Рассуждать о постсоветских реалиях в экономических терминах и категориях просто невозможно, потому что это какое-то тотальное членовредительство и оголтелое самоистязание народов. Когда Максим Калашников говорит о «неоварваре», нужно понимать, что речь не идет о простом дублировании старого варварства. Дельфин похож на рыбку внешне, но он не рыбка анатомически. Неоварвар похож на варвара Темных веков, но анатомически неоварварство имеет иную природу.
Дело в том, что старый варвар, прежний дикарь, был собой вовсе не по свободному выбору, а по необходимости. Его никто не спрашивал – хочет он быть варваром или предпочел бы переехать в 1975 год, пожить нормальной, человеческой жизнью без крови, разбоя и липкого постоянного страха за свою шкуру как у богатых, так и у бедных. Старый варвар просто не знал иной, кроме варварской, реальности, он выживал как умел и как мог. И неплохо выживал, потому что мы все – потомки тех старых дикарей.
Когда сумасшедший встает на четвереньки и пытается есть траву, то он не превращается в корову. Он много хуже коровы, потому что травоядение коровы органично, оно естественно, оно не ведет к вымиранию вида. И потому мы считаем нужным подчеркнуть в контексте повествования Калашникова и Ефремова, что новые дикари отличаются от старых в первую очередь тем, что НЕЖИЗНЕСПОСОБНЫ.
Старые дикари, внешне похожие на калашниковских «неоварваров», обладали своим, дикарским рационализмом, стремлением к лучшему, жаждой жизни. Старые дикари от дикарства поднимались вверх.
Неоварвары сознательно выбрали дикость взамен человеческой жизни. Они идут через дикость не вверх, а вниз. Они пытаются копировать обезьянью поведенческую модель, но обезьянами они не станут. Почему? Потому что на обезьяну, как ни смешно, тоже нужно учиться, а дегенерат учиться не любит.
Жизнь обезьяны в джунглях полна опасностей, требует очень многих рациональных умений и навыков, которых у неообезьян «Эм-ти-ви» никогда не было и не будет. Если считать дикость профессией, то это очень сложная профессия для выживания в ней, она требует ловкости, силы, смекалки, особых способностей. Все 24 часа в сутки у настоящего дикаря заняты ВЫЖИВАНИЕМ. Неоварвары же проблемами выживания не заморачиваются, они считают выживание таким же «воздухом вокруг», каким совки в 1991 году считали отсутствие безработицы, голода, социальный пакет, 8-часовой рабочий день и тому подобные завоевания социализма (вспоминается, как сатирик Петросян восклицал: «Никому не отдадим наших завоеваний! А что, кто-то пытается у нас их забрать?!» И весь зал совков ржал…).