- Что случилось с этим человеком? - раздался голос Нэнся Керриган. Почему ему никто не поможет?

- Охранник лениво ответил: - Потому что он ослушался Порта Болдуина, мэм. Он еще легко отделался, могло быть хуже.

Флинт услышал, как скрипнули рессоры. Затем охранник сказал: - Я бы на вашем емсте этого не делал, мэм. Если вы до него дотронетесь, мне придется вмешаться.

- Теперь вы воюете с женщинами? - В ее голосе послышались холодные нотки. - Какие же вы храбрые!

- Для нас все равно. - Голос охранника звучал неуверенно. - Когда он очнется, мы повторим и будем продолжать, пока не подойдет поезд. Мы кинем то, что от него останется, в вагон - если что-нибудь останется вообще.

- Если вы тронете меня хоть пальцем, - резко сказала Нэжнси, - вас повесят еще до захода солнца.

Зная, что охранник смотрит на Нэнси, Флинт быстро перекатился на колени, сжимая в руке револьвер.

Охранник тут же обернулся, выхватил оружие. Флинт выстрелил. Он стрелял, чтобы убить, но руки его дрожали, а в глазах плыло. Пуля попала ганмену в бедро, развернув его на месте и сорвав пустую кобуру.

Флинт вскочил на наги, качаясь от головокружения, потом оперся о коновязь, чтобы не упасть.

На улицу выскочил еще один человек Болдуина, и Флинт выстрелил в него. Одна пуля разорвала в щепки доски под ногами человека, а вторая вонзилась в дверной косяк, когда он снова нырнул в дом.

Охранник поднимался с земли, и Флинт, пьяно качаясь, наотмашь ударил его револьвером. Охранник ничком рухнул в пыль. Второй револьвер Флинта торчал у него из-зи пояса. Флинт переложил его в кобуру, потом поднял револьвер лежащего.

К нему подбежала Нэнси Керриган. - О боже! Вы ранены! Полезайте в повозку!

- Нет времени, _ сказал Флинт.

Он на секунду прикрыл глаза от боли и помотал головой, как огромный медведь.

Улица опустела. Тем не менее, все были здесь, те, кто избивал его. Он рассовал оружие и перезарядил свой "Смит и Вессон".

Шаткой, нетвердой походкой он двинулся по улице. Каждый вздох отдавался в боку. Голова напоминала железную бочку, в кторой при каждом шаге плескалась боль. Ему все равно скоро умирать. Но сейчас важно найти их. Он помнил их лица.

Флинт качнулся, чуть не упал, затем восстановил равновесие и ввалился через качающиеся двери в салун. Люди Болдуина сидели здесь. Их смех затих, поднятые стаканы замерли на полпути, и Флинт начал стрелять. Выстрелы слились в один оглушающий рев. Он водил стволом из стороны в сторону, потому что расстояние было минимальным, а людей немало.

Один схватился за оружие - его поймала пуля и опрокинула на пол. Другой, в панике, выпрыгнул в онко, увлекая за собой стекло и раму. Еще одна пуля разбила бутылку под рукой третьего - его лицо Флинт помнил - а следующая пробила позвоночник, когда тот прыгнул к задней двери.

Флинт шатаясь подошел к стойке, поймав в зеркале отражение своего окровавленного, разбитого лица. Он поднял бутылку, сделал глоток и направился к двери.

На улице он посмотрел напрво и налево. Понял, что револьвер, должно быть пуст, и поменял его на револьвер охранника.

Вдруг раздался звон разбиваемого стекла, и в окне показалось дуло винтовки. Флинт молниеносно развернул шестизарядник и пальнул в окно.

Из двери выскочил человек и, не целясь, выстрелил. Пуля попала в поддерживающий навес столб рядом с Флинтом. Флинт выстрелил, промахнулся и выстрелил еще раз. Ноги человека подогнулись, он, цепляясь за косяк, попытался скрыться внутри, но Флинт опять выстрелил, и человек, вскрикнув, упал лицом вперед.

Флинт шел от двери к двери, полуослепший от боли и крови, которая капала из раны на голове. Два раза он чуть не упал. Люди, которых он находил, казалось, впадали в панику от одного его вида, и поэтому стреляли либо слишком поспешно, либо просто убегали.

Каким-то образом Флинту удалось вернуться к дилижансной станции. Он увидел свою лошадь, Нэнси Керриган. Дважды он пытался вставить ногу в стремя, прежде чем смог сесть в седло. Он развернул кобылу, начал было перезаряжать револьвер охранника, но ослабевшие пальцы разжались, и револьвер стукнулся о землю.

Он уткнулся лицом в гриву кобылы, горизонт закачался и затуманился; Флинт почувствовал, что падает. Рядом с ним оказалась Нэнси. Он свалился наполовину в повозку, Нэнси выпрыгнула и уложила его. Привязав кобылу к повозке, она быстро отправилась на ранчо.

Открыв глаза, Флинт обнаружил, что лежит в кровати, на чистых простынях и смотрит в залитый солнцем потолок. Медленно - мешала затекшая шея - он повернул голову и обнаружил, что лежит в большой, квадратной, аккуратно прибранной комнате на огромной старомодной кровати; рядом стоял комод и зеркало, на почти стерильно чистом и навощенном полу были расстелено несколько тряпичных половиков. Он шевельнулся и почувствовал резкую боль в боку, от которой у него перхватило дыхание. Ему показалось, что все его тело одеревенело, но проведя пальцами по боку, он почувствовал, что туго спеленут от подмышек до бедер.

Рядом на спинке стула висел оружейный пояс со "Смиттом и Вессоном" в кобуре. Второй револьвер лежал поверх выстиранных и аккуратно выглаженных джинсов. Куртка висела на спинке стула, из карманов высовывались письма.

Несколько минут он лежал спокойно, наслаждаясь приятным ощущением чистоты свежих простыней. Затем закрыл глаза и заснул. Когда Флинт снова открыл глаза, он некоторое время лежал, размышляя, стоят ли письма той боли, которую, несомненно, придется вытерпеть, доставая их.

Флинт услышал шаги. Дверь открылась, и вошла Нэнси - свежая и очень красивая в бело-голубом хлопковом платье, похожая на молодую гордую королеву.

- Ну и видок у вас, - весело сказала она. - Вам бы на себя поглядеть.

- Если я выгляжу так, как себя чувствую, - сказал Флинт, - то я вам верю.

- Вам повезло значительно больше, чем вы заслуживаете. Врач сказал, что кости, по его мнению, целы, но внутренние органы могут быть повреждены.

Флинт бросил на нее испытующий взгляд.

- Он меня тщательно осматривал?

- У него не было времени. Он надеется осмотреть вас позже.

"Не дождется", подумал про себя Флинт. - Мне нужно уезжать, - ответил он вслух. - Если Болдуин узнает, что я здесь, вас ждут крупные неприятности.

Нэнси открыла дверь и придержала ее. Вошла девушка-мексиканка с подносом.

Одна рука Флинта оказалась забинтованной, он решил, что это та рука, на которую наступили. Вторая вся была в синяках и слегка распухла. Приподнявшись, чтобы взять поднос, он увидел в зеркале свое отражение и не узнал себя.

Над глазом растеклась ограмная шишка, нос, губы и щека представляли собой одно распухшее месиво, подбородок был разбит, голова забинтована. Вместо глаз на него смотрели едва различимые щелочки, но он ожидал худшего.

- Мы привели вашу кобылу, - сказала Нэнси. - Она в конюшне, ест зерно так, словно забыла его вид и вкус. - Она поправила одеяло. - И не волнуйтесь за нас. Если бы Порт Болдуин не начал действовать против Тома Наджента, он бы пошел на нас. Мы ждем его.

Когда она ушла, Флинт откинулся на подушку. Голова гудела, он чувствовал огромную усталость.

Флинт приехал в Нью Мексико, не желая вмешиваться ни в какие местные междоусобицы. Он не хотел неприятностей в Хорс Спрингс, не хотел на Северных равнинах, но давным-давно он понял, что нельзя отступать, если веришь в свою правоту. Если ты побежал, то не остается другого выхода, кроме как бежать дальше. А если ты должен умереть, то нужно это сделать, чтобы не было стыдно за себя. Лучше прожить один день, как лев, чем двенадцать - как овца.

Перекатясь на локоть, он достал из кармана письма. Одно было от балтиморского адвоката, который сообщал, что почти все его планы реализованы, капиталы вложены. В другом письме лежал отчет детективов.

Лотти и ее отец наняли игрока, собиравшегося убить Флинта, через Порта Болдуина. Ее отец был связан с некоторыми финансовыми махинациями Болдуина.

Флинт попытался обдумать ситуацию и с удивлением понял, что впервые в жизни думает, как помочь кому-то другому. Он думал не о себе, он думал, как помочь Нэнси Керриган.

От боли в голове Флинт закрыл глаза, но ее образ оставался с ним. Его жизнь могла сложиться совершенно по-другому, повстречай он в свое время такую вот девушку, а не Лотти! Хотя в его распоряжении оставалось совсем немного времени, он поможет Нэнси, уничтожит Болдуина и уйдет из жизни по крайней мере довольным. Хорошая драка всегда была ему по душе!

Для человека, всю жизнь проведшего в борьбе, лучший способ умереть тоже в борьбе. Слишком часто люди думают только о жизни, даже если им приходится ползать в грязи, чтобы выжить. Он будет драться с Портом Болдуином и победит его. Нэнси может не волноваться за свое ранчо, она...

Флинт заснул.

Глава 7

Когда Флинт проснулся, уже стемнело. Со двора слышались движение и звон тарелок, что означало время ужина. Флинт сел и опустил ноги на пол.

Нэнси вошла, когда он застегивал оружейный пояс.

- Вы ведете себя, как мальчишка, - строго сказала она. - Вам нужен отдых.

- Скоро меня ждет очень долгий отдых. - Он помедлил, глядя на нее в полутьме. - А сейчас я голоден. Так или иначе, - добавил он жестко, - я не люблю валяться в постели, когда есть дела.

Он засунул револьвер за пояс, накинул куртку и прошел за Нэнси в гостиную, заметив по дороге, что у нее очаровательная фигура.

Гостиная была просторной и удобной. На полках стояли книги: Чарльз Диккенс, Энтони Трэллоп, сэр Вальтер Скотт, Вашингтон Ирвинг, Шекспир, "История Англии" Хьюма.

Он не удивился такому подбору авторов, потому что был знаком со многими людьми на Западе и знал, какие книги они читают. Они брали с собой на Запад мало книг, зато везли лучшие.

Нэнси повернулась к нему.

- Вы интересуетесь книгами? - спросила она.

- Как вы уже обратили внимание, мисс Керриган, я одинокий человек, а одинокие люди часто склонны к чтению. По счатью, один из моих учителей привил мне вкус к Плутарху и Монтеню.

- Вы очень странный. Вы производите впечатление интеллегентного и образованного человека, однако...

- Моя реакция вчера привела вас в замешательство, не так ли? Почему люди с такой готовностью верят, что образованный человек не может применить насилие, когда насилие оправдано? Сократ был солдатом, к тому же хорошо боролся. А Бен Джонсон в поединке перед битвой победил лучшего бойца французской армии. Поверьте, список можно продолжить, ведь многие образованные и интеллигентные люди не отвергали насилия. Напримр, интеллегенту требуется право на доступ к информации. Лишите его этого права или введите институт цензоров - это даст интеллигентным людям повод к насилию.

- Вы считаете себя человеком Запада, мистер Флинт?

- Наверное. Но любой человек Запада приехал сюда откуда-то еще: на станции дилижансов в Аламитос я за несколько минут услышал немецкий, шведский и ирландский акценты. По-моему, быть человеком Запада - это значит иметь особый склад характера. Сам факт, что человек добровольно едет на Запад, уже говорит об этом особом отношении к жизни, а затем у него появляются изменения в характере, связанные с ландшафтом, местными условиями. Обычными людьми руководят инстинкты самосохранения, продолжения рода и желание жить в безопастности, а здесь все подавляется необходимостью выжить.

- Мистер Флинт...

- Зовите меня Джим, мне так привычнее.

- Ладно... Джим. Когда вы нашли Эда, он что-нибудь говорил? Он отправился по делам ранчо, и мы не знаем, когда в него стреляли - когда он ехал по делу или когда возвращался.

- Он о чем-то беспокоился, в бреду говорил о Санта Фе и какой-то Глэдис, вот, пожалуй, и все. При мне он не приходил в сознание, нет.

Нэнси провела Флинта к длинному столу, где он помог ей сесть.

- Спасибо, - сказала она. - Такая галантность - редкость для меня.

Медленно, по-одному, вошли работники ранчо и начали рассаживаться, бросая украдкой взгляды на Флинта.

- Вы ничего не хотите мне рассказать? - спросил он. - Я знаю, что у вас сложные времена, может быть я смогу чем-то помочь.

- Все очень просто, - сказала Нэнси. - Порту Болдуину понадобилось очень много земли для сорока тысяч коров.

Флинту не требовались объяснения, он хорошо знал, о чем идет речь. Очень немногие переселенцы оформляли документы на свою землю. Когда они обживали Запад, там не было ни возможности официально сделать заявку, ни тех, кто стал бы оспаривать их право на землю, если не считать индейцев. Позже судебные чиновники и бюрократы западных штатов предпочли забыть, что сделали первопроходцы для освоения Запада, и объявили о намерении заселить их земли. Эти действия, естественно, встретили сопротивление скотоводов-ранчеро.

Иногда они покупали землю у индейцев, но и в этом случае правительство редко признавало такие сделки законными.

- Ваши ковбои делали за вас заявки?

Она быстро подняла глаза, а Флинт вдруг ощутил напряженное внимание со стороны ковбоев.

- Разве это незаконно? - спокойно спросила Нэнси. - Вот ответ на ваш вопрос: да! У меня нет выбора, ну а если кто-нибудь из работников захочет оставить заявки за собой, я возражать не буду. Если нет, то я выкуплю у них землю. Иначе мы просто потеряем ранчо, которое с таким трудом построили отец и дядя.

- Должен быть другой выход, - ответил Флинт. - Вы пасете скот на земле, которая принадледит железной дороге?

- Нет. Пасет Том Наджент и некоторые другие. Порт Болдуин, например. Но мы никогда не выгоняли скот на чужие земли, к тому же наши пастбища южнее.

После ужина они долго сидели на веранде и слушали, как у барака поет Джонни Отеро.

Флинт завел разговор о ранчо и выслушал рассказ Нэнси о ее трудах на этой земле. Его удивило, что девушка так хорошо разбирается в скотоводческих проблемах. Один из ее работников - немец по национальности все лето проводил на ранчо, где ремонтировал дом и изготавливал мебель. Он рассказал ей о выпасе скота в Германии и Швейцарии, и она переняла эти методы: построила дамбы, которые задерживали талую воду, сбегавшую со склонов холмов, выкопала колодцы, расчистила родники. За поголовьем следила, чтобы скоту хватало корма.