Стоит напомнить, что в свое время никто не ожидал того, что американская элита пойдет на широчайшее внедрение в жизнь Америки социалистических элементов: той же пенсионной системы в 1935 г. Никто в свое время не мог предвидеть, что Штаты в 1971-м откажутся от золотого обеспечения доллара, а всего лишь три года спустя окажутся на грани введения «имперского президентства» – настоящей диктатуры Никсона. Кто мог предсказать грандиозную операцию «таран Манхэттена» 11 сентября 2001 года? А сама Гражданская война в США в 1861–1865 годах? Она ведь тоже казалась фантастикой. Но тем не менее она разразилась и стала самым кровопролитным для американцев конфликтом. Кстати, та война стала последствием перехода Америки из доиндустриального порядка (южные капиталисты– плантаторы-рабовладельцы) к индустриальному капитализму (северяне-янки). Как выразился Сергей Переслегин, конфликт Север-Юг потребовался в ходе «инсталляции промышленного капитализма». И где гарантия того, что подобная война не разразится на переходе Америки от нынешнего финансово-потребительского капитализма в некую новую реальность?

Тем более что губернатор Техаса Рик Перри уже в открытую (2011 г.) угрожал отделением штата от США.

Вызов, лежащий на поверхности, – это резкое снижение уровня жизни американцев, причем в условиях нарастания взаимной ненависти в социуме. Если снижение среднего уровня жизни американцев с 1981 года в ходе неолиберального эксперимента шло постепенно, понемногу загоняя на работу матерей семейств и мужей (на вторую работу), то теперь есть угроза «залпового» падения, сравнимого разве что с 1992–1993 годами у нас. Вкупе со всплеском безработицы до 15 % активного населения. Это может произойти в условиях крайнего насыщения США частным стрелковым оружием (свыше 300 млн единиц), при падении финансирования силовых структур и их возможном разложении, при нарастающем недовольстве ряда штатов центральными властями. Усиливающееся ожесточение в общественно-политической жизни Америки видно нынче всем. При этом часть электората тянет в тупиковый вариант европейской социал-демократии (грубо говоря, приверженцы Обамы), а часть – в столь же тупиковый вариант «чистого капитализма времен Дикого Запада» (Партия чаепития). При этом ни тот, ни другой лагерь не адекватны вызовам времени и не способны обеспечить ни новой индустриализации, ни перехода на новый технологический уклад. При этом страсти между ними накаляются, подогреваемые заодно и расовым фактором (среди «социалистов» много цветных).

Наложим на сей фактор следующий: явную деградацию элиты Штатов. Сможет ли она, ввергнув свой народ в лишения и испытания, обеспечить и неоиндустриализацию, и прорыв в новый техноуклад? Не получится ли, как в РФ, «шока без терапии»? Ведь в таком случае распад или гражданская война становятся куда более вероятными исходами. Нужно заметить, что элита США еще не утратила навыков по экспорту кризиса во внешний мир (события на Ближнем Востоке и в Северной Африке, ранее – Югославия), однако явно не выказывает успехов в деле организации мегапроектов развития и строительства новой промышленности. Этим нынешние владыки Америки сильно отличаются от своих предшественников середины ХХ века, умевших и то, и другое обеспечивать. Если же случится «шок без терапии», то мы можем увидеть гражданскую войну. С неминуемой сецессией ряда штатов.

Мы должны принять по внимание деградацию элиты и на уровне штатов, где уже есть фигуры, готовые стать во главе новообразованных государств третьего мира, опирающихся на нефтедобычу. Вполне возможно, что у них есть иллюзии насчет возможности сохранить ядерные силы (развернутые на их территориях) и уцелевшую промышленность. Но от этого Штатам не легче.

Гражданские беспорядки и попытки сепаратизма так же неизбежно приведут к силовым попыткам центральных властей удержать страну, что выльется в сворачивание институтов формальной демократии либерального толка и к репрессиям. Мы можем увидеть и диктатуру в США. Причем ее неудача будет означать срыв в хаос и новое средневековье. Таковы опасности, которые можно считать самыми очевидными. Но есть и более скрытые тенденции кризиса американской модели капитализма.