Большая прогулка над кладбищем судов.

Морское причащение. Обрыв из керамики. Простенькая чашка изысканной красоты. Загадочная стена и аплизия. Ручкой внутрь. «Колебатель земли»

Говоря о Крите (250 километров в длину, 50 километров в самой широкой части, площадь — 8618 квадратных километров), нельзя не вспомнить о сказочной минойской цивилизации, которая властвовала над Восточным Средиземноморьем в бронзовый век. Из глубины веков до нас дошло несколько прекрасных легенд.

Самая известная из них — несомненно о Тесее и Минотавре. Минос, сын Зевса и Европы, супруг Пасифаи и первый царь Крита, спрятал в построенном Дедалом лабиринте Минотавра (чудовище с телом человека и головой быка). Минос кормил зтого необычного нахлебника человечьим мясом. После победы над Афинами он наложил на город ежегодную дань: поставлять семь юношей и семь девушек для кормления людоеда.

Тесей, сын Эгея и легендарный законодатель ранних Афин, отправился на Крит, проник в лабиринт и убил Минотавра. Он вышел из лабиринта благодаря помощи дочери Мккоса Ариадны, снабдившей его клубком ниток, конец которых был закреплен при входе. Так Тесей смог найти дорогу обратно.

Я не буду подробно останавливаться на продолжении эпопеи. Отец героя Эгей, поверив в смерть Тесея (на самом деле произошло недоразумение), бросился в море, которое отныне носит его имя; Тесей увез с собой Ариадну, затем оставил ее на острове Наксос; позже он похитил Антиопу, царицу амазонок, которая родила ему сына Ипполита; некоторое время спустя он взял в жены Федру, вторую дочь Миноса, но та влюбилась в пасынка Ипполита, оклеветала его перед смертью, и тот был растоптан собственными конями после проклятия отца; Тесей спустился в подземное царство Аида, откуда его вызволил Геракл; Тесея изгнали из Афин, и он погиб от руки Ликомеда; кроме того, Тесей оскорбил Плутона, и тот приговорил героя к вечному наказанию — пребывать в сидячем положении…

Эти легенды не оставляют равнодушным ни одно человеческое поколение. И пока «Калипсо» подходит к Ираклиону, что в двух шагах от древнего Кносса, резиденции царя Миноса, я представляю себя в роли этого античного героя, стоящего на носу судна под черными парусами и готового сразиться с ужасным чудовищем… Может быть, кое-кому покажется, что я слишком инфантилен. Ну что ж, мой дух слаб, так как подвержен влиянию поэтических мифов.

Моим глазам открывается та же картина, которая, наверное, открылась взору Тесея. На неповторимо синем море возникает серо-зеленый критский берег, над которым высится изъеденная временем горная цепь с увенчанной снегами Идой, и снова меня охватывает ощущение, что за тридцать пять веков здесь ничто не изменилось.