Вступительная формула (стихи 1–3). Praescnptio[730] четко называет отправителя и адресата: «Пресвитер — избранной госпоже и детям её» (то есть некой местной церкви и ее членам[731], находящимся в сфере влияния пресвитера). Судя по его указаниям и приветствиям от «детей сестры твоей избранной» (стих 13), он обладал авторитетом в другой Иоанновой церкви (возможно, материнской церкви, основавшей церковь адресатов). За приветствием («благодать, милость, мир», стих 3), характерным для христианских писем («благодать, милость» — в 13 письмах; «мир» прибавлено в 2–3 Тим), следует типично Иоанново добавление об истине и любви.
Переходное выражение радости (стих 4). В письмах выражение радости часто используется как переход к основной части. Здесь упоминание данной Отцом заповеди (стих 4) связано с экспозицией этой заповеди в стихе 5.
Возможно, в радостной фразе пресвитера «среди детей твоих нашел ходящих в истине» — captatio benevolentiae — имеется в виду лишь «встреченные мной», а не «некоторые, но не все».
Основная мысль (стихи 5–12). Акцент стихов 5–6 на заповеди любви и необходимость поступать по заповеди перекликается с этическим пафосом Ин. (Относительно того, что эта заповедь не новая, а «от начала», см. 1 Ин 2:7–8; относительно ее происхождения от Отца, см. 1 Ин 4:21; 5:2–3; относительно «хождения» см. 1 Ин 1:6, 7; 2:6, 11; относительно того, что любовь подразумевает верность заповедям, см. 1 Ин 5:3.) Аналогичным образом, христологический пафос 1 Ин повторяется в акценте 2 Ин 7 на исповедание Иисуса, грядущего во плоти, как основного отличия возлюбленных детей от антихристов и обманщиков, вышедших в мир. Опасное учение последних, уже явно отмеченное в 1 Ин, в скором будущем может появиться среди адресатов 2 Ин: пресвитер указывает, что адресаты должны следить за собой (стих 8) и не пускать в свою домашнюю церковь носителей другого учения (стихи 10–11). В противном случае они могут потерять то, над чем трудились, и приобщиться к злу. Противники (реальные и потенциальные) названы в стихе 9 «прогрессивными» (букв, «те, кто пошли вперед и не остались в учении Христовом»). Это соответствует утверждению 1 и 2 Ин, что христология и этика автора выражает бывшее «от начала»[732]. Важность этого подчеркнута в стихе 9: носители лжеучения не имеют Бога!
Заканчивая основную часть письма в стихе 12, пресвитер использует знакомый прием: извинения за краткость написанного (ср. 3 Ин 13–14). Надежда на скорый визит — особенность жанра, а не дисциплинарная угроза, и пастырь возрадуется, если все у них будет в порядке. Фраза «чтобы радость наша была полна» (КП) перекликается с 1 Ин 1:4, где ясно, что эта радость проистекает из koinōnia Иоанновых христиан друг с другом, и с Богом, и Иисусом Христом.
Заключительная формула (стих 13). Пресвитер шлет не собственные приветствия, а приветствия от христианской церкви–сестры. Отсюда видно, что письмо написано не как личные указания, а как часть общей политики Иоаннова «мы», от имени которого автор говорил в 1 Ин 1:14.
Другие новозаветные письма содержат личное имя автора, а иногда и титул: «апостол», «слуга» и тому подобное. 2 и 3 Ин — единственные христианские примеры для периода 50–150 годов, где отправитель письма указывает только свой титул, без имени. Можно предположить, что в очень тесном кругу христиан адресат знал имя отправителя, однако титул «пресвитер» был, видимо, привычным и/или предпочитался им самим, или ими, или обеими сторонами. (Интересно, не были ли подобные почтительные титулы одной из черт Иоанновой школы? Ведь в Ин такие символически важные фигуры, как любимый ученик и мать Иисуса, ни разу не называются личным именем.) Однако что имеет в виду автор 2 Ин, называя себя ho presbyteros («пресвитер/старец»)? Как мы видим, он авторитетно говорит с другими Иоанновыми христианами о традиции и предполагает, что когда он придет к ним, они захотят услышать от него больше. В 3 Ин он посылает миссионеров и просит Гаия их принять, хотя местный церковный лидер Диотреф настроен недоброжелательно. Создается впечатление, что «пресвитер» обладает авторитетом, но не обладает юридической властью. Если он написал и 1 Ин, а это вероятно, то он — часть Иоаннова «мы», говорящего о традиции, которая была «от начала». Как эта картина, отраженная в Иоанновых Посланиях, соотносится с имеющимися у нас из других источников сведениями о «пресвитерах»? В качестве параллелей ученые предлагали как минимум пять примеров раннехристианского употребления слова «пресвитер»[733].
(1) «Пресвитер» — достойный человек преклонного возраста, занимающий высокое положение. Это толкование предпочитается теми, кто считает, что автором был любимый ученик, которого издревле изображали умершим в старости (Ин 21:22–23). Однако «мы» из Ин 21:24 явно отличается от этой фигуры, а «пресвитер» принадлежит к Иоаннову «мы», если он написал 1 Ин.
(2) «Пресвитер» — церковные чины (многие из их числа также назывались episkopos), отвечавшие за управление местными церквами в конце I века, что засвидетельствовано в Деян 20:17; Иак 5:14; 1 Петр 5:1; 1 Тим 5:17; Тит 1:5; 1 Клим 44:5[734]. Однако в Иоанновых писаниях ничто не указывает на церковную структуру, включающую presbyteroi.
(3) «Пресвитер» — один из двенадцати апостолов; ср. 1 Петр 5:1, где Петр называет себя «сопресвитером» (sympresbyteros). Папий (см. Евсевий, Церковная история 3.39.4) говорит о Филиппе, Фоме, Иакове, Иоанне и Матфее как о presbyteroi. Однако в обоих случаях мы узнаем о том, что речь идет об апостолах, по личному имени, а не по титулу. Кроме того, нигде нет упоминаний о том, что «апостолы» обладали авторитетом в Иоанновой традиции.
(4) «Пресвитер» — спутник Иисуса, не входивший в число Двенадцати. Это употребление также подтверждается Папием, который после перечисления Двенадцати рассказывает об Аристионе и presbyteros Иоанне, учениках Господа, говоривших со властью.
(5) «Пресвитер» — ученик учеников Иисуса, то есть представитель следующего поколения, служивший передаточным звеном традиции, шедшей от первого поколения. Ириней (Против ересей 4.27.1) говорит: «Как я слышал от некоторого пресвитера, который слышал от тех, которые видели апостолов и были их учениками…».
Если исходить из теории развития Иоанновой школы (продолжающей традицию любимого ученика), которую мы наметили в главе 11, сам любимый ученик мог подходить под категорию (4), даже если и не был известен как «пресвитер»; евангелист, автор Посланий и редактор Ин могли подходить под категорию (5). Стало быть, именно последняя категория лучше всего объясняет использование титула «пресвитер» в 2 и 3 Ин.