Пресса открыла Эми в 1919 году, И тогда ее пригласили на одну из самых известных американских передач, посвященную отношениям любви и ненависти. Эми любила репортеров, но они никогда не знали заранее, что она выкинет. Они не привыкли, чтобы кто-нибудь пользовался их собственными методами, и пытались сбить ее с толку хитрыми вопросами, например: “Эми, являются ли злом шелковые чулки?” В ответ она грациозно скрестила свои ноги и сказала: “Это зависит от того, какая часть их демонстрируется”. Такого рода репортажи сами по себе делали Эми национальным феноменом.

Первый зал, в котором Эми проповедовала в Балтиморе, штат Мэриленд, вмещал три тысячи человек. Но многим места не досталось. Поэтому она арендовала другой зал, вмещавший шестнадцать тысяч человек. Именно здесь Эми поразила массы Балтимора, указав на демоническое поведение слишком эмоциональной поклонницы. До этого считалось неэтичным препятствовать кому-то, кто находится в “экстазе” для Бога. Но Эми запретила ей и попросила членов хора вывести ее в маленькую комнату.

Помолившись за женщину, Эми бросила вызов лидерской этике ее дней и призвала Церковь к духовной зрелости:

“Эта женщина - маньяк, она лечилась в психиатрической больнице… И именно этой женщине многие святые позволяли свободно гулять по сцене, боясь, как бы не угасить Духа”.

Вскоре Эми отправилась в поездку по стране и за четырнадцать месяцев провела служения в одиннадцати крупных городах. Где бы она ни была, происходили невероятные чудеса. И везде, куда она шла, заголовки местных газет сообщали об удивительных результатах.

Говорят, что когда Эми входила в зал перед служением, там всегда было множество тяжело больных людей, которые хотели прикоснуться к ней. И когда она видела их, она, потрясенная, бежала обратно в свою комнату, чтобы помолиться о Божьей помощи.

Везде, где была Эми, люди пытались прикоснуться к ней. Она с ужасом смотрела, как полиция закрывала двери, чтобы защитить ее.

Закрывая вечером глаза, она видела только, как почти две тысячи людей набиваются в здание, рассчитанное всего на тысячу. Она видела переполненные больными места в проходах и у алтаря и, проснувшись, думала, как Иисус справился со всем этим:

“Понимаете ли вы только, как Иисус вошел в лодку и оттолкнулся от берега, чтобы проповедовать людям?”

В 1921 году Эми провела трехнедельное служение в Денвере, штат Колорадо, на котором шестнадцать тысяч человек заполняли Муниципальный зал по два или три раза в день. Однажды вечером восемь тысяч человек были вынуждены уйти из-за недостатка места.

Минни не мышка

В эти великие дни служения Минни активно охраняла здоровье своей дочери. Она считала это величайшим приоритетом, поскольку, если пострадает здоровье Эми, то пострадает и служение. Они больше походили на сестёр, чем на мать и дочь, но никогда не были по-настоящему связаны духовно.

Минни была великолепным организатором. Она управляла всем служением Эми от начала до конца, держа финансовую сторону в секрете. Она была крепкой женщиной и иногда спала всего по два часа в сутки. Она осматривала каждого больного перед служением, чтобы выявить всех, кто хочет причинить беспокойство. И она проводила многие часы с инвалидами до начала служения.

Минни никогда не садилась поесть. Она перекусывала в свободные минуты в промежутках между регистрацией инвалидов, встречей делегаций и организацией служения помощи. Она усердно работала для укрепления финансового основания служения. Но она так и не поняла до конца полноту призвания Эми. И она так и не поняла, почему Эми делала то, что она делала.

Когда кто-то приближался к Эми слишком близко, Минни не отставала от дочери, пока эти отношения не порывались. Из-за Минни ушли или были уволены многие работники. Возможно, именно поэтому у Эми так долго не было близкого друга. Отношения матери и дочери всегда были напряженными, И впоследствии именно чувство Эми, что ей “владеют” и “контролируют”, привело к их разрыву

В 1921 году Эми устала от постоянных разъездов и стала искать землю, на которой можно было построить Ангельский храм. Рядом с престижным Эхо Парком в Лос-Анджелесе она нашла место с обилием зелени и даже с очень красивым озером.

“Первая” - от ку-клукс-клана до Голливуда

Эми была “первой” во многих областях. Когда она строила Храм, радио Окленд-Рокриджа пригласило ее, и она стала первой женщиной, проповедующей в эфире. Это воспламенило в ней еще один огонь, и со временем она построит собственную радиостанцию. Но сначала она построила Храм.

Строительство поддержали все. Мэры, губернаторы, цыгане, даже ку-клукс-клан, все вносили пожертвования. Хотя Эми не была согласна с ку-клукс-кланом, члены этой организации любили ее. Но эта “любовь” к ней толкнула их на преступление.

После собрания в Денвере в июне 1922 года Эми сидела в боковом зале с женщиной-репортером, когда кто-то попросил ее помолиться за инвалида на улице. Она пригласила репортера с собой, потому что хотела, чтобы та стала свидетелем молитвы. Но когда они вышли за дверь, их буквально оглушили и с завязанными глазами поволокли на собрание ку-клукс-клана.

Как выяснилось, куклуксклановцы хотели личного послания от евангелистки. Итак, она напомнила им послание из Евангелия от Матфея 27 о “Варавве, человеке, который думал, что его больше никогда не найдут”. После проповеди Эми любезно выслушала, как ку-клукс-клан пообещал ей свою национальную и “тихую” поддержку. Для них это просто означало, что куда бы Эми ни поехала в США, она могла рассчитывать на их защиту и наблюдение. Затем они снова завязали им глаза и привезли обратно в зал в Денвере.

Репортер написала огромную статью о похищении, что подняло Эми на еще большие высоты и принесло еще больше денег для Храма.

В конце 1922 года храм на пять тысяч мест был наконец завершен. Его освящение произошло во время пышной службы в первый день 1923 года. Те, кто не могли посетить его, увидели его макет на покрытой цветами платформе, которую везли поющие хористы на Пасаденском турнире парада роз. Они и выиграли главный приз.

“Нью-Йорк таймс” подробно описала освящение, и с этого времени пять тысяч мест Ангельского храма заполнялись по четыре раза в день по воскресеньям.

Храм имел совершенную акустику. Говорят, что многие продюсеры Голливуда надеялись, что Эми потерпит неудачу, и они смогут приобрести здание, чтобы использовать его как студию. Но Эми не потерпела неудачу и в конечном итоге сама превратила его в студию. Это была студия для Бога.

По словам Эми, вся Библия - священная драма, которую надо сценически проповедовать и объяснять. И она считала, что именно в этом вопросе деноминационные церкви потеряли свою остроту. Эми полагала, что Церковь стала холодной и формальной, тогда как мир любит развлечения, приносящие им радость, ободрение и смех. Она также чувствовала, что именно по этой причине столь многие христиане так жаждут развлечений.

В июле 1922 года Эми назвала Ангельский храм ЦЕРКОВЬЮ ЧЕТЫРЕХУГОЛЬНОГО ЕВАНГЕЛИЯ из-за видения, которое она получила, когда проповедовала из первой главы пророка Иезекииля. Первый символический день ее новой ассоциации произвел тысячу пасторов.

Каждую неделю в Храме было два специальных служения молитвы за больных. Хотя у нее в штате было двадцать четыре старейшины, Эми лично проводила большинство этих собраний вплоть до своей смерти в 1944 году.

Результаты исцелений в Лос-Анджелесе были потрясающими, но там они были менее заметными по сравнению с тем, что люди видели в ходе ее общенациональных кампаний. На больших служениях в Храме упор делался в основном на завоевании душ.

Рассказы о Храме

Без сомнения, Ангельский храм был очень оживленным местом. Эми построила молитвенную башню, которая действовала двадцать четыре часа в сутки, Она также сформировала хор из ста певцов и оркестр из шестидесяти шести исполнителей. Святилище наполнялось музыкой на каждом служении. Она приобрела костюмы, бутафорию и декорации, чтобы подчеркнуть свои проповеди в Голливуде. В Лос-Анджелесе знали, что посещение служений в Ангельском храме было большим событием.

Эми обладала замечательным чувством юмора, и хотя в ее ранних иллюстрированных проповедях было много изъянов, она всегда делала все, что могла. Однажды, чтобы придать жизненность своей проповеди о Едемском саде, она заказала в приезжем цирке попугая. Но она не знала о грубом, вульгарном языке, которому он научился, работая в цирке. И вот в разгар проповеди попугай повернулся к ней и сказал: Иди к черту.

Пять тысяч зрителей застыли в недоумении. Затем птица, как будто желая удостовериться, что ее услышали все, повторила это еще раз! Но Эми не собиралась сдаваться, Она попыталась извлечь пользу из этой ошибки - как она делала при каждом промахе - и начала “свидетельствовать” птице, призывая ее отвечать ей. Затем, когда она ответила все теми же словами, аудитория дошла до грани истерики. В конце концов, Эми “убедила” взятую напрокат птицу в истинном христианском пути, пообещав ей птичью жердочку на небесах за ее участие в представлении33.

Разумеется, некоторые служители критиковали Эми за ее методы. Но она отвечала им публично, говоря:

“Покажите мне лучший путь, как убедить людей приходить в церковь, и я буду счастлива, испробовать ваш метод. Но пожалуйста… не просите меня проповедовать пустым сиденьям. Давайте не тратить время на споры о методах. У Бога Свои способы использования всех нас. Помните рецепт жаркого из кролика? Он начинается так: сначала поймайте кролика”.

Мерцающие звезды, библейская школа и радио

Многим звездам Голливуда было интересно послушать Эми. Частыми гостями Храма были Мэри Пикфорд, Джин Харлоу и Клара Боу. Чарли Чаплин сумел проскользнуть на несколько ее служений и после стал хорошим другом евангелистки. Позже Чаплин помог Эми с оформлением сцены Храма для иллюстрированных проповедей, и Эми показала ему истину жизни.

Энтони Квин играл в оркестре Эми. Квин был с Эми перед своим великим актерским дебютом. Когда Квин был подростком, Эми брала его переводчиком на кампании среди испаноязычного населения. Всемирно известный актер позже говорил, что величайший момент в его жизни был тогда, когда Эми заметила его. И он писал:

“Годы спустя, когда я видел работу великих актрис, я сравнивал их с ней… Ингрид Бергман… Кэтрин Хепберн… Грета Гарбо… ни у кого из них не было того первого электрического разряда, который Эми Семпл Макферсон произвела во мне”.

В феврале 1923 года Эми открыла школу служения, которая впоследствии стала известна как библейский колледж “Маяк” (Маяк международного Четырехугольного Евангелия). Эми была настойчивым инструктором.

В школе “сестра”, как ее называли, служила, как учитель и открыто демонстрировала студентам, как свои слабости, так и свою силу. Ее любимыми христианскими авторами были Уэсли, Бут и канадский деятель пробуждения по имени Альберт Бенджамин Симпсон. Эми часто цитировала их и при обучении пользовалась их книгами.

Иногда она испытывала студентов тем, что уходила раньше, прося их остаться и молиться. Затем она пряталась на пути из зала. Когда студенты уходили, она наблюдала за ними, отмечая, кто из них шел легкомысленно, а кто был достаточно внимателен, чтобы поднять кусочек оброненного бумажного мусора. Внимательные получали ее похвалу, потому что она верила, что внимание к деталям производит ценного, чувствительного служителя.

В феврале 1924 года Эми открыла Радио Призыв” (Призыв Четырехугольного Евангелия) с первой лицензией Федеральной комиссии связи, выданной женщине. Это была также первая в истории христианская радиостанция.

Жива ли Эми?

В 1926 году Эми почувствовала необходимость в отдыхе и поехала в Европу и Святую Землю. В конечном счете там тоже она большую часть времени проповедовала, Затем, по ее возвращении в 1926 году, произошло самое скандальное происшествие за все время ее служения. 18 мая после обеда она со своей секретаршей была на пляже, где заканчивала работу над проповедью, которую должна была прочитать тем вечером. Она попросила секретаршу отнести бумаги в Храм, но когда секретарша вернулась, Эми исчезла. Решив, что Эми плавает, она посмотрела на воду, а затем оповестила власти.

В течение следующих тридцати двух дней исчезновение Эми оставалось одной из самых главных новостей в мире. Прочесали и обследовали пляжи Лос-Анджелеса и воды у них, чтобы найти хоть какой-то след. Но ничего не нашли.

В это время в Ангельском храме было получено письмо с требованием выкупа в 25 000 долларов. Минни выбросила его вместе с остальной невообразимой почтой, которая теперь приходила потоком. Затем пришло письмо из другого источника с требованием 500 000 долларов, и пресса пришла в неистовство. Поиск Эми стал почти поголовным занятием. Однажды за один день поступило шестнадцать сообщений, что видели Эми в разных местах от одного побережья до другого.

Похищена!

В конце концов, на 20 июня в Ангельском храме была назначена поминальная служба. Но через три дня после службы Эми появилась в Дугласе, штат Аризона, выйдя из пустыни Агуа Приета.

Когда ее расспросили о том, где она была, Эми рассказала, что на пляже после ухода секретарши к ней подошли мужчина и женщина с просьбой помолиться за умирающего ребенка. Она сказала, что женщина плакала, а мужчина держал плащ, чтобы прикрыть ее купальный костюм на тот случай, если она не откажется. Она согласилась помочь этой паре и пошла за ними к машине. Эми объяснила, что в ее служении такое случалось часто, и она не придала этому никакого значения.

Но когда они втроем подошли к машине, Эми заметила, что двигатель работает. Она сказала, что за рулем сидел мужчина и что женщина, представившаяся как мать, села в машину первой. Затем мнимый отец предложил сесть и ей и грубо втолкнул ее в машину. Дальше она помнила только, что кто-то откинул ее голову назад, а женщина прижала ей к лицу пропитанный хлороформом платок.

Проснувшись, Эми обнаружила, что ее держат в какой-то лачуге двое мужчин и женщина. Она рассказывала, что они угрожали ей, отрезали пряди волос и обжигали пальцы сигарами. Она также сказала, что когда ее перевезли в другое место, двое мужчин исчезли, и что ей удалось убежать, когда женщина пошла за покупками. Женщина связала Эми постельным бельем, но Эми удалось разрезать их острым краем консервной банки. Освободившись, Эми вылезла через окно и шла через пустыню четыре часа, пока не подошла к окраине Дугласа в штате Аризона.