Примеров шизофренизации полным-полно и в нынешней РФ. Например, Стратегия национальной безопасности и уточненный бюджет-2009 противоречат друг другу. А до кризиса бюджеты противоречили программным выступлениям первых лиц государства, излагавших планы борьбы с демографическим кризисом, инновационного развития страны и т. д. Типичный пример «раздвоения сознания» – когда нынешний глава министерства образования и науки А.Фурсенко говорит о том, что образование у нас плохое, а министерство работает из рук вон плохо.

В обстановке шизофренизации и отказа от целеполагания работа в элите заменяется на бурную имитацию деятельности, реальные достижения заменяются на пропагандистские фанфары и телевизионные картинки. Все время что-нибудь реформируют и перестраивают, толком не добившись нормального результата от вчерашних преобразований. При этом руководители не несут никакой личной ответственности за провалы. Помните черномырдинское: «Хотели как лучше, а получилось как всегда»? В РФ некоторые руководители, наломав множество дров и нанеся громадный ущерб стране, все равно остаются в элите. Можно напомнить недоуменный вопрос премьера Путина в Пикалево: «А почему за то, что случилось, никого не посадили? Посадки-то где?» Нет их, ибо безответственность стала законом нашей жизни.

И, наконец, была сделана ставка на криминалитет. Наша элита обогащалась преступными методами. Криминалитет поддержал Ельцина. И сегодня все криминализовано, все стоит на взятках, казнокрадстве, правовом нигилизме сильных мира сего, – поясняет Георгий Геннадьевич.

Итак, факторы-убийцы продолжают действовать. И это происходит на фоне потери Россией советского наследства. По словам Г. Малинецкого (а его ИПМ занимался ключевыми технологиями, поднявшими нашу страну на пьедестал сверхдержавы в XX веке), козырными технологиями СССР выступали:

• Ядерное оружие.

• Космические технологии.

• Надежные шифры.

В XXI столетии, в дополнение к этим «кольцам всевластия», добавляются новые:

• Проектирование будущего.

• Высокие гуманитарные технологии.

• Технологии сборки и уничтожения социальных субъектов.

– Что происходит сейчас? – рассказывает ученый. – Мы на сегодня потеряли советское наследие, а новыми козырными технологиями в РФ толком не занимаются. Ядерное оружие – уже не козырь для России. Не так давно знаменитый Збигнев Бжезинский высказался примерно так: Россия может иметь сколько угодно ядерных чемоданчиков и ядерных кнопок, но поскольку 500 миллиардов долларов российской элиты лежат в наших банках, вы еще разберитесь: это ваша элита или уже наша? «Я не вижу ни одной ситуации, при которой Россия воспользуется своим ядерным потенциалом», – съязвил Бжезинский.

Что касается космических технологий, тут все очевидно. Наша космическая промышленность в упадке: у РФ вот уже 17 лет нет систем, работающих в дальнем космосе.

Шифры? Тоже потеряно ой как много. Нас уже насквозь «просматривают», читают, как открытую книгу. Мы знаем, что ряд наших офицеров в августе 2008 года в режиме реального времени сливал информацию и в Вашингтон, и в Тбилиси.

Словом, прежние козырные технологии ослабли, а разработкой новых РФ реально не занимается…

– Казалось бы, каждое действие нашего правительства должно опираться на передовые инновации, разрывающие тесный круг кризиса и безысходности, дающие новые пространства свободы, – продолжает Георгий Геннадьевич. – А что мы видим в реальности? Кризис только усугубляется.

Вот министр обороны А. Сердюков проводит военную реформу.

Ее основные планы таковы.

Будет сокращено около 200 тыс. офицеров и 150 тыс. прапорщиков и мичманов.

То есть сухопутные войска сокращаются в десять раз, ВВС и ВМФ – вдвое. А как мы после такой реформы будем держать границу? Где те самые инновационные технологии оборонно-промышленного комплекса (ОПК), которые позволят решить эту задачу после таких сокращений? К сожалению, все предложения нашей организации по модернизации ОПК, которые позволили бы хоть как-то обеспечить обороноспособность страны после сердюковского разгрома, пока блокируются. Нам отвечают: вот сначала реформируем армию, а потом будем читать ваши бумаги… США уходят в отрыв А параллельно в США военный бюджет нарастили до астрономических размеров. Оборона в Америке выступает как мощный мотор инновационного развития. Все прорывные инновации финансировались и финансируются прежде всего из военного бюджета. Все – включая продукцию Билла Гейтса. Весь космос был отработан не на частные инвестиции, а на деньги государства. Частный бизнес пришел сюда потом. То же самое касается большой химии, компьютеров, Интернета: все это было вброшено в реальность с помощью государства, а не частного бизнеса – последний только потом все это коммерциализовал. Агентство передовых разработок Пентагона, DARPA – одна из важнейших структур американской экономики.

– Посмотрите на размеры бюджетных ассигнований на оборону: цифры несколько устарели, но общая табель о рангах сохранилась, – поясняет Г. Малинецкий. – РФ занимает «почетное место» между Италией и Южной Кореей. А сейчас, в ходе кризиса, положение с финансированием обороны в РФ ухудшается. Вот нетривиальная задача: как при таких расходах сохранить обороноспособность? Военные НИОКР (научно-исследовательские и опытно-конструкторские работы) в Соединенных Штатах примерно в сотню раз больше, чем у нас. Ладно, если бы в десять раз – в этих условиях можно хоть как-то соревноваться. А когда превосходство доходит до сотни крат, тут получается, как в поговорке: против лома нет приема. Интересно, как мы собираемся обеспечить национальную безопасность? Тут, по мнению исследователя, нужны самые смелые инновации, революционные прорывы в военном деле. Но где они в РФ?– Американцы уже через неправительственную организацию вбросили в сознание миф о дешевой ядерной войне. Предложили нанести удары всего по двенадцати экономическим объектам в РФ. Ибо, если армия России уже небоеспособна, достаточно уничтожить ее промышленность, – говорит Георгий Геннадьевич. – Экономия налицо: при Эйзенхауэре планировалось уничтожить в случае войны 193 миллиона советских людей, в 2001-м речь шла уже о 8–12 миллионах жителей РФ, а теперь можно сократить жертвоприношение до двух миллионов. И это – несомненная инновация.Перечислены объекты и аккуратно посчитано число жертв (в зависимости от силы ядерного заряда – от 3 до 300 килотонн): «Омск, нефтеперерабатывающий завод (6775–336602); Ангарск, нефтеперерабатывающий завод (1223–281255); Кириши, нефтеперерабатывающий завод (779–36548); Магнитогорск, металлургический комбинат (5894–273555); Нижний Тагил, металлургический комбинат (5420–316994); Череповец, металлургический комбинат (6851–150719); Норильск, «Норникель» (13794–249657); Братск, Братский алюминиевый завод (1349–104067); Новокузнецк, Новокузнецкий алюминиевый завод (100–49859); Березовское, Березовская ГРЭС (104–28139); Среднеуральск, Среднеуральская ГРЭС (3030–83121); Сургут, Сургутская ГРЭС (1443–85964). В общем на немедленную гибель в этом варианте действительно обрекается около 2 миллионов человек.Но вот что интересно: а почему мы на государственном уровне (общественники – не в счет) не обсуждаем, по каким целям бить в США? По-моему, уже пора…