- Может так оно и есть, - сказал я, - но Натан Альбро был ловким человеком. Могу споить на что угодно, эти миллионы нигде не спрятаны. Они куда-нибудь вложены и зарабатывают приличные дивиденты. Он за всю свою жизнь сделал не так уж много ошибок. - Допив кофе, я встал. - Пойду в отель, немного посплю. К счастью, я заплатил надолго вперед.

- Береги себя, Майло, пожалуйста, береги себя. - Молли положила мне руку на плечо. - Не знаю, что я буду без тебя делать.

- Скорее всего, без меня тебе будет легче, - сказал я. - Но все равно, никуда не уходи. Завтра у нас будет очень тяжелый день. Я это чувствую.

Поставив лошадей в конюшню, я обтер их и засыпал корма. Первое их удивило, второе понравилось, но у меня было такое ощущение, что они нам скоро понадобятся, так пусть уж будут в хорошей форме и постоянной готовности.

Я убедился, что мою комнату не обыскивали. Быстрый взгляд по крышам напротив не дал ничего примечательного, улица тоже была пустынной, хотя рассвет уже приближался.

Первым в моем списке стоял Джефферсон Хенри. Я нашел девушку, которую он искал, - он мог забрать ее и делать с ней все, что хочет. Они друг друга стоили.

Никогда еще постель не была такой приятной. Я вытянулся, застонал от наслаждения и тут же уснул.

Когда утром я спустился вниз, солнце сияло восю. На секунду я остановился на ступеньках лестницы, осматривая улицу.

Как я и думал, на ней царила деловая активность. Напротив магазина подметает человек, рядом стоит фургон с упряжкой лошадей, проезжает какой-то всадник, две женщины, приподнимая юбки, ступают с дороги на дощатый тротуар.

- Приехали вчера вечером?

Ко мне, наклонившись над конторкой, обращался портье.

- Про вас спрашивали. - Он помолчал. - Останетесь в городе?

- Да, еще на несколько дней.

- Мэгги приказала вышвырнуть вас вон, если вы вдруг объявитесь. - Он улыбнулся и пожал плечами. - Мэгги приходит не часто, она не узнает, что вы остаетесь. Во всяком случае, пока вы платите по счету, у меня нет причин выгонять вас.

- Спасибо.

- Здесь ошивалась пара людей Тейлора. Лучше отстегните ремешок на кобуре. - Это был дельный совет, и я ему последовал. - Вы поверили в эту историю, что миллионы Альбро спрятаны в наших краях?

- Нет. Он был слишком хитрым для этого.

- Говорят, что вы все за ними гоняетесь: тот человек в персональном вагоне, Мэгги, Ролон Тейлор, Прайд Хоуви и вы.

- Люди любят поговорить. - Я наблюдал за улицей и размышлял. - Если подумать, то альбро не был человеком, у которого деньги лежат мертвым грузом. Где бы ни были эти миллионы, они наверняка хорошо вложены, могу поставить последний цент.

- Может и так. - Портье пожал плечами. - Для людей нет ничего увлекательнее, чем зарытое сокровище. Такие истории любят все. Некоторые утверждают, что вы с той девушкой знаете, где оно спрятано.

- Жаль, что это не так, - серьезно ответил я. - Нас бы давно здесь и след простыл.

Вначале Джефферсон Хенри. Подойдя к двери, я взглянул налево и направо и только потом вышел.

На меня наверняка показывали пальцами из окон. Со слов портье и Германа я знал, о чем говорит весь город, история и в самом деле была интересной.

Вагон стоял на запасных путях в нескольких ярдах от того места, где стоял в прошлый раз. Я легко подтянулся по лестнице и постучал. Дверь открылась почти сразу же, и высокий, величавый негр провел меня в кабинет. Через секунду, застегивая на ходу жилетку, вышел Джефферсон Хенри. Под его глазами синели мешки, он выглядел очень усталым.

Хенри посмотрел на меня, и в его вгляде я не заметил удовольствия.

- Не ожидал, что вы будете носиться по всей округе, - сказал он.

- Вы поручили мне найти девушку, я ее нашел.

Он, казалось, не удивился.

- Да?

- И на вашем месте я бы оставил ее в покое. Она принесет вам только беду.

- Я нанял вас найти ее, а не выслушивать ваши советы.

- Ладно, я ее нашел. Сейчас она называет себя Энн и живет или жила в Фишерс Хоул. С ней несколько очень жестких парней, но, похоже, заправляет всем она.

- Хорошо, можете идти.

- Сначала тысяча долларов премиальных. Я нашел ее.

Он смотрел на меня, а я ждал.

- Вы их не заслуживаете.

Моя улыбка раздражала его больше, чем слова.

- Вопрос не в том, заслуживаю я их или нет, - сказал я. - Это было ваше предложение, я его принял и выполнил свою работу.

Он тяжело сел.

- Хорошо. - Джефферсон Хенри выписал чек на местный банк. - Берите и проваливайте.

- Будет лучше, если это нормальный чек, - сказал я.

- Это нормальный чек. - Неожиданно он посмотрел мне в глаза. - Вы видели ее раньше?

- Да. Она гостила на нашем ранчо.

Это, по крайней мере, было для него приятным известием.

- Я так и думал. Вы знали, где она прячется?

- Нет, не знал. И мне не показалось, что она прячется. Скорее, она ждала.

- Ждала?

- Да, думаю, она ждала вас или кого-нибудь еще, чтобы вы ее нашли. Думаю, она хотела уладить какие-то счеты подальше от людских глаз и в таком месте, откуда можно легко скрыться. Она ждала вас и кое-кого искала.

Это его озадачило и обеспокоило. Он снова взглянул на меня.

- И кого же?

- Вы мне заплатили, и больше я на вас не работаю, но вот вам маленький совет, хотите вы его или не хотите, - сказал я. - Не пытайтесь искать Энн Хенри, или как она там сейчас себя называет. Оставьте все так, как есть. Берите, чтоимеете и бегите.

Он с выпученными глазами выпрыгнул из-за стола.

- Взять, что я имею? Что ты об этом знаешь, ты, чертов ковбой! Что ты знаешь о том, на что я работал все эти годы, строил планы, боролся? Оставить все сейчас? Да я бы был сумасшедшим. Я могу закончить то, что начал Альбро! Я могу построить железную дорогу до Мексиканского залива! Здесь пахнет миллионами! Альбро знал! Если я все брошу, что останется?

- Ваша жизнь, - сказал я и вышел.

Не полагаясь ни на кого, я сразу же наведался в банк. Чек оказался действительным.

У меня были деньги, работа была закончена, и я мог уехать с чистой совестью. В конце концов, я согласился найти Нэнси и нашел ее. Мне нужны были средства, чтобы бродяжничать, ни о чем не беспокоясь. На ту сумму, которую мне заплатил Джефферсон Хенри, я могу бродяжничать год, и даже два, если буду экономным. Конюшня в городе была просто чудо. Мой конь отрастил брюхо, которое срочно надо скидывать для его же собственного блага. Половину времени здесь я провел, катаясь на чужих лошадях.

Так почему же я не уехал?

Ну, во-первых, я еще не позавтракал. По меньшей мере, я мог бы заглянуть в ресторан и повидаться еще раз с Германом. И с Молли, конечно.

С ней было все в порядке. Она владела третью ресторана, а Герман был ей хорошим другом. Скоро в городе ее будет знать каждый житель. Здесь ей самое место. О чем я тогда беспокоился?

Бегготт был все еще в городе, и парни Тейлора затаили месть. Но это были мои заботы, не ее.

Джон Топп? Те неприятности, которые я от него ожидал, так и не дали о себе знать, а теперь, когда я был свободен от Джефферсона Хенри, наши трения забудутся.

Трое или четверо крепких ребят примостились у салуна "Золотая шпора", совсем недалеко от ресторана Мэгги. Они смотрели, как я подходил, а один из них встал широко расставив ноги лицом ко мне и спичкой в зубах. Мне захотелось подойти и отодрать его ремнем, но я этого не сделал.

Когда я вошел, в ресторане было тихо. Только Риббл, тот самый железнодорожник, который привез мне письмо, пил за столиком кофе.

Упав на сул, я повесил шляпу на спинку соседнего. Вошла улыбающаяся Молли.

- Вот, зашел попрощаться, - сказал я как бы между прочим.

- Как попрощаться?

- Ну, ты здесь с Германом в безопасности, у тебя собственное дело, а только что забрал у Джефферсона Хенри должок за то, что нашел Энн.

- Она может быть уже не там.

- Это его проблемы. Я предупредил, чтобы он оставил ее в покое.

Молли принесла завтрак и села рядышком.

- Значит, ты и вправду уезжаешь?

- Можно и уехать, - сказал я. - Есть еще много мест, которых я не видел.

- Герман предупредил меня, что ты любишь бродить по свету. Он сказал, что тебе не сидится на одном месте.

Это была правда, черт побери, но тем не менее меня раздражало, что он так отозвался обо мне. Движение в комнате заставило меня поднять глаза. К нам подошел Риббл.

- Это не мое дело, - сказал он, - но мне нравится, как вы действуете. В городе поговаривают о том, что живым вы не уедете. Кажется, это ребята Ролона Тейлора.

- Спасибо, - поблагодарил я его и обратился к Молли: - Мне надо было идти за конем, а не за завтраком.

Она лишь молча взглянула на меня, а я не нашел, что еще ей сказать, хотя чувствовал, что ей хочется что-то от меня услышать.

Люди Ролона Тейлора? Может, тот парень, который смотрел на меня с тротуара? Так чего он хотел? Мне не нужны неприятности, но если кто-то охотится за мной, настойчиво ища ссоры, то его трудно обойти стороной в таком маленьком городе, как этот. Если въехать на городскую улицу с одного конца и сказать: " Я проезжаю мимо", то к концу фразы выедешь с другого конца.

К этому времени все в городе наверняка знали, что пару дней назад я прошел от отеля к дому Мэгги задними дворами. Такие вещи не могут остаться незамеченными, и когда поговорить практически не о чем, говорят обо всем.

- Что ты собираешься делать? - спросила Молли.

- Выйти отсюда. Лучше идти лицом к ним, не то тебе выстрелят в спину.

- У меня есть ружье, - сказал Герман.

- Не лезь. Если у тебя есть неприятности, то только из-за меня, и когда я уйду, я заберу их вместе с собой.

Завтрак был вкусным6 и я немного потянул время за кофе. Их много, они вышли, чтобы прикончить меня. У них хватило ума рассредоточиться, чтобы мне было неудобно стрелять.

- Герман, - сказал я, - ты когда-нибудь подметал тротуар в это время?

- Иногда, - ответил он. - Иногда подметал.

- Почему бы тебе не подмести его сейчас? - предложил я. - А заодно поглядеть, сколько людей Тейлора на улице и где.

Герман взял метлу, вымел воображаемую пыль через входную дверь и пошел подметать дальше. Почти независимо от меня мои глаза поднялись к окну напротив. Оно было открыто по крайней мере дюймов на шесть.

Вот так! А может это просто совпадение?

Вернулся Герман.

- Их не меньше четырех. Один напротив на улице. Двое у поилки напротив "Шпоры", и один сидит на скамейке на этой стороне улицы. У них есть план, и они приготовились.

- Не выходи, Майло! Пожалуйста! - Глаза молли были широко раскрыты, в них светился ужас.

- Ну-ну, Молли. Эти парни пошли на все, чтобы оказать мне внимание. Самое меньшее, что я могу для них сделать, - это оценить их старания.

- С улицы уходят люди, - сказал Герман. - Свежие новости уже не новости.

- Видишь, теперь я уже не имею права разочаровать всех, кто кинулся по домам. Представь: они ушли с улицы, и вдруг оказалось, что все зазря.

Я старался говорить легким тоном, но можете мне поверить, внутри я совсем не чувствовал себя легко. Конечно, мне нужно было выйти. Они будут ждать, это им надоест, и они придут по мою душу, а я тем самым подвергну опасности Германа и Молли. Выйти на улицу было моим делом, но мне нужен был план, поэтому я быстро продумал расположение людей Тейлора.

- Ждать не имеет смысла, - сказал я, - но не давай кофе остыть, я через пару минут зайду выпить еще чашечку.

Молли подошла ко мне с шестизарядником старика, который я у него отобрал.

- Возьми, - сказала она, - лишний тебе не помешает.

Какая дальновидная девушка!

Я положил руку на дверную ручку. Мне надо как можно быстрее убраться от двери. Один быстрый шаг и...

Никто не смог бы сделать это скорее и лучше меня. Одним молниеносным движением я проскочил в дверь с револьвером в руке.

Они потянулись за своими, и тут я увидел пятого, и неожиданно в поле моего зрения появился шестой, у него была винтовка.

Глава двадцать пятая

Когда я выскочил на улицу и увидел всех парней разом, то подумал, что получил бесплатный билет на небеса. Человек, стоявший ко мне лицом, был тот самый, с широко расставленными ногами на другой стороне тротуара. Я ни разу не стрелял в человека с удовольствием, но сейчас нажал на спуск с чувством, близким к удовлетворению.

Из кармана его рубашки виднелся кисет, моя пуля обрезала нижний его край. В это время я услышал сверху и над собой грохот, напоминающий буханье пушки - выстрел из "Шарпс" 50-го калибра.

Человек в центре улицы упал на колени, попытался встать и опять упал, а потом раздалась пальба дальше по улице, и я увидел, что в людей Тейлора стреляют Пабло и Фелипе. Еще раз бухнул "Шарпс", и улица вдруг оказалась пустой, за исключением убитых и моих друзей.

Повернувшись, чтобы посмотреть, кто стрелял из "Большой пятидесятки", я заметил, что окно на втором этаже закрылось.

На дороге лежало четверо, один из них пытался встать, другим же уже было ни до чего.

Ко мне подошли Пабло и Фелипе, Пабло сказал:

- Все. С ними покончено.

- А Ролон Тейлор?

- С ним тоже покончено. Приехал Шелби и сжег его ранчо. Тейлор воровал коров, угонял лошадей, ранил меня. Шелби сказал ему: "У тебя есть десять секунд, чтобы выметаться вон или повиснуть вон на тех деревьях". Они ушли. Все ушли.

Я посмотрел на Фелипе.

- Ты тоже работаешь на Шелби?

Он зажег потухшую сигарету в зубах и сказал сквозь дым:

- Я ни на кого не работаю.

- Ну... Спасибо, Фелипе.

Он бросил спичку на землю.

- Por nada. Не за что.

Он дотронулся пальцами до края сомбреро и зашагал в сторону "Золотой шпоры".

На улице люди с опаской выходили из домов, некоторые не отрывали взгляда от лежащих на дороге тел, некоторые торопливо уходили. Пабло направился вслед за Фелипе. Я повернулся и пошел в отель.