше слез. Сердце Меган было готово взорваться.

— Но я же не нравилась тебе!

Ее протест потерялся в долгом и нежном поцелуе…

Когда Эмилио отстранился от ее губ, они по-прежнему чувствовали дыхание друг друга и смотрели друг другу в глаза.

«Если это сон, я точно не хочу просыпаться», — думала Меган.

Она пододвинулась ближе, и ее рука скользнула под его кожаную куртку. Меган положила руки на его широкую грудь. Даже сквозь футболку она чувствовала жар его тела и сильные, завораживающие удары его сердца.

— Вроде ты настоящий…

«И уж точно великолепный».

Эмилио улыбнулся и легонько укусил ее полную нижнюю губу.

— Какая ты сладкая! — сказал он, запуская руку под ее юбку и поглаживая гладкую, мягкую, как шелк, кожу ее бедер. Меган еле дышала. — У тебя самая потрясающая кожа!

Меган расстроилась, когда он убрал руку. Если бы он решил заняться с ней любовью прямо на заднем сиденье этого лимузина при условии, что от водителя их отделяла только тонированная стеклянная перегородка, она бы и не подумала останавливать его. Она бы сделала все, чего бы он ни захотел!

На этот раз ей было ничуть не стыдно за свои мысли.

— Но, Эмилио, — начала она, пытаясь собрать в единую картинку все пазлы, ответить на все вопросы. — Я не понимаю… Как… Те выходные…

— Те выходные, — повторил он утомленным голосом.

— Ты презирал меня! Ты едва мог разговаривать со мной и назвал меня потаскушкой.

— В тот день я не мог даже смотреть на тебя. — Эмилио и сейчас залился краской. — Мой бог! — простонал он, отстраняясь от нее. — Я не мог доверять себе, когда мы просто находились в одной комнате. Боялся, что выдам себя с головой. А ты только все усложняла — я чувствовал, что нравлюсь тебе.

— Я так и знала! — воскликнула Меган, откидываясь на спинку сиденья. Она прижала руку ко лбу, остро ощущая прошлую обиду. — Я знала, что ты догадался! Это было ужасно — я чувствовала себя так… так… Когда я сидела за столом рядом с тобой в тот вечер, я не могла дышать… Правда, думала, что впаду в истерику или что-то типа того. В тот день за окном цвели ландыши. Теперь, когда я чувствую их запах, у меня учащается сердцебиение…

— Я не помню, что там были за цветы. Но я помню, как ты вошла, опоздав. Ты выглядела так… — Эмилио со свистом втянул ноздрями воздух и потряс головой. — Я как будто увидел тебя впервые. У меня перехватило дыхание. Я пытался бороться… не хотел признавать даже, что такое возможно. Любовь всегда представлялась мне некоей фантазией. Моя жизнь была четко спланирована: работа, жена, которая не требовала никаких чувств к себе. Эмоциональная отстраненность делала жизнь проще, но до того вечера я и не подозревал, каким одиноким она могла меня сделать.

Тронутая до слез признанием Эмилио, Меган протянула к нему руку и с любовью коснулась его лица. Она знала, что для этого сильного, уверенного в себе мужчины было сложно даже признать свою слабость.

— И когда я поймал того неудачника в машине с тобой, я знал, я все знал… И так сильно хотел коснуться тебя… Это было самой мучительной пыткой. Это… — Он замолчал.

На его встревоженном лице появилось желание, когда Меган обняла его лицо ладонями и притянула к себе.

Уткнувшись в его лоб носом, она закрыла глаза, вдохнула теплый мужской запах и поцеловала. На секунду Эмилио застыл. Затем, застонав, начал целовать ее в ответ с таким яростным голодом и настойчивостью, которые тут же пробудили в Меган ответные чувства.

— Ух ты! — выдохнула она, когда они наконец отстранились друг от друга.

— Да уж, ух ты! — повторил Эмилио.

Он выглядел таким же потрясенным, как она.

Меган повернула голову и поцеловала его руку, которая ласкала ее лицо.

— Но почему ты так и не дотронулся до меня, Эмилио?

— Я был женат.

— Конечно, — вспыхнула она оттого, что ей пришлось напомнить: Эмилио — человек чести. — Ну а потом, когда ты развелся, почему же ты не?.. — (Он вопросительно поднял бровь.) — Почему не пришел и не забрал меня? — спросила она просто.

— Я приходил, — признался Эмилио. — Когда прошло время. Я не хотел, чтобы на тебя вешали ярлыки. Я пришел к тебе домой, намереваясь сгрести в охапку и затащить к себе в постель. — Один уголок его рта приподнялся, и на его лице появилась ироническая улыбка. — Мне даже в голову не приходил вариант, что ты можешь и не ждать меня. Я совсем не был готов к тому, что дверь мне откроет красивый полуобнаженный мужчина и скажет мне, что ты в душе.

— Это был Джош! — воскликнула она.

Эмилио кивнул:

— Да, твой сосед по квартире. Теперь-то я знаю о его ориентации, а в тот день пришел к другому, более очевидному заключению, — развел руками он. — Всегда неприятно почувствовать себя дураком, а также осознать, что твое сердце разбито, а все надежды рухнули. Я чувствовал… — На его лице появилась виноватая улыбка. — Это было нелогично, но я почувствовал, что ты предала меня. Гордость не позволила мне последовать своим инстинктам и отбить тебя у этого парня. Я сказал себе: в следующий раз возьму инициативу в свои руки. В глубине души я никогда не терял надежды, что мне представится случай. Когда Филипп сказал, что твой парень съехал с вашей квартиры, я понял: пора действовать. Давай просто скажем, я не очень-то расстроился из-за этой твоей утраты. На следующий день я поехал в аэропорт, чтобы поговорить с Розанной. Мне хотелось убедить ее: ей не нужно чувствовать себя виноватой. У меня все наладилось с той женщиной, с которой я не мог быть, пока мы были женаты. Я думал о тебе всю дорогу и вдруг встретил тебя в аэропорту! Я не думал о Розанне, когда целовал тебя. Просто следовал своим инстинктам. Ах, если бы я последовал своим инстинктам и в тот вечер, когда твой сосед открыл мне дверь! Этот год был бы совершенно другим…

Боль на его лице вызвала ответную боль в ее любящем сердце.

— А я так завидовала тем худым, красивым женщинам на фотографиях с тобой, — призналась она. — Но как бы сильно я ни старалась, какие бы диеты ни выбирала, я все равно не могла выглядеть как они.

— Бог мой! — воскликнул он, ужаснувшись. — Чего бы я не хотел, так это того, чтобы ты выглядела как эти женщины. Мне нравятся изгибы твоего тела. Такой должна быть женщина — теплой и мягкой. Ты больше никогда не будешь сидеть на диете!

Страсть, с которой он произнес эти слова, вызвала у Меган улыбку.

А потом она посмотрела на Эмилио и сказала немного хриплым голосом:

— Я правда люблю тебя, Эмилио.

— И я люблю тебя.

Их поцелуй длился до тех пор, пока они не подъехали к дому Эмилио. Ни один из них не заметил, что машина остановилась, а тактичный водитель решил не беспокоить их.

Меган положила голову на грудь Эмилио и вздохнула:

— Хорошая вещь заключается в том, что, когда я уйду из фирмы и открою свое собственное дело, я смогу прилетать в Мадрид намного чаще. И может, ты иногда тоже сможешь навещать меня в Лондоне?

— Но ты можешь начать свой бизнес и здесь? Я помогу тебе с языковыми проблемами, хотя, конечно, лучше будет записаться на интенсивный курс подготовки.

— Ты хочешь, чтобы я переехала сюда… Эмилио, это твой способ спросить: перееду ли я к тебе?

Он покачал головой:

— Нет, моя любимая. Это мой способ спросить: выйдешь ли ты за меня замуж? Я думал, это понятно.

— Только не мне, — вздохнула Меган.

— Тебе нужно время подумать? — Эмилио посмотрел на часы. — Достаточно тебе трех секунд?

Меган не могла не рассмеяться над таким странным предложением.

— Я, конечно, смогу подождать эти три секунды, потому что ждал твоего ответа два года, но каждая новая секунда ожидания забирает у меня год жизни.

Он был прав, и осознание этого позволило ей расслабиться. К чему волноваться из-за выбора, который она сделала давным-давно?

— Я бы не хотела этого. Я хочу, чтобы мой муж был рядом еще долго-долго.

Эмилио выдохнул с облегчением. Ему казалось, что он задержал дыхание еще тогда, два года назад.

— Ты не пожалеешь об этом. Я обещаю тебе, Меган, ты не пожалеешь об этом! — воскликнул он и обрушил на нее сотни поцелуев.

Когда Эмилио, наконец, добрался до ее губ, он начал целовать Меган медленно и мучительно нежно.

Спустя какое-то время Меган отстранилась от него, смеясь.

— Я только что поняла. Как долго мы находимся здесь? Я имею в виду — не в машине, а в Мадриде?

Эмилио сверился с часами:

— Почти двадцать четыре часа, если быть точным.

— Ты понимаешь, что я провела двадцать четыре часа в одном из самых красочных и потрясающих городов мира. И все, что я видела, — это твоя квартира и аэропорт? Боже, мы вернулись обратно, а я даже и не заметила!

— Да уж, действительно, — признал Эмилио. — Я чувствую, что должен поделиться с тобой еще более шокирующими новостями. Я не запланировал осмотр достопримечательностей на ближайшее будущее.

Ее губы тронула улыбка, а лицо приняло невинное выражение.

— Что же ты запланировал?

На его смуглом лице появилась озорная улыбка, от которой ее сердце забилось быстрее.

— Пойдем со мной, я покажу тебе.

Меган усмехнулась и взяла его за руку, которую он протянул ей. От этого предложения она не собиралась отказываться.

— Почему бы и нет? Мадрид будет здесь и завтра.

— И в следующую неделю, — кивнул Эмилио. Взяв обе руки Меган в свои, он серьезно посмотрел на нее. — И я буду. Всегда буду рядом с тобой.

Это простые слова значили для Меган намного больше, чем клятвы, которыми они могли вскоре обменяться у алтаря. Она кивнула и сказала:

— И я всегда буду рядом с тобой, Эмилио.

Слезы радости блестели на щеках Меган, когда она позволила Эмилио вывести ее под лучи утреннего солнца.

Так они вступили в новую жизнь.