Люди, стоящие на краю пропасти, в последний момент отступают. Они не прыгают. Но каждая клеточка ее тела словно кричала: «Прыгай!»

Меган чувствовала себя беззащитной.

— На самом деле, все не так просто…

— Да нет. Все очень просто, — возразил Эмилио.

В его голосе не было и следа сомнения.

Хотя почему в нем должно быть какое-то сомнение? Для него-то как раз все очень просто: он чувствовал влечение и соответственно реагировал. Перед ним не стояло никаких моральных дилемм, никаких вопросов о доверии или даже страха, что его сердце может быть разбито.

— Кто-то обидел тебя, Меган?

— Нет. В моей жизни не было никаких трагедий, — четко произнесла она.

Хотя ответ его не убедил, он быстро отвлекся:

— Твоя кожа такая нежная и гладкая… — его взгляд был прикован к ее лицу, — а твои губы… Я видел их во сне…

Меган подняла глаза и простонала:

— Но сейчас же не ночь!

Эмилио откинул назад голову и рассмеялся. Его низкий гортанный смех немного снизил сексуальное напряжение, но передышка была недолгой. Секунду спустя он уже вновь смотрел на Меган. Его белоснежная улыбка напоминала волчий оскал, а во взгляде можно было прочесть хищное желание. Казалось, атмосфера вокруг них накалилась до предела…

— Ты из тех девушек, которые любят, когда свет выключен?

Она была из тех девушек, которые любят читать книги за чашкой какао. Но Меган очень сомневалась, что он поверит в это.

— Хотя не могу не согласиться — темнота имеет свою привлекательность. — Эмилио продолжал соблазнительно мурлыкать ей на ухо. Волоски на ее руках встали дыбом, а кожу начало покалывать от возбуждения. — Она помогает отбросить всю сдержанность и дает полет воображению.

Меган, которая в голове и так отбросила всю сдержанность, начала медленно задыхаться. Казалось, в ее сдавленные желанием легкие воздух не поступал совсем.

— С другой стороны, я считаю, что зрительный стимул очень…

С отчаянным воплем она выдернула свои руки из его ладоней, зажала уши и закрыла глаза:

— Мы не обсуждаем твои сексуальные пристрастия!

За этой внезапной вспышкой истерики последовала натянутая тишина. Меган все еще стояла с закрытыми глазами, осознавая, что теперь-то уж точно упустила возможность попасть в клуб «Я переспала с Эмилио Риосом».

— Правильно. Мы обсуждаем твои.

Глаза Меган медленно открылись. Она осторожно посмотрела на него, и вся ее оборона мгновенно рухнула, когда помимо сексуального голода она увидела в его глазах нежность и ласку.

— Я хочу знать, что доставит тебе удовольствие.

Меган не потребовалось много времени на раздумья. Ее ноги ослабли, и она произнесла правдивое, но безрассудное:

— Ты!

Когда Эмилио услышал ее признание, его глаза вспыхнули огнем.

Меган не понимала ничего из того потока страстных слов на испанском, который обрушился на нее. Она просто восторженно слушала Эмилио и в предвкушении любовалась его чувственными губами, на которых застыла торжествующая улыбка удовлетворения.

— Я не знаю, что ты сейчас сказал, но…

Он оборвал ее — к счастью, потому что Меган не знала, что будет говорить дальше. Какое вообще может быть но после того, как ты призналась мужчине: он фактически олицетворяет все твои сексуальные фантазии?

— Я сказал, что собираюсь доставить тебе удовольствие, — хрипло сказал Эмилио.

Сердце Меган забилось как бешеное, кровь стучала в висках. Она ни на секунду не сомневалась, что Эмилио выполнит свое обещание, и больше не могла ждать — это было то, чего она хотела. То, чего всегда жаждала.

«Но тебе нельзя иметь то, чего ты всегда хотела. Ты можешь рассчитывать лишь на крошечную часть этого. Хватит ли тебе?»

Меган подняла подбородок, пытаясь не слушать шепот сомнений в своей голове. Нужно пойти на риск. Жизнь коротка, и когда судьба дает тебе такой ценный и редкий шанс, просто глупо не ухватиться за него обеими руками!

Да и альтернатива пугала: всю жизнь думать: «А что, если?..»

Но сейчас Меган не хотела думать об этом. Она хотела Эмилио… Хотела чувствовать его на себе. Внутри себя…

Впервые она позволила себе посмотреть на мужчину, не скрывая чувств. Меган ощутила одновременно страх и свободу. Как все сложно, как запутанно… Но с каких это пор что-либо, связанное с Эмилио, было незапутанным?

— Эмилио, я хочу тебя так сильно, что не могу сдерживаться…

Меган услышала, как он громко и резко вздохнул. Его длинные пальцы начали скользить по ее шелковистым волосам. Она откинула голову назад. А затем глаза ее заволокло туманом страсти и желания, когда он, запустив руку в ее волосы, притянул Меган к себе.

— Ты такая красивая! Это лицо, это тело…

Меган увидела в его глазах необузданный голод и, наконец, впервые в жизни почувствовала победное чувство власти над мужчинами. Именно об этом чувстве ей и говорил Эмилио.

Довольно приятное ощущение…

Ей хотелось рассказать об этом Эмилио, сообщить, что она впервые почувствовала это, предупредить, что он вообще первый мужчина, который…

Ее глаза округлились. Боже, она обязательно должна предупредить его! Вдруг ее неопытность станет проблемой? Пусть лучше Эмилио узнает об этом сейчас, чем потом. Ведь, если он отвергнет ее потом, это станет тяжелейшим ударом…

— Ты помнишь ту ночь в машине?

«Конечно, он помнит, — сказала она себе. — Он считает, что как раз это событие способствовало моему духовному падению».

— Помню, что той ночью я был так близок… — перебил ее Эмилио.

Веки Меган опустились. Она могла ощутить его дыхание на своей коже, на губах. Мысль о признании ускользнула — ее место заняла страсть. По телу побежали мурашки. Она завороженно смотрела на мелкие морщинки вокруг его глаз и золотые кончики темных ресниц. Эмилио был самым потрясающим мужчиной на свете. Идеалом. И он хотел ее…

— Так близок?.. — повторила Меган, пытаясь пробраться сквозь туман плотских желаний.

— К тому, чтобы задушить мерзавца, — сухо объяснил он.

Не последовать своим инстинктам тогда потребовало от Эмилио огромной силы воли. Но те усилия меркли по сравнению с нынешними, когда он пытался удержаться и не обнять Меган, чтобы успокоить ее.

Бледная, она стояла там, дрожа, и выглядела такой хрупкой и уязвимой, что ему хотелось защитить ее. Но помимо этого инстинкта в нем просыпались и другие…

Меган пыталась не расплакаться, а он пытался соблюдать дистанцию.

Эмилио не позволял себе даже прикоснуться к ней в этот момент.

Ему нельзя этого делать. Эмилио знал: если начнет ее успокаивать, остановиться уже не сможет…

Меган все-таки соблазнила его. Он просто был пленен ею! Эмилио стоял там и сражался со своими инстинктами. Масла в огонь подливал его статус разведенного мужчины, которому бывшая жена накинула петлю на шею.

В голове всплыли отрывки последних воспоминаний о начале конца…

— Я понимаю, — сказала Розанна, когда обнаружила, что он вывез свои вещи из их общей квартиры.

— И чувствуешь облегчение? — спросил Эмилио с искренним любопытством.

Сам он чувствовал ответственность за то, что произошло. Брак он всегда воспринимал как любой другой контракт.

Теперь, когда у него появилась возможность остановиться и оглянуться назад, Эмилио понимал, что такой взгляд на брак был ошибкой. Брак — это не договор.

Вторая его ошибка заключалась в том, что он не учитывал эмоциональный фактор. Он не допускал даже возможности, что Розанна нуждалась в чем-то большем, чем он был готов или мог ей предложить.

То, что случилось затем, оказалось неизбежным.

Его предположение заставило неверную жену почувствовать себя неловко.

— Не то чтобы мне не нравилось то, что было между нами. Не это стало причиной, почему я переспала с…

Эмилио сжалился над ней:

— Все в порядке. Мне неинтересно, как все было на самом деле, Розанна, и я не хочу знать его имени.

— Конечно, не хочешь, — усмехнулась она. — Ты непременно узнал бы, кто он, если бы любил меня.

— Я никогда…

— Я знаю, — прервала его Розанна. — Он тоже не любил меня. Но он говорил, что любит. Понимаешь, мне нужно было это услышать, пусть даже это оказалось ложью, — с грустью признала она. — Не смотри на меня так, Эмилио. Не жалей меня. Я же не прошу тебя спать со мной. Но я отлично понимаю — у тебя появятся потребности… И я не буду возражать…

— То есть ты мне разрешаешь заниматься сексом с другими женщинами?

— Это разумное решение.

Слова Розанны, сказанные с холодным безразличием, внезапно всплыли в памяти Эмилио. Их брак был в лучшем случае компромиссом, а на самом деле просто разваливался.

— Более разумное, чем развод?

Она посмотрела на него и побледнела:

— Ты согласился хотя бы попробовать…

— Я согласился, что нам лучше быть друзьями, чем любовниками. Я согласился, что семейная жизнь — не для меня. Я согласился, что развод будет тяжелым и неприятным.

— Ты встретил кого-то? Кого-то особенного? — осторожно предположила Розанна.

Это предположение позабавило его.

— Я не встретил никого, с кем бы мне хотелось заняться любовью. Но даже если бы такое произошло, у меня нет желания снова увязать в очередном браке, — сказал он Розанне, свято веря в свои слова.

Прошло полгода, а он до сих пор не воспользовался возможностью изменить бывшей жене без чувства вины. Это заставляло задуматься. Шесть месяцев — долгий срок, а Эмилио был мужчиной со здоровым половым инстинктом. И даже отвлечение на работу, пусть даже успешную, не решало проблему.

Не являлся ли тот факт, что Эмилио все еще расценивал секс вне брака как измену, причиной нежелания признавать проблему? Но не отвращение к измене останавливало его в ту ночь, когда он смотрел на Меган и сгорал от страсти. Просто он осознал: если поддастся инстинктам и воспользуется ею в такой момент, то будет ничем не лучше того мерзавца, с которым он разобрался тогда.

Эта мысль вызвала в нем отвращение. Впервые в жизни Эмилио хотел большего, чем просто секс. Ему претила сама мысль о какой-то жалкой тайной интрижке. Не хватало только, чтобы их отношения были запятнаны ошибками его прошлого.

И хотя у Эмилио была непогрешимая репутация, это не означало, что в прошлом он не делал ошибок. Просто он не афишировал их.

И он знал — нужно быть терпеливым. Именно такое решение Эмилио принял той ночью — оно мучило его вот уже два года.

Но он никогда не повторял одних и тех же ошибок дважды.

И вот наступил его час. Эмилио собирался сделать Меган Армстронг своей. Он хотел заставить ее забыть каждого мужчину, которого она знала. Потребность в этой женщине не ослабла по прошествии времени, а только усилилась.

Меган обязательно будет его!

Проведя пальцем по ее гладкой щеке, Эмилио улыбнулся. Он вдохнул запах ее волос и позволил себе раствориться в этом яблочном аромате.

— Я не дрался с тем парнем…

Меган, находясь в плену своих чувств, рассеянно переспросила:

— С кем?

Меган даже поджала пальцы на ногах, чувствуя его теплое дыхание на мочке уха. Мурашки вновь пробежали по телу.

Он приблизил свое лицо к ней так, что они практически соприкасались носами.

— С парнем, с которым ты боролась в машине.

— Ты признал — я сопротивлялась, — сказала Меган.

«Поцелуй меня, пожалуйста, поцелуй!» — кричало ее подсознание. Но он не целовал, и каждая последующая секунда была абсолютным мучением.

— Да. — Эмилио немного поднял голову, подцепил большим пальцем ее подбородок и аккуратно начал поворачивать ее лицо из стороны в сторону, изучая нежные черты. — Мне нужно было задушить его, — протянул он задумчиво. — Я, правда, хотел. Но не так сильно, как хотел вот этого… — И он прижал Меган к себе, мужские руки опустились на ее бедра и начали скользить вверх к талии и обратно вниз, изучая женственные изгибы.

Зрачки Меган расширились, а дыхание перехватило, когда она почувствовала четкие очертания его эрекции.

— О боже мой! — простонала она, когда что-то внутри ее взорвалось и жар разлился по телу. — Ты хотел… той ночью… Но ты же был женат!

Эмилио усмехнулся, но улыбка не затронула глаз.

— Ты правда думаешь, будто какая-то бумажка может заставить мужчину не хотеть другую женщину? Ты, как никто другой, должна знать, что это не так.

Она вздрогнула при напоминании о ее детстве.

— Хочешь сказать, что, если бы это было не так, меня бы вообще не было? — тихо произнесла она.

Может, некоторые мужчины просто не должны жениться. Особенно такие сексуальные, как Эмилио Риос.

И тут на нее обрушился поцелуй — страстный, всепоглощающий. У нее перехватило дыхание от сильного давления его губ. Его язык настойчиво пытался пробраться в ее рот. Руки Меган скользнули на его талию, чтобы удержаться на месте. Она страстно целовала его в ответ, не думая о красоте или изяществе. Теперь в ней говорил тот же голод, что и в нем.

Когда они, наконец, отстранились друг от друга, ей понадобилось несколько секунд, чтобы восстановить порядок в голове и разумно осознать все произошедшее.

— Ты же сделаешь это еще раз, не так ли? — спросила она.

Он улыбнулся. Его темные невероятные глаза, казалось, жадно поглощают каждую черту ее лица, его пальцы гладили ее шею.

— Тебе решать…

Его ответ разочаровал ее.

— Мне нужно… умолять?

Эмилио выглядел самодовольно и уверенно. Ничего удивительного — всю жизнь вокруг него были женщины, которые умоляли…

Видит бог, Меган не хотела быть очередной зарубкой на ножке его кровати. Но если бы ей потребовалось умолять Эмилио, она сделала бы это.

К тому же, по убеждению Эмилио, у нее не было гордости и самоуважения.

— Тебе просто нужно сказать мне, что ты хочешь меня так же сильно, как я хочу тебя! — потребовал он.

Меган отвернулась. Ее губы дрожали.

— Как будто ты не знаешь… — прошептала она.

Он нахмурился, услышав горечь в ее голосе:

— Просто мне нужно услышать это из твоих уст.

Она не могла больше терпеть. Каждая клеточка ее тела жаждала его прикосновения.

— Я хочу тебя, Эмилио!

Его ноздри раздулись от теплого женского запаха. Он начал покрывать поцелуями ее губы, медленно пробираясь к уголку рта, нежно прикусил ее нижнюю губу…

— Но если ты все еще хочешь осмотреть достопримечательности… — поддразнил он Меган, аккуратно пройдясь языком теперь уже по внутренней стороне ее приоткрытых губ. — Хотя должен заметить, что моя спальня намного ближе…

Если они зайдут так далеко, это будет волшебством. Он изо всех сил цеплялся за последние остатки самообладания. Меган дрожала от страсти, и это было удивительно. Ее дикая реакция кружила Эмилио голову. Сейчас единственным его желанием было погрузиться в нее…

Меган откинула назад волосы. Ее щеки горели румянцем.

— В кровать, будь так любезен…

Из горла Эмилио вырвался хрип. Его сильные руки обвили Меган. Он уткнулся в нежную кожу обнаженной шеи, покрывая ее поцелуями и нежно покусывая.

Меган обмякла в его объятиях. Она не могла контролировать свои ватные ноги, когда Эмилио вслепую пробирался к двери в спальню.

Он достиг двери и ее губ одновременно. Эмилио шептал что-то соблазнительное, не отрывая глаз от ее лица. Затем он поднял Меган на руки, как будто она ничего не весила. Теперь Меган управляли только инстинкты, заставляющие реагировать на неограниченную власть и силу его жестов.